Герцог де Монтекристо

Прочирикали

\щ6

Морель и Валентина ставшие на вид детьми лет десяти-одиннадцати шлепали босыми ножками по мостовой, города в мире технологически напоминающего начало двадцать первого века. С ними были и малолетние бандиты: Баран, Фантик, девочка Ева и еще пара пацанов. Город был большой, вполне современный, солнц целых три. И тут было много беспризорных детей.

Вот Фантик подскочил к одной старушке и осторожно полоснул лезвием по сумке, подцепив ловкими пальцами кошелек. А та даже этого не заметила.

Валентина хихикнула:

- Это ловко, хотя и подло!

Фантик подпрыгнул, он тоже спрятал сандалики и предпочитал щеголять голыми, круглыми, детскими пяточками, и воскликнул:

- А затем старухам деньги, им помирать пора!

Баран с яростью воскликнул:

- Да эти старушки такие уродины - когда на них смотришь, то хочется блевать!

Ева эта очаровательная, размалеванная девочка заметила:

- Нет ничего страшнее и ужаснее, чем стать старушкой! Это дикое издевательство над природой. И когда я представляю что могу стать такой, то буквально коробит и трясет.

Морель шлепнул босыми, детскими ножками и прочирикал:

- Да против этого не попрешь! Но что делать, если так задумал сам Всевышний Бог!

Ева поморщилась и пискнула:

- Такие замыслы у Бога. Так что за это за Бог?

Валентина хихикнула и ответила:

- Может, дело не в Боге, а последствиях греха? Хотя я и сама четко не понимаю, как это работает?!

Фантик хихикнул и ответил:

- А я зато знаю, как это будет работать у нас с вами! Хотите узнать как!

Мальчишки хором воскликнули:

- А как именно!?

И босоногий мальчик-хулиган запел:

У человечества большое горе,

Наверно каждый думает о нем!

Пролилось слёз об этом море,

Страх человека жжет огнем!

Ползет за годом годы караваном,

Втирает бабка в щеки свои хну!

И что-то стало с стройным девы станом,

Откуда прут морщины не пойму!

Ну почему венец природы светлый,

Творец машин, вдруг должен увядать!

То кто запряг в телегу силу ветра,

Не может с злым стареньем совладать!

Красавица становится уродом,

А богатырь хиреет на глазах!

Любая теперь мерзкая погода,

И по ночам