General Overlord Device: Стратег №09966

Глава 4. Хранитель ключей

Магор отключился от канала связи и грязно выругался. Потом, выдохнув и успокоившись, выругался еще грязнее.

- Чертовы эльфишки! Какого, мать их, хрена они забегали, как ошпаренные??! При уничтожении Земли, или при поражении Авроры они что-то так не бегали! А тут – один кораблик у них увели, да одну колонию разбомбили – и всё! Порвались, пришельцы драные!.. Ух, я бы их...

Он со злостью метнул взгляд на, находящегося за толстым стеклом комнаты офицера связи эльфийских войск Фадала, и рывком поднялся со стула. Делать было нечего, но делать это самое «нечего» было неохота. Однако, придется подчиниться. Старшие Партнеры имели в их нынешнем обществе куда более значимый статус, нежели какие-то там генералы.

Генерал Магор во флоте был только один. Потому что во флоте вообще был теперь только один генерал. Сперва, во время глобальной реформы, которая упраздняла эти звания и оставляла звания полностью флотские, да часть сухопутных, военного аналитика высшего ранга Михаила Гордецова, как и весь его полусекретный отдел, сперва обделили вниманием, а потом, по старой воинской традиции, и вовсе забыли.

Ввиду специфичности его отдела стратегической разведки, долгое время военные чины считали, что его начальнику, генерал-полковнику Гордецову, оставили это звание, так сказать, как сувенир. И что, вроде как, вся военная машина землян специально заморочилась настолько, что решила оставить это звание лишь одному из десятков миллионов вояк. Магор сразу же стал уникальным.

Его проницательный ум очень часто выручал, а порой, и спасал, многих человеческих парней и девушек от неминуемой катастрофы или от гарантированной смерти. Но его ум оказался недостаточно проницательным, чтобы предугадать предательство и нападение на Землю лучших его помощников – машин. Умных и чрезвычайно способных в аналитической и военной деятельности изделий, к которым главный разведывательный генерал относился почти как к созданиям. Как к живым созданиям.

После поражения по всем фронтам, Гордецов еще некоторое время, по инерции, руководил своим бесполезным отделом, а потом ушел «в поля». Бесполезным его отдел стал потому, что роботов особо просчитывать было незачем – все их стремления и задачи были на поверхности. Для наблюдения за ними не требовался такой уж серьезный орган, каким Гордецов руководил ранее. А в поля он ушел потому, что в них он мог намного быстрее, эффективнее, а главное – больше, нарушить тех приказов, что нагадал себе робот. Его стратегический стол, установленный в его старом кабинете, оказался теперь в этом плане совсем уж бестолковым оружием.

Сам же генерал получил в подчинение десантно-штурмовую бригаду, оснащенную по предпоследнему слову техники всеми видами вооружения, кроме разведывательного. Предпоследнее слово у бригадной техники оказалось потому, что, как таковые наземные виды войск постепенно отходили в небытие, уступая место более практичным и менее затратным авиаударам и орбитальным бомбардировкам. Вот так и получилось, что один архаизм отдали в управление другому раритету, и вместе они поскрипели пахать поля боёв.

Но бригадный генерал Магор, после первых же боестолкновений на тех полях внезапно для себя (то есть, очень неожиданно) осознал, что против робота все эти новомодные аэрокосмические навороты работают не то, чтобы слабо, а... неэффективно как-то они работают. Но не это являлось главным в эмоциях удивления старого солдата.

Зная не понаслышке, на что действительно способен искусственный интеллект бета-класса, генерал Магор первое время был неприятно удивлен своим противником. Нет, робот все также побеждал по всем фронтам, и все также грозил полным уничтожением всем человекам, вместе с человеками ушастыми. Но делал он это однообразно. Как молот. Как кузнечный молот, который нудно и методично, хотя мощно и всесокрушающе, долбит в одно и то же место, измельчая своих более развитых противников в труху. Он был... тупой. Тупой и однообразный тостер, который смачно бил умных и перспективных белков.

Но еще более неприятно генерал Магор был удивлен своими соратниками. Глядя на относительную предсказуемость транзисторных резисторов, опытный военачальник никак не мог взять в толк, по каким причинам биосы до сих пор не переломили ход войны? Да, не хватало ресурсов. Да, не хватало опыта. Да, не хватало контроля и микроконтроля. Но в целом-то? В целом же робота можно было победить! Но – не побеждали.

Магор анализировал эту ситуацию не по одному разу. И в каждом разе он получал не по одному результату. Из чего седой воевода понял только одно: он чего-то не понял.

Его разум постоянно упускал одну из переменных, которая ему была неизвестна. Или не видна. Она была ему неизвестна, и он не мог ее учесть. В результате всей этой немощи, на выходе всегда получалось неизменное «оно».

Чтобы окончательно избавиться от этого дерьма, генерал сдал свою штурмовую бригаду толковому заму, а сам почти на три года заселился в апартаменты Триеры. Там он увидел все свои неучтенные переменные во всей красе. Там он и понял, что до Триеры, он все это время воевал с, действительно тостером, а не с искусственным интеллектом хоть какого-нибудь класса.

За всю карьеру в Триере ему удалось потушить пятерых Тактиков, хотя все думали, что их было не больше трех. Как бы не так! Магор всегда ясно видел, когда ему противостоял Тактик, а когда – обыкновенный претор. С Тактиками было тяжелее всего, хотя они тоже не особо отличались умом и сообразительностью. Но в условиях необычной планеты любое расхождение в интеллекте, зачастую, давало необычные результаты. А еще чаще – кровавые.