Геленджикский гамбит Апполона

6

Глава 6: "Ночной визит, разбитые надежды и тень на балконе"
Вернувшись домой, София чувствовала нарастающее беспокойство. Вся эта история с долгами Аполлона, подозрительными приезжими и загадочным Игорем не давала ей покоя. Она пыталась убедить себя, что дядя Костас разберется и все закончится благополучно, но какое-то внутреннее чутье подсказывало, что неприятности только начинаются.
Вечером, когда Геленджик погрузился в тишину, нарушаемую лишь шумом прибоя и стрекотанием цикад, София сидела на своем балконе, пытаясь читать. Но буквы расплывались перед глазами, мысли постоянно возвращались к событиям прошедшего дня.
Внезапно она услышала тихий стук в дверь. София насторожилась. Кто мог прийти так поздно? Она выглянула в глазок, но никого не увидела.
Осторожно приоткрыв дверь, она увидела на пороге Аполлона. Его обычно жизнерадостное лицо было бледным и взволнованным.
– София, прости, что так поздно. Но мне нужно с тобой поговорить.
София впустила его. Аполлон нервно заходил по комнате, заламывая руки.
– Дядя Костас кое-что узнал, – наконец произнес он. – Эти Аркадий и Миша… они не просто мелкие вымогатели. За ними стоят серьезные люди. Какие-то… ну, нехорошие.
– Что именно он узнал? – с тревогой спросила София.
– Говорят, они связаны с одним человеком… его здесь не любят. У него были какие-то дела с моим отцом много лет назад. Закончилось все плохо.
Аполлон замолчал, словно не решаясь произнести что-то еще.
– И что? Что это значит? – настаивала София.
– Это значит, что дело не только в деньгах. Эти люди могут хотеть отомстить. Мне… моей семье…
В голосе Аполлона звучал настоящий страх, и София впервые увидела его таким уязвимым. Вся его самоуверенность куда-то исчезла.
– А тот лысый? И Игорь? Они тоже как-то связаны?
Аполлон покачал головой.
– Дядя Костас пока ничего о них не выяснил. Но он сказал быть осторожными. Особенно тебе. Ты им помешала.
София почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она действительно помешала. Ее импульсивный поступок с пепельницей мог иметь серьезные последствия.
– Может быть, мне действительно стоит уехать? – тихо сказала она. – Чтобы не подвергать вас еще большей опасности.
Аполлон остановился и посмотрел ей в глаза.
– Нет, София. Не уезжай. Ты… ты стала для нас как родная. И потом… я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось из-за меня.
В его голосе звучала искренность, и София впервые поверила, что его чувства к ней, какими бы странными они ни были, не совсем уж фальшивы.
– Что мы будем делать? – спросила она, чувствуя, как страх смешивается с решимостью.
– Дядя Костас сказал, чтобы мы пока не высовывались и ждали новостей. Он пытается выяснить, что именно нужно этим людям и как можно решить эту проблему.
Они еще долго разговаривали, пытаясь понять, что им делать дальше. Аполлон рассказал Софии о своем отце, о тех давних событиях, которые могли стать причиной нынешних проблем. История была запутанной и туманной, но стало ясно, что в прошлом семьи Пападопулос скрыты какие-то темные тайны.
Наконец Аполлон ушел, пообещав держать Софию в курсе всех новостей. Она закрыла дверь и снова вышла на балкон. Ночной воздух был свежим и прохладным, но София чувствовала себя напряженной и уставшей.
Она оперлась на перила и посмотрела вниз, на тихую улочку. Внезапно ее взгляд зацепился за темную фигуру, стоявшую в тени деревьев напротив ее дома. Фигура была неподвижна и словно наблюдала за ее балконом.
София замерла, стараясь разглядеть незнакомца в полумраке. Сердце бешено колотилось в груди. Кто это? Один из кредиторов Аполлона? Или, может быть, тот самый Игорь, который показался ей таким подозрительным в кафе?
Фигура сделала едва заметное движение, словно убедившись, что ее заметили, и медленно растворилась в темноте.
София отступила в глубь балкона, чувствуя ледяной ужас. Она больше не сомневалась: ее тихий отпуск превратился в опасную игру, где ставки были очень высоки. И она, невольно ставшая "невестой", оказалась в самом ее центре. Теперь ей нужно было не только спасти себя, но и, возможно, помочь этой шумной и темпераментной греческой семье, которая так неожиданно приняла ее в свой дом. Но как это сделать, когда враг скрывается в тени, а прошлое хранит мрачные тайны? Этот вопрос мучительно бился в ее голове, пока она беспокойно вглядывалась в ночную тьму Геленджика.