Генерал драконов: оковы чести

Глава 12

Кьярр лежал на спине, потолок в темноте расплывался перед глазами. Рядом слышалось прерывистое дыхание Лиры, чувствовалось напряжение её тела, сжатого в комок у стены. Связь между ними пульсировала, как свежая рана — глубокая, яркая, невыносимо откровенная. Он ловил обрывки её эмоций: жгучий стыд, ярость, глухое отчаяние… и что-то ещё. Что-то острое, колючее.

— Иди в душ, — его голос прозвучал хрипло, нарушив тяжёлое молчание.

Лира не ответила. Она встала, не глядя на него, её силуэт мелькнул в темноте, скользнул в примыкающую к спальне ванную комнату. Дверь захлопнулась не до конца. Через мгновение донёсся шипящий звук воды.

Кьярр сел на кровати, провёл руками по лицу. Чувство вины — липкое, противное — начало подниматься из глубины, давя на грудь. Он использовал её. Грубо. Холодно. Как инструмент. Но разве она не заслужила? Она убила Лилию! Она…

И тут он почувствовал. Через эту проклятую, усилившуюся связь. Не только слёзы — горькие, бессильные слезы, которые она пыталась заглушить водой. Нет. Под ними, как стальной стержень, проходило что-то иное. Триумф. Короткая, едва уловимая, но ослепительно яркая вспышка удовлетворения, почти… радости.

Триумф? После всего? Ярость, мгновенная и всесжигающая, как пламя дракона, захлестнула Кьярра. Она радуется? Радуется тому, что он опустился до неё? Радуется тому, что ритуал состоялся, и теперь она прочнее вплетена в его жизнь, в его защиту королевства? Исполнительница добилась своего!

Он вскочил. Голова гудела от бешенства. Все доводы, все приказы короля померкли. Сейчас. Сейчас он задушит её голыми руками в этом душе. Пусть король казнит потом! Он не вынесет этого… этого торжества убийцы над его болью, над его падением!

Кьярр сделал два шага к приоткрытой двери ванной, рука уже тянулась, чтобы распахнуть её…

— Генерал Кьярр! Лира Фини! Немедленно к королю! По высочайшему повелению! Сейчас же! — истошный, перепуганный крик за дверью спальни, громкий стук кулаком по дереву.

Проклятье! Кьярр замер, его пальцы сжались в кулаки так, что костяшки побелели. Ярость требовала выхода, но долг… проклятый долг снова вставал перед ним.

— Сейчас! — крикнул он в сторону ванной, голос хриплый от невысказанной ярости. — Выходи. Немедленно.

Шипение воды прекратилось. Через секунду дверь приоткрылась. Лира стояла на пороге, мокрая, наспех обёрнутая в тонкое банное полотенце. Волосы липли к лицу и плечам, на щеках — не вода, а следы слёз, но глаза… глаза были сухими и холодными. Она почувствовала его ярость. И её собственный миг триумфа схлынул, сменившись привычной настороженностью.

Не говоря ни слова, Кьярр шагнул к ней, грубо схватил за руку выше локтя, потащил обратно в спальню.

— Одевайся. Быстро, — он швырнул в её сторону то самое платье, что она носила днём. Сам начал натягивать штаны, рубашку не стал искать – схватил с вешалки тёмный форменный реглан, набросил его на голый торс.

Лира, стиснув зубы, бросила полотенце и стала натягивать платье. Оно было мокрым снизу от её ног, ткань неприятно липла к коже. Где её бельё — она не знала.

— Нельзя так к королю… — пробормотала она, пытаясь застегнуть платье на спине.

— Можно! — рявкнул Кьярр, резко развернув её и грубо застегнув крючки сам. Его пальцы касались её мокрой кожи, но в прикосновении не было ничего, кроме раздражения. — Если враг у ворот — можно всё. Двигай!

Он схватил её снова за руку и потащил за собой, не дав даже промокнуть волосы или надеть обувь. Она шлёпала босыми ногами по холодному каменному полу коридоров. Проходящие слуги и стражники шарахались, отводя глаза — вид был более чем компрометирующий: генерал с царапинами на лице и обнажённой груди, влачащий за собой босую, мокрую, в одном платье без нижних юбок женщину. Унижение Лиры было полным и жгучим. Она пыталась держать голову высоко, но щёки пылали, а по спине бежали мурашки стыда. Никому, впрочем, не было до неё дела. На лицах читалась только паника.