Гера и Лесной страж

Глава 7

Впрочем, кроме рогов, незнакомец ничем не напоминал грозное языческое божество.

Во всем остальном он казался самым обычным человеком, уступающим в силе многим из собравшихся здесь крестьян.

Музыканты были в ударе и не сразу поняли, что кроме двух-трех совсем пьяных, уже никто не танцует. Мелодия продолжала звучать, пока вдруг резко не оборвалась.

Костер одиноко горел, а люди бросились на крики.

- Кернуннос!

- Кернуннос!

- Да что вы врете???

- Сам погляди!

В это время луна зашла за облако, и в свете множества факелов, с которых сыпались, как жгучие пчелки, мелкие искры, все остановились поодаль и с опаской и удивлением разглядывали человека, который с не меньшим недоумением и испугом уставился на них.

И было чего испугаться, ведь многие так и оставались в личинах зверей!

- Ты кто и откуда? – потребовал староста, к которому вдруг вернулся дар речи. – Чего хочешь от нас?

- А я и сам не знаю! – наивно ответил незнакомец.

- Наверно, это ряженый! – предположила Латра.

- Такой же, как и мы! – Жермена подошла ближе, опасаясь, что хмельные парни могут поколотить чужака. – Думаю, этот человек отстал от своих и забрел к нам.

- Ты кто, любезнейший? – спросил Рейн, недовольный тем, что волшебство этой ночи было так грубо нарушено. – Я где-то тебя видел, и совсем недавно!

Незнакомец шагнул к Жермене и вдруг преклонил перед нею колено.

- Я лишь одинокий путник! – проговорил он не очень твердым голосом. – Что есть человек, о госпожа? Одинокий путник, гость в своем доме… И… кто же еще?

Он потер лоб ладонью и обрадованно вскрикнул:

- И еще – я раб смерти!

- Что это он мелет? – старухи истово крестились.

- Злого духа призывает колдовскими заклинаниями!

- Тише! – прикрикнула Жермена. – Наш гость не желает ничего плохого, это же просто слова из книги*…

- Вам, конечно, виднее, благородная дама, - пробубнил староста, - но я бы из осторожности отправил его к аббату, пусть на всякий случай изгонит беса!

- Я одинокий путник! – сокрушенно повторил незнакомец. – Путник, который до сих пор не верил, что чудеса еще случаются! Простите, если я нарушил ваш праздник и помешал веселиться, прекрасная госпожа… но эта дикая красота поразила меня… будто оказался в чужом мире, которым правят оборотни и феи, и я не мог пошевелиться от удивления! Надеюсь, что ваш спутник не сердится на меня…

- О, разумеется, нет! – рассмеялась она. – Друзья, теперь я понимаю! Этот человек прибыл издалека и просто не знает местных обычаев. Но прошу вас, мессир, снимите этот головной убор, чтобы мои девушки не принимали вас за языческого Кернуннаса!

Все-таки она была невероятно доброй! Рейн хмыкнул и удержался от насмешки, которая была готова сорваться с языка. Этот неизвестно откуда взявшийся хлыщ вызвал у него неприязнь. Хотя и нет ничего особенного в том, что человек сбился с пути и забрел на чужие земли, но слишком уж восхищенным взором смотрел на Геру этот ряженый дурак!

Да, именно дурак, ведь Рейн давно разглядел, что на голове их чудаковатого гостя красовался двурогий шутовской колпак, только без колокольцев!

Было похоже, что какие-то шутники накачали его вином и нацепили головной убор шута. Вот только зачем было оставлять одного в лесу ночью?

Незнакомец стянул колпак и какое-то время растерянно вертел в руках.

Потом он почувствовал, что лицо пошло красными пятнами. Оставалось надеяться, что в полумраке это было не очень заметно!

- Скажите, откуда вы приехали? – мягко спросила Жермена. – Мои слуги проводят вас. В лесу волки, оставаться одному опасно!

Глаза уже привыкли к полумраку, и она видела, что на этом человеке отороченная мехом одежда из хорошего сукна, а за поясом короткий меч и кинжал. Вряд ли он мог быть простолюдином, а значит, пришел сюда не пешком.

Видимо, лошадь его скинула, и этим объясняется, что дорогой плащ с одной стороны сильно испачкан, будто человек упал в болото.

- О да, волки! – воскликнул он. – Волки там были. Вот я и вспомнил! Мы скакали через лощину, очень быстро, и тут… Тут раздался волчий вой, совсем близко, моя кобыла со страху понесла и помчалась в лес. И я не успел пригнуться под громадной веткой! А потом еле выбрался из болота.

- Тебе повезло, что это была не топь, – сказал Рейн. – Послушай, вот теперь и я вспомнил! Это тебя мы встретили, когда охотились с ястребами.

Сигиберт вгляделся в его лицо и вздохнул:

- Ох, да! Сейчас и я узнал тебя. Хоть это и было трудно. Мы праздновали в доме моего тестя, а вина там было слишком много… Меня зовут Сигиберт, о благородная дама и вы, мессир!

- Так значит, ты зять сира Ганелона! – усмехнулся Рейн.

- Да. А тебе это, кажется, не по нраву.

- Это не кажется. Но до дома Ганелона тебя все равно проводят.

- О нет!

Сигиберт еще раз потер лоб, на этот раз обеими руками.

- Нет, я был с Ирминольдом! Он сказал, что мы, храбрые рыцари и верные христиане, обязаны проучить его врагов. Но я не знаю, куда он делся! Все, что я помню, это бешеная скачка через лес и пустошь, а потом Ирминольд предложил срезать путь, и как раз посредине какой-то нескончаемой лощины подпруга ослабла, и еще эти волки…

- Смотрите! – раздалось сверху. – Горит!

Оказалось, что Арега из страха перед демоном не спустилась с камня и до сих пор стояла там. Она-то и увидела за стеной деревьев зарево далекого пожара.

Рейн взбежал на камни, за ним – Жермена, Бертрад и другие.

Сомнений быть не могло: горела одна из ее деревень!

- Ну, молись Святому Мартину, чтобы уцелела деревня и скот! – процедил Рейн, отталкивая Сигиберта со своего пути.

Сигиберт, сам потрясенный не меньше прочих, готов был провалиться сквозь землю. Он только сейчас вспомнил о цели их с Ирминольдом пути. Пьяный азарт прошел, он не желал никому из них зла и хотел сказать об этом, но Рейна рядом уже не было.