Где ты, там я

Амелия. Глава 13

Утром я выглядела как настоящий зомби. Серое, осунувшееся лицо, тёмные мешки под глазами, которые не мог скрыть даже самый плотный слой тонального крема, и красные, воспалённые глаза — словно я не спала неделю, а всего лишь одну ночь. Всю ночь я пролежала в кровати, скованная диким, липким страхом, который, казалось, просачивался в каждую клеточку тела. Кошмар был настолько реальным, что, проснувшись, я ещё долго не могла отдышаться, ощущая на шее чужую хватку. Обычно сны забываются через минуту после пробуждения, но этот оставил после себя тяжёлый, неприятный осадок, въевшийся в душу, как грязь под ногти.

Я кое-как дождалась рассвета. Как только первые лучи солнца робко заглянули в комнату, я заставила себя встать и побрела в душ. Тело было ватным и слабым, а ночная рубашка — влажной от холодного пота. Прохладная вода немного привела меня в чувство, смыла липкое ощущение ужаса, но не прибавила сил. Выходя из душа, я поймала своё отражение в зеркале и ужаснулась: синяки под глазами стали ещё заметнее. Пришлось потратить драгоценное время на плотный слой макияжа, лишь бы мама ничего не заподозрила. На завтрак времени уже не осталось, поэтому, чмокнув маму в щёку и пробормотав что-то о том, что опаздываю, я выскочила из дома.

Двадцать минут дороги до университета превратились в настоящую пытку. Я шла, уткнувшись носом в воротник пальто и безучастно глядя себе под ноги, проваливаясь в тяжёлые, мрачные мысли. Внезапно резкий толчок в плечо вырвал меня из оцепенения. Я услышала недовольный мужской голос и, подняв голову, увидела перед собой высокого рыжеволосого парня лет двадцати пяти. Он стоял, театрально раскинув руки в стороны, а у его ног валялся пустой стаканчик из-под кофе. Само же содержимое стаканчика красовалось тёмными разводами на его, судя по всему, очень дорогих белоснежных кроссовках.

— Ты глаза на кой чёрт носишь, а?! — рявкнул он, и его лицо исказилось от злости. Было очевидно, что он в ярости — я испортила ему обувь, которая, наверное, стоит как мой месячный бюджет.

— Извините, пожалуйста, я вас не заметила... — пролепетала я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

— Не заметила она! — передразнил он меня. — Это что, такой способ привлечь моё внимание? Думаешь, если прольёшь кофе на лимитированные кроссовки, которых в мире всего десять пар, я на тебя западу? Чем расплачиваться-то будешь? Вряд ли у тебя есть такие деньги, — процедил он, окинув меня презрительным взглядом, от которого мне захотелось провалиться сквозь землю.

Я понимала, что он прав. Эти кроссовки стоили больше, чем весь мой гардероб, вместе взятый. А может, и гардероб всей моей семьи. Похоже, этот мир сегодня окончательно решил ополчиться против меня.

— Я могу вернуть деньги... — тихо сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Но не сразу, частями. Мне нужно время.

— А мне деньги нужны сейчас! — перебил он, приближаясь ко мне. — Мало ли ты аферистка какая — пообещаешь, а потом просто исчезнешь. Но у меня есть идея получше, — он растянул губы в нехорошей, хищной улыбке и сделал шаг вперёд. Моё тело, словно почувствовав опасность раньше, чем я осознала её, само сделало шаг назад. — Выглядишь ты, конечно, не фонтан, но тельце вроде ничего. Я бы не прочь немного развлечься...

Он протянул руку и заправил выбившуюся прядь моих волос за ухо. Его пальцы были холодными и влажными. Затем он опустил ладонь мне на щеку, поглаживая большим пальцем уголок моих губ. Меня накрыла мутная волна отвращения и ужаса. Тело словно парализовало, я не могла пошевелиться, только смотрела на него широко раскрытыми, испуганными глазами. Неужели это и есть домогательство? Раньше я только читала о таком или слышала в новостях, и никогда не думала, что это настолько мерзко и страшно.

— Ну так что? Может, отойдём куда-нибудь, где потише, а? — его руки скользнули мне на талию, и он рывком притянул меня к себе. Я почувствовала отвратительный запах его парфюма, смешанный с кофе.

И в тот же миг раздался отвратительный хруст и душераздирающий крик рыжеволосого. Он отлетел от меня, согнувшись пополам и прижимая к себе сломанную руку.

— Ещё раз подойдёшь к ней, и я тебя убью, — услышала я ледяной, но такой родной голос за своей спиной.

Я резко обернулась и увидела Даниэля. Его лицо было перекошено от ярости, глаза метали молнии. Парень, видимо, понял, что связываться с ним себе дороже, и, не оглядываясь, бросился наутек. А я всё ещё стояла, словно в густом тумане. Ком в горле душил меня, не давая сделать вдох.

Даниэль перевёл взгляд на меня, и его лицо мгновенно смягчилось. Злость исчезла, уступив место беспокойству. Он положил руки мне на плечи и мягко провёл ими вниз, до самых ладоней.

— Ты как? Цела? Он тронул тебя? — спросил он тихо, вглядываясь в моё лицо.

Вместо ответа я просто шагнула к нему и обняла, крепко сцепив руки у него на поясе и уткнувшись лицом в его куртку. Я чувствовала, как он на мгновение напрягся, но тут же расслабился и обнял меня в ответ, прижимая к себе крепче и давая почувствовать себя в безопасности. Мы стояли так, наверное, с минуту. И вдруг у меня невыносимо зачесался нос. Плечи мелко задрожали в предчувствии чиха.

— Ну всё-всё, успокойся. Тише, не плачь, — Даниэль ласково погладил меня по голове, явно истолковав мою дрожь по-своему.

Я подняла на него голову и, прикрыв рот рукой, громко чихнула.

— Я не плачу, дурак, — пробормотала я, потирая покрасневший нос, и тут же чихнула снова. Похоже, у меня аллергия на его кофту или на то, чем она пахнет.

Даниэль уставился на меня, а потом громко расхохотался.

— Ничего смешного! — я пригрозила ему указательным пальцем, на что он скорчил уморительную рожицу и надул щёки, сдерживая смех.

— Кстати, а что с твоим лицом? — спросил он, когда мы уже пошли в сторону универа.

— А что с ним не так? — насторожилась я.

— Такое ощущение, что ты всю ночь напролёт бухала, — усмехнулся он.

Я удивлённо выгнула бровь и взглянула на своё отражение в витрине магазина. Увиденное повергло меня в шок. Макияж, на который я потратила полчаса, бесследно исчез или размазался. Синяки под глазами красовались во всей своей красе, а консилер потёк и собрался в противные светлые полоски.