Гера и Лесной страж

Глава 5

Сир Ганелон вышел встречать дочь и зятя в плаще черного бархата. Застежка-фибула в виде волчьей головы горела на плече двумя яркими, как капельки крови, глазками-рубинами.

Ганелон долго обнимал Альдегизу, по которой успел соскучиться, с радушием приветствовал зятя и, взяв за руки, повел обоих в дом. За спиной отца маячил хмурый Ирминольд, а за ним – фигура в черном, новый священник, отец Меллон.

Управитель трижды протрубил в рог, чтобы слуги накрывали на стол.

Ганелон был придирчивым хозяином и за любой проступок спрашивал строго, все в его доме должно было делаться в положенное время и в установленном порядке.

Поэтому в подготовленных для гостей покоях было заранее натоплено, наполнены горячей водой большие лохани для купания, а над глиняными кувшинами витал приятный аромат цветочного мыла.

Эти комнаты, да и весь дом, ничем не уступали жилищу ее свекров. Альдегиза горделиво улыбнулась, перестала думать о той неповоротливости, какую проявил ее супруг, и даже снисходительно шутила, обращаясь к девушкам-прислужницам.

Видимо, роскошь сира Ганелона впечатлила и Сигиберта, ибо к столу он вышел слегка растерянный.

На обед были поданы изысканные яства, начиная от подсвинков, фаршированных оленьими потрохами и запеченных целиком, и заканчивая лебедями и павлинами в полном оперении. Слуги без конца подкатывали бочонки с лучшими винами и медовухой.

Сигеберт, пробовавший подобные блюда при королевском дворе, сразу отметил, что недавний опустошительный набег едва ли коснулся владений его тестя. По пути им часто встречались разрушенные усадьбы и изможденные голодом, обнищавшие люди, но владения Черных кречетов беда каким-то чудом обошла стороной.

Мебель, посуда и все домашнее убранство поражали роскошью, а обед был приготовлен с большим размахом. Даже соусы к каждому блюду подавались свои, особые и очень сложные. Они обходились в несколько раз дороже самих блюд, ибо для их приготовления использовались, помимо меда, уксуса и орехов, еще и финики, корица, гвоздика, толченый имбирь, сандаловое масло и многое другое, что можно приобрести только у заморских купцов, заплатив по весу золота, а рецепт приготовления держался в строжайшем секрете.

С возвышения, на котором находился хозяйский стол, Альдегиза оглядела собравшихся гостей. Как обычно, самые доверенные вавассоры ее отца, чуть дальше – воины из свиты Ирминольда. Как и прежде, между одними и вторыми было заметно негласное соперничество. Несколько женщин – жены и дочери отцовских воинов, столь же тихие и благонравные, сколь безжалостны были их мужчины. Среди этих женщин ни одна не могла соперничать с Альдегизой. Что ж, отец знал, как встретить, чтобы его дочь осталась всем довольна!

Обгладывая утиное крылышко, которое она держала, как настоящая придворная, самыми кончиками пальцев, Альдегиза еще раз осмотрелась, на миг задержала взгляд на новом священнике.

Что ж, давно пора было взять капеллана вместо старика Аудомара. Новичок, отец Меллон, был понятен ей, как открытая книга, которую для убедительности дополнили еще и рисунком.

Молодой, явно это его первый в жизни приход. Выглядит непритязательным, уж точно не хватает с неба звезд, из бедной семьи, потому и пошел по духовной стезе. И сразу – такая удача, быть приглашенным в дом магната! Совсем не то, что участь войскового священника, который спит на голой земле, после каждого боя соборует умирающих, а в промежутках между боями прямо под виселицей исповедует приговоренных дезертиров! Да, этот тихий молодой человек будет всем обязан сиру Ганелону. И благодарен по гроб жизни. И слеп и глух, когда нужно!

Сир Ганелон всегда умел правильно подбирать себе людей.

- Глупец тот, кто все время ищет самых честных слуг и наилучших солдат! – внушал Альдегизе отец. – Брать надо не лучшего, а того, кто подходит тебе для того или иного дела, здесь и сейчас!

Она всегда знала, что батюшка умен и расчетлив и все делает себе на корысть.

Поэтому не удивилась, заметив мелькнувшего в толпе челяди Синопия.

- Ты смотрела на нашего… гмм… нотария, дочка?

От внимания Ганелона не могло укрыться ничто.

Альдегиза неопределенно пожала плечами и отправила в рот засахаренный орех.

- Случайно заметила.

- И не удивлена, что он все еще здесь?

- Если он здесь, стало быть, для чего-то тебе нужен, папа.

- Что ж, верно. Ты всегда была не глупа. Я расскажу тебе о некоторых делах. Когда никто не будет нам мешать!

- Но, отец, по-моему, и сейчас никто не мешает.

И точно, Сигеберт в сопровождении Ирминольда нетвердой походкой покидал зал.

- Что ж, - усмехнулся Ганелон, - здесь душно, и скоро гости захотят прогуляться. Старые обычаи на Святого Мартина, сама знаешь! Тогда мы поговорим. А сейчас даже хорошо, если твои супруг и брат познакомятся получше! Взгляни на них, деточка, и ты поймешь, что никто так не дополняет друг друга, как эти двое!

О да, он умел подбирать людей. Будь то священник, повар, соглядатай… зять!

- Зять могущественного, сиятельного Ганелона! Ирминольд, ты представляешь? – дробно хохотал пьяный Сигиберт.