Геометрия Свалки

Глава 1

Это где это я? Первый вопрос, который пришел мне в голову! Вокруг развалины какого-то строения. Метрах в пяти от меня на огне булькает котел. Я лежу на полу этих развалин, руки у меня связаны спереди.

И как я тут очутился? Я поехал отдыхать в Юго-Восточную Азию и жить дикарем на природе в палатке. Расположился на берегу океана на ночь. Заснул в палатке, а проснулся тут...

Пока ворочал мысли в голове, в соседнем помещении раздались шаги. Так, сука! Надо действовать быстро. Глаза шарят по сторонам в поисках чего-нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Недалеко от котла стоит табуретка, подхватываю ее в связанные руки и жду того, кто войдет в комнату.

Нааааа! Со всей дури бью по голове вошедшего. Табуретка от удара разлетается на запчасти, а вошедший падает кулем на пол. Упавший имеет зеленую кожу, лица не видно. За спиной какая-то странная, вся побитая и потертая винтовка и какая-то сумка. Волосы у вошедшего рыжие, а на голове что-то типа банданы, по которой расползается красное пятно от удара табуреткой.

Это кто? Тролль, что ли? Переворачиваю упавшего — лицо вполне себе человеческое, но вот кожа зеленая.

Какого хрена вообще? Глазами обшариваю комнату и вижу свой рюкзак, стоящий у стены. Ага, а вот и вещи мои! Подбегаю и вытаскиваю из бокового кармана паранг чандонг, мачете в деревянных ножнах, купленный у местных в ЮВА, который я использую для вскрытия кокосов, и небольшой топорик. Аккуратно вынимаю его из ножен и перерезаю веревку на руках. Заглядываю в котел — там плавает чья-то рука. Меня сразу выворачивает! Зеленокожие еще и людоеды. Паранг в руку — и одним ударом сношу половину головы вошедшему. Отсюда надо быстрее убираться, пока еще зеленокожие не появились.

Стягиваю с этого существа его сумку и винтовку. Винтовка, когда-то бывшая зеленой (судя по остаткам краски), имеет маркировку Cetme, калибр 5,56 и номер. Больше никаких маркировок на ней нет. Выщелкиваю небольшой магазин патронов на двадцать. В нем всего лишь три патрона. Открываю клапан на снятой сумке и вываливаю все из сумки на пол. Из ценного — только двадцать семь патронов двенадцатого калибра. Оружия под этот калибр нет, больше ничего ценного.

А, хрен с ней! Ссыпаю все патроны в рюкзак, рюкзак за спину, винтовку в руки — и ходу нафиг отсюда. Отойдя метров на пятьдесят, в мою сторону раздается выстрел со стороны развалин. Практически сразу падаю и смотрю в ту сторону, с которой раздался выстрел. Там двое еще таких же зеленокожих, видимо, обнаружили труп своего подельника и решили отправиться в погоню.

Так, черт! Ладно, не попали! Передергиваю затвор и жму спуск! Курок клацает, но выстрела нет! Осечка! Да что за винтовка? Передергиваю затвор и снова жму спуск! Пуля попадает стрелявшему в область груди! Второй, бежавший за ним и размахивающий заточенным куском трубы как копьем, метает его в мою сторону! Оно пролетает метров двадцать и втыкается в землю метрах в десяти от меня! Перевожу винтовку на метателя копий и делаю выстрел! Удачно — попадаю тому в голову, и тот сразу падает на землю! Все, патронов больше нет! Если сейчас появятся еще эти зеленокожие, то меня скорее всего сварят на ужин или обед!

Взяв в руки паранг и выбросив ставшую бесполезной винтовку, иду осматривать этих двух гоблинов. Одеты они в какие-то лохмотья, и от них очень дурно воняет — ребята явно мыться не любят. У копьеносца находится какой-то кинжал с длинным лезвием, но обломанной на четверть рукояткой. А вот у «стрелятора» находится и оружие двенадцатого калибра в виде обреза — хрен поймешь какого — однозарядного ружья с открытым курком. Длина ствола обреза — примерно сантиметров двадцать пять и отпиленный крайне грубо приклад, замотанный грязной тряпкой в месте отпила.

Переламываю обрез — в нем стреляная гильза. Запасных патронов при гоблине нет, да вообще ничего, кроме обреза, нет. Достаю четыре патрона, и один из них (с пулей) заряжаю в ствол. Обрез явно древний, весь тут и там в ржавчине, есть чувствительный люфт ствола. За оружием явно никто не следит.

Все, ходу, ходу, ходу отсюда! Мой бег продолжается километра полтора, пока я не нахожу небольшие кусты, за которыми и прячусь. Мысли беспорядочно мечутся в голове. Одно я понимаю точно: это не Камбоджа и не Тай. Это вообще я хрен знает где оказался!

