Генерал черных драконов. Книга 1

Глава 7 

Полумрак в спальне рассеивал маленький светильник на подоконнике. Как я и ожидала, Сашка мирно спал в красивой люльке, которую покачивала совсем молоденькая девушка. Рядом на кушетке, негромко похрапывая, спала Анисья, подложив ладонь под голову. Увидев меня с канделябром на изготовку, девушка вскочила, испуганно уставившись. Она была хрупкой и светловолосой — эдакая тростинка с милым личиком, и бить ее канделябром я не стала. Да и не было в этом никакой необходимости.

— Л-л-лейра? — шепнула она и покосилась на спящего ребенка.

Даже испугавшись, она старалась не разбудить малыша. Этим она меня и подкупила окончательно, в отличие от кормилицы Мартаны. Я поставила канделябр на туалетный столик и подошла к люльке.

— Детка, — прошептала, погладив сыночка по щеке.

Не передать словами ощущения, которые я испытала в этот момент. По коже точно ласковые иголочки побежали.

Ребенок! Мой ребенок! В момент, когда я увидела свое дитя, время перестало существовать. Я смотрела, как Сашка мирно спит, не подозревая, какая беда нависла над нами, доверяя этому миру, и мое сердце сжималось.

— Клянусь, я сделаю все, чтобы тебя защитить! — пообещала я ему шепотом.

— Лейра… В-вы серебром светитесь! — Перепугано выдохнула служанка, попятившись, к выходу. — Наверное, надо доложить лейре Офелии… — предположила она неуверенно.

— Тише, дурная! — шикнула на нее проснувшаяся Анисья. — Не вздумай никому ничего рассказывать! Она нашу госпожу и так со свету едва не сжила. Представляешь, что будет, если узнает, что магия вернулась?

— Досуха высосет? — вылупила глаза молодая служанка.

Я переводила взгляд с одной на другую и не понимала, о чем они говорят. Что значит: «серебром светитесь»?

— Няня, что происходит?

— Великое счастье и радость! — ответила Анисья и подскочила ко мне.

Сделала она это так споро, что в пожилой женщине и не заподозришь такой поворотливости. А потом крепко обняла, что-то слезливо пробормотав. Я не смогла разобрать, что именно.

— Анисья, я…

Няня тут же отстранилась, сконфуженно потупив взор.

— Простите, лейра! Забылась старуха… Просто обрадовалась сильно за вас.

— Спасибо, няня, — улыбнулась я пожилой женщине.

Давно меня никто вот так не обнимал. Можно сказать, по-матерински. Слишком рано я потеряла своих родных, и сейчас в этой иномирной бабушке мне ужасно захотелось увидеть одну из них. Даже слезы выступили от чувств.

Воспоминания Элении нахлынули неожиданно.

Анисья вынянчила ее с младенчества. И Манижу тоже. А вот Алисия родилась еще до брака Офелии и барона дан Анатура. Элении не было семи, когда баронесса Нейли дан Анатур утонула. Это был несчастный случай, воспоминания о котором стерлись. Меньше, чем через год отец привел в дом новую женщину. Офелия появилась на пороге особняка с маленькой девочкой на руках. Алисии было всего два, и ее мать полностью поглощенная заботой о собственном ребенке, не замечала старшую дочь барона. А еще через год появилась Манижа дан Анатур. Если лэрд дан Анатур и планировал дать Элении новую мать, то полностью просчитался. Офелию совершенно не интересовала падчерица, для нее не нашлось места в ее сердце.

Зато у Анисьи сердце было большое и доброе. Его хватило на всех. Вот только уважения к няне Офелия своим дочерям не привила, в отличие от Нейли. С малолетства Алисия и Манижа относились к пожилой женщине с пренебрежением. При отце они были паиньками, а наедине — змеями.

Воспоминания о событиях, связанных с няней стремительно пролетели перед глазами, и их было немало. Залеченные разбитые коленки, зашитое порванное платье, тайком переданное угощение, утешение и добрые слова…

— Анисья, я… Спасибо! — Подалась я к няне и крепко ее обняла.

Сейчас я постаралась выразить ей благодарность за Элению. За счастливые, насколько это было возможно, минуты и часы. За материнскую ласку, доброту и все то, что она сделала для маленькой хозяйки. Сделала, порой, вопреки здравому смыслу, рискуя получить нагоняй от новой госпожи.

— Ох, лейра… — Няня не выдержала и все-таки прослезилась.

Отстранившись, она достала белоснежный платочек откуда-то из-за корсажа домашнего платья и принялась вытирать глаза. Тем временем вторая девушка, имени которой я пока не знала, вернулась к люльке, автоматически проверив Сашку. И снова ее ответственное внимание к ребенку пролилось бальзамом на мою душу.

Эх… Непросто мне придется без няньки. Элементарно, чтобы в туалет сходить или помыться, как его оставить? И тут меня точно обухом ударило — это запоздало дошло сказанное:

— Няня, так что насчет моей магии?

Стоило поторопиться, но упустить уникальный шанс узнать о себе то, чего, кажется, даже сама Эления не знала, я не могла.

— Деточка… — замялась старушка и бросила быстрый взгляд на вторую няньку, словно намекая, что не желает выдавать мои секреты посторонним.

Прогонять эту девушку отчего-то не хотелось. Да и спокойнее пока все свидетели остаются на глазах.

— Анисья, я ничего не помню. Совсем. Как отрезало после падения… — Решила я использовать самый примитивный способ дать логичное объяснение присутствующей здесь третьей лишней. — Няня, помоги! Расскажи все поскорее, а то мысли путаются. Порой не могу даже свое имя вспомнить без усилия. Не хочу, чтобы обо мне думали, что я с ума сошла.

— Вы этим никого не удивите, лейра. В доме и так шепчутся, что вы после борделя умом тронулись, — вдруг заявила молодая нянька.

— Чего-о-о?! — протянула я совершенно невежливо. Почти как хомяк. — После какого еще борделя? — У меня даже голос сел от таких новостей.

Но, как ни странно, память Элении молчала.

— Совсем рехнулась, Белка! Чего языком мелешь-то? Лейру обидела! — прикрикнула на девушку Анисья. — Не слушай ее, деточка…

— Нет, постой! — перебила я няню, не давая ей увильнуть от ответа. — Анисья, что не так с моей магией? Ты сказала, что она вернулась. Что это значит?