Где заканчивается игра

1-глава

Питер, как всегда, был серым и равнодушным. Конец октября цеплялся за город сыростью и пронизывающим ветром, который будто специально находил самые тонкие щели в одежде. Деревья стояли почти голыми, их мокрые, тёмные ветви тянулись к серому небу, а редкие жёлтые листья, словно забытые кем-то кусочки осени, прилипали к тротуарам и машинам.

Лера шла медленно, вдыхая воздух, пропитанный влажностью и лёгким запахом гари от редких печных труб. Она не любила вечеринки, но иногда проще было согласиться, чем объяснять, почему нет. Илья знал об этом, но всё равно пригласил.

Квартира на Васильевском острове встретила её теплом и лёгким запахом пролитого вина. Высокие потолки, белые стены, на которых плясали тени от гирлянд, и музыка, которая звучала глухо, словно не хотела нарушать уютные разговоры. Лера прошла внутрь, не снимая шарфа — так было проще чувствовать себя защищённой. Она сразу заняла место у окна, наблюдая за тёмными улицами, где редкие фонари отражались в лужах, создавая ощущение, будто город расплылся в воде. Илья появился рядом неожиданно, протягивая стакан с чем-то газированным, в котором льдинки тихо стукались друг о друга.

— Тебе будет скучно, если ты будешь всё время молчать, — сказал он, усмехнувшись.

— Я не против скуки, — ответила Лера, взглядом цепляясь за огоньки за окном.

Он пожал плечами и ушёл вглубь комнаты, легко вливаясь в компанию. Лера наблюдала за ним, отмечая, как естественно он держится, словно всё вокруг ему давно знакомо. В этом была какая-то зависть— не потому, что она хотела быть такой же, просто интересно, как это: чувствовать себя «в своей тарелке» в любом месте.

Время тянулось вязко, как тягучий осенний вечер. Она смотрела на людей, на их попытки казаться интересными, ловила случайные фразы, не собирая их в цельную картину. Где-то смеялись, где-то спорили о чём-то пустяковом, где-то кто-то открывал окно, впуская в квартиру свежий воздух с улицы, от которого пахло мокрым асфальтом и листвой. И только спустя какое-то время, когда Лера уже почти привыкла к фону, Илья вернулся к ней. На этот раз не один.

— Лера, познакомься, это Дима.

Она повернула голову и увидела парня с небрежно растрёпанными волосами, чуть ссутулившегося, словно ему было проще не тратить силы на поддержание «правильной» осанки. Его улыбка была такой же небрежной, как и вид — лёгкая, ускользающая, будто он заранее знал, что она не произведёт особого впечатления.

— Привет.

— Привет, — коротко ответила Лера, уже отворачиваясь. Её раздражало само предположение, что она должна проявить интерес.

Дима не навязывался. Он просто остался рядом, перекинувшись парой фраз с Ильёй. Их разговор для Леры был не больше чем шумом на фоне, но время от времени её взгляд всё равно невольно скользил в его сторону. Она пыталась понять, что именно её зацепило: то ли лёгкость, с которой он держался, то ли отсутствие попыток казаться кем-то другим.

Позже, когда Лера стояла на кухне, держа в руках холодный стакан с водой, Дима вдруг оказался рядом.

— Ты всегда такая серьёзная? — спросил он, словно продолжая разговор, которого не было. Она не сразу поняла, что это к ней, и повернулась с лёгким раздражением.

— А ты всегда такой наблюдательный?

Дима усмехнулся, глядя в окно, где мокрые фонари расплывались в темноте.

— Только когда это интересно.

Эти слова зацепили. Лера не любила, когда кто-то пытался читать её, как открытую книгу. Это раздражение слабо отразилось на её лице, но внутри оно скользнуло острым краем. И это чувство не исчезало, оно только нарастало с каждой новой встречей взглядов, с каждым его небрежным комментарием. Илья мельком прошёл мимо, бросив на них короткий взгляд. В нём не было удивления — только лёгкая усмешка, словно он знал, что всё идёт своим чередом.

Дима не задавал лишних вопросов, не пытался быть «интересным парнем на вечеринке». Он просто был. Спокойно, как фонари за окном, которые не стараются понравиться — они просто светят. И именно это бесило Леру больше всего.