Вокруг какая-то пустошь. Место, откуда я прибежал ранее, было чем-то вроде населенного пункта: может, деревня, может, небольшой поселок, но сейчас остались только развалины. В самих развалинах появляются еще какие-то белокожие, но без одежды, которые, посмотрев на зеленокожих, забирают их трупы и куда-то утаскивают. Это еще кто такие? Как вовремя я оттуда убежал!

Мои странствия по кустам заканчиваются еще через километр, когда я, выйдя на проплешину, наблюдаю совершенно дикую картину. На поляне четыре трупа. Двое одеты как солдаты девятнадцатого века, а двое по виду — из бронзового века. Судя по всему, между этими людьми (или кто это, хрен его знает) произошла стычка. У одного из солдат, вооруженного каким-то очень компактным карабином, в шее торчит короткое копье, больше похожее на дротик. У метавшего дротик прострелена грудная клетка. Второй, больше похожий на офицера, военный убит ударом бронзового меча в грудь. Тот, кто воткнул в него этот меч, прожил недолго: его бронзовая ламиллярная броня прострелена в районе живота, и тот отполз метров на десять от всей этой композиции и, судя по всему, умер от кровотечения.

Это что — такие же попаданцы в это вот ничто вокруг? Из разных времен? С моим обрезом много тут не навоюешь, поэтому решаю прибарахлиться. Пахнет тут уже, мягко скажем, бэ-э-э! Но куда деваться! Первым вынимаю копье. Копье вполне крепкое, если что — можно им пырнуть. Втыкаю его пару раз в землю, чем очищаю наконечник.

У убитого копьем вынимаю из рук странный, очень короткий карабин. Ствол у него заглушен какой-то затычкой из кожи на кожаном шнурке. Затвор закрыт и удерживается каким-то кожаным хлястиком. Убрав все эти странные прибамбасы, обнаруживаю просто ужасающий калибр — около 15–16 мм — у этого ружья или карабина, хрен его разберешь. Ствол нарезной, но очень короткий. Решаю осмотреть маркировку: помимо всяких штампов с коронами и прочего, нахожу надпись Stahl, сбоку еще надпись Zündnadelkarabiner M/57 и еле заметная надпись что-то там Dreyse. Открываю очень чудной затвор и обнаруживаю в качестве ударника длинную иглу. Это что? Какая-то вариация на тему игольчатой винтовки Дрейзе? А патроны где? Осмотрев подсумки на поясе убитого, нахожу кожаный с двумя свертками из бумаги голубоватого цвета со штампами, перетянутый веревочкой. Вскрываю один — там действительно бумажные патроны в количестве десяти штук. И какой стороной его вставлять в патронник? Нащупываю пулю — ага, понятно: пулей вперед. Вставляю бумажный патрон и пытаюсь закрыть затвор. Затвор идет очень туго, и только после пары ударов по нему удается его закрыть. Заткнув нос, снимаю и ремень со всей сбруей — потом разберусь, что там еще полезного. Второго — убитого выстрелом в грудь человека бронзового века — осматриваю. У него на поясе только бронзовый кинжал с лезвием сантиметров тридцать в очень неплохих кожаных ножнах, и в одном из множества мешочков на поясе нахожу точильный камень. Просто откладываю все в сторону. Следующий идет офицер (условно назовем его так). Первым в руки попадается его сабля, которая погнута и отломан ее кончик — к использованию она непригодна. Блять! Самый полезный инструмент по сути! Около руки лежит револьвер очень чудной и странной конструкции. Я что-то такое видел в музеях — капсульные, вроде, они назывались. Этот же имеет калибр около 11–12 мм и явные следы переделки. Первой нахожу маркировку, что это Colt army 1860, следующей — что это некая конверсия William Mason. Осматриваю само оружие: барабан на шесть выстрелов, дверца для извлечения стреляных гильз (как у нагана) и экстрактор этих самых гильз с пружиной на стволе. Открыв дверцу и провернув барабан, нахожу две стреляные гильзы. Ну да — с этого оружия всех и пострелял бравый офицер. На поясе у него кобура под револьвер и небольшой подсумок, в котором нахожу еще двенадцать патронов — по маркировке на донце это патроны .44 Colt. Выбив экстрактором две гильзы, дозаряжаю два патрона. С офицера стаскиваю его ремень с кобурой, но отцепляю шашку с ножнами. В груди у него торчит бронзовый меч с очень чудной рукояткой. Рукоять меча сделана из дерева, а навершие представляет из себя круглый деревянный мячик. Достаю и меч, который на удивление легко выходит. У последнего участника сей инсталляции к мечу неплохие кожаные ножны, которые снимаю с него.