Где найдешь, где потеряешь

Глава 14.

Глава 14.

После увольнения Дмитрия пришлось решать вопрос с проводниками. Местные мужички, поняв выгоду работать в турфирме, наперебой предлагали свои услуги. Тася выбрала двух самых надежных, не пьющих, которые быстро влились в работу. Турфирма даже не почувствовала ухода Дмитрия.

***

В конце августа, через пару дней после отъезда Дмитрия, возле дома бабы Шуры снова появился Александр. Он остановил машину на этот раз возле их калитки. Женщины в это время были во дворе, Виктор спал на своих перинах под пока еще теплым летним солнцем. Еще немного и осень придет со своими дождями.

Александр вышел из машины, подошел к забору.

- Добрый день. Разрешите войти?

Баба Шура разогнулась от грядок с огурцами, посмотрела на него, но ничего не стала говорить. Тася поднялась с перины, где сидела рядом с сыном, читала книгу, подошла к забору.

- Привет, - еще раз поздоровался Александр. - Разрешишь на сына посмотреть?

Она молча открыла ему калитку, пропуская его. Он прошел на участок и на дрожащих от волнения ногах подошел к сыну.

- Я знаю, что его Виктором назвала, - сказал Александр и улыбнулся. - Виктор Александрович Столетов.

- Виктор Витальевич Зотов, - сухим тоном поправила его Таисия.

От ее слов он дернулся, но ничего не сказал. Он не отрываясь смотрел на сына и улыбался. Пусть будет «Витальевич» и «Зотов», главное, что он видит своего сына, любуется им. Он был такой маленький, но такой серьезный, красивый. Пока он рассматривал сына, тот открыл глаза и серьезно посмотрел на него. Александр сжал зубы, чтобы не расплакаться от той нежности, которая затопила его сердце. Насколько он помнил свои детские фотографии, сын был похож на него и снова широкая улыбка осветила его лицо.

Сын замахал руками, задрыгал ногами, показывая, что ему пора менять подгузник. Александр поднялся.

- Извини, забыл, - сказал он Тасе виноватым голосом, потом быстрым шагом прошел к машине, достал оттуда большую сумку, несколько упаковок подгузников, вернулся со всем этим к Тасе. - Это сыну. Там игрушки, вещи.

Он поставил сумку и подгузники на лавочку возле дома.

- Извини, я не знал, что надо, взял, что мне посоветовали в магазине.

- Спасибо, подгузы всегда пригодятся, - ответила Тася, поднимая Виктора и относя его к тазу с водой, которая грелась на солнце.

Она быстро обмыла его, переодела. Сын с очень серьезным лицом сидел у нее на руке, своей маленькой ручкой обхватывая ее шею и рассматривая своего отца.

- Можно я возьму его? - проговорил Александр, не сводя взгляда с лица сына.

- Попробуй.

Тася осторожно пересадила сына со своей руки на руки Александра. Он стоял с таким счастливым лицом, прижимая маленькое тельце к себе, как самую большую драгоценность, что Тася и баба Шура, которая так и молчала, невольно улыбнулись. Мужчины разглядывали друг друга с таким вниманием, что женщины снова заулыбались. Потом мальчишке надоело сидеть у незнакомца на руках, начал искать маму и потянул к ней ручки. Александр поцеловал его в макушку, закрыл от накатившего на него чувства глаза и передал сына Тасе.

- Спасибо, Таисия. Я поеду, не буду вам мешать.

- Хорошо. Спасибо, что заехал.

- Можно потом еще приеду?

- И вот так оставишь свои гостиницы? Не устанешь ездить туда-сюда, путь не близкий?

- Я продал бизнес, перебрался к вам поближе, в райцентр. Хочется быть рядом с сыном.

Тася только кивнула головой. Говорить им было не о чем. Александр подошел к ним, поцеловал сына щечку, от чего тот сначала нахмурился, а потом улыбнулся беззубым ртом.

- Я поехал.

Александр быстрым шагом дошел до машины, сел и уехал.

- Тась, может дать ему шанс? - со вздохом проговорила баба Шура. - Ты же видела, как он на сына смотрел.

- Нет, баб Шура, - она отрицательно покачала головой. - Я давала ему шансы неоднократно, но он ни одним не воспользовался. И даже если представить, что вдруг я решусь вернуть отношения, я никогда не смогу прикоснуться к нему, поцеловать, не говоря о чем-то более близком. Между нами всегда будет стоять Элина. Пусть он понял все, прогнал ее, но сделал это слишком поздно, когда была закрыта дверь нашему счастью. И открывать ее я не хочу. За дверью больше ничего нет, выжженная пустыня. Строить новые отношения с ним я тоже не могу. Всегда между нами будет Элина.

- А как же сын?

- А что сын? - она подмигнула Виктору, который с увлечением крутил в руках цветок, который дала ему мама. - Если сын важен ему, пусть приезжает. Но никогда Виктор не будет носить его отчество и фамилию.

***

Когда Александр ехал к Тасе, он снова не мог даже представить, что его ждет. В мае, когда подходил срок родам (он нашел врача, которая вела Тасю и уговорил ее сказать примерный срок), каждый день дежурил возле роддома, встречая всех приходящих и дождался. Его сильно покоробило, что Тасю привез в роддом чужой мужик и какая-то чужая женщина, а не он, тот, кто должен быть рядом. Также за мелкие «взятки» нянечке узнал, что родился мальчишка, «здоровенький, красивенький, прям богатырь». Потом у нее же узнал, когда Тасю будут выписывать. И он сидел в машине неподалеку от выхода из роддома, со слезами на глазах наблюдая, как она с самым дорогим свертком на земле садится в машину и уезжает. Он какое-то время ехал следом за ними, но потом остановился, понимая, что Тася не захочет его сейчас видеть.