Где ты, там я

Амелия. Глава 16

На следующий день, сидя на паре, я нервно постукивала карандашом по столу. Преподаватель читал лекцию, но его голос звучал для меня где-то на периферии сознания. Мысли были заняты другим — они лихорадочно прокручивали вчерашний вечер, представляя сегодняшнюю встречу.

Наконец прозвенел звонок, и аудитория мгновенно ожила, наполнившись шумом сборов. Закинув сумку на плечо, я выскользнула в коридор первой. Сердце глухо стучало где-то в горле. Взгляд заметался по толпе студентов в поисках одного-единственного человека — человека, у которого сегодня последний день спокойной жизни.

Возле шкафчиков, как яркий цветок в окружении безликих мотыльков, стояла Эмбер. Она что-то увлечённо рассказывала, сложив руки на груди, с типичным выражением лица «богини», которую, судя по всему, этот мир недостоин. На её идеальном носу красовался пластырь — моя вчерашняя «визитная карточка». Я остановилась в десяти шагах от них, сжимая ладони в кулаки так, что ногти впились в кожу. Поток студентов обтекал меня, не замечая. При виде неё внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел — словно я снова увидела то чудовище, которое хладнокровно убило моего Рокки.

Не медля ни секунды, я решительно направилась к ним. Эмбер заметила меня, и её холёное лицо исказила противная, брезгливая гримаса.

— Тебе-то чт... — не договорила она.

Моя рука, словно живущая собственной жизнью, молниеносно взметнулась в воздух. Кулак с глухим, сочным звуком впечатался прямо в её самодовольное личико. Удар был настолько сильным, что она, не удержавшись на ногах, рухнула на пол, схватившись за челюсть. Вокруг всё заверещало, загудело, но эти звуки доносились словно сквозь толщу воды. Уже не контролируя себя, я присела на корточки и, вцепившись в её воротник, рывком подняла на ноги. Эмбер дёргалась, пытаясь вырваться, но мои пальцы, казалось, окаменели. Подняв её, я снова ударила — наотмашь, по щеке, а затем, прижав к стене, с силой сдавила горло.

— Убийца! — прошипела я ей в лицо, чувствуя, как внутри закипает слепая ярость. — Понравилось издеваться над беззащитным котёнком?! Думала, тебе это с рук сойдёт?!

Я сжимала её щёки, заставляя Эмбер корчиться и мычать от боли и страха. Вокруг нас мгновенно собралась толпа зевак. Кто-то истерично крикнул:

— Уберите кто-нибудь эту психованную! Она же убьёт её!

В следующую секунду я почувствовала, как чьи-то руки вцепились мне в плечи, пытаясь оттащить.

— Кто помешает — убью тоже! — рявкнула я, обернувшись, и нападавшие испуганно отшатнулись.

Эмбер уже начала синеть от нехватки воздуха, когда всю эту сцену оборвал резкий, пробирающий до костей голос директрисы, мисс Уайт, возникшей словно из ниоткуда в самый неподходящий момент.

— Мисс Кеннеди! — её пронзительный вскрик, казалось, разрезал гул коридора. — Что вы себе позволяете?!

Мисс Уайт решительно растолкала толпу и приблизилась к нам. Я медленно повернула к ней голову и, наконец, разжала пальцы. Эмбер сползла по стене на пол, жадно, со свистом хватая воздух ртом. К ней тут же подбежали её подружки, запричитав и заохав.

— Амелия Кеннеди! Вы совсем с ума сошли?! Душить мисс Моррис среди бела дня?!

— Сначала разберитесь со своими студентами, мисс Уайт, — ответила я, тяжело дыша, чувствуя, как в груди бушует адреналин. — А потом уже думайте, кому говорить про сумасшествие.

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! — вспыхнула она, даже топнув ногой, как капризный ребёнок, не привыкший к неповиновению. — Устроила драку, да ещё и перечишь мне?!

— Я разговариваю так, как вы со мной. А если вас что-то не устраивает — мне, если честно, абсолютно плевать.

— Завтра жду твоих родителей в университете! — её голос сорвался на фальцет. — Посмотрим, как ты заговоришь при них! Ты меня поняла?

Я усмехнулась, чувствуя странное, пьянящее безразличие ко всему происходящему.

— Вызывайте. И не забудьте заодно поговорить с её родителями. Расскажите им, что их дочь — убийца. Ах да, я и забыла, — я сделала паузу, наслаждаясь её багровеющим лицом. — Вы им даже не позвоните, ведь боитесь за свою шкуру, не так ли? Боитесь, что всплывут тёмные делишки? Ничего, люди часто закрывают глаза, когда им дают деньги.

Надо было видеть лицо директрисы. Казалось, она сейчас лопнет от злости. Не говоря больше ни слова, я развернулась и пошла прочь. Толпа передо мной расступалась, как море перед Моисеем.

— Мисс Кеннеди! Я не закончила разговор! Вернитесь сию же минуту!

— Да пошла ты... — процедила я сквозь зубы, даже не обернувшись.

В самом конце коридора мои глаза встретились с другими — чёрными, как ночь, глазами Даниэля. В их глубине плескалось разочарование. Я ответила ему таким же злым, колючим взглядом и свернула за угол.

Едва я сделала несколько шагов, как чья-то рука грубо схватила меня за плечо, разворачивая. Передо мной стоял Даниэль.

— Пойдём, — он потянул меня за собой, но я резко выдернула руку.

— Я с тобой никуда не пойду.

На мои слова его брови нахмурились, на скулах заходили желваки. Не говоря ни слова, он снова схватил меня за запястье, на этот раз так крепко, что кости, кажется, жалобно хрустнули, и потащил к одному из пустых кабинетов.

— Отпусти меня! — я пыталась вырваться, пиналась, но его хватка только усилилась, причиняя острую боль.

Он втащил меня внутрь и с силой захлопнул дверь. Повернувшись ко мне, он выглядел предельно серьёзным и собранным.

— Что это сейчас было?

— Где? — вопросом на вопрос ответила я, потирая ноющее запястье.

— Не притворяйся, что не понимаешь. Зачем ты на неё накинулась? — он сделал шаг ко мне, загораживая путь к выходу, явно пытаясь подавить меня своим ростом и уверенностью. Но я даже не сдвинулась с места, задрав подбородок.

— А-а, так ты про то, что я твою бывшую маленько потрепала? — усмехнулась я. — Ну так она убила моего котёнка. Так что могу тебя поздравить: ты встречался с хладнокровной убийцей.

Его глаза расширились. Он был потрясён — то ли первым фактом, то ли вторым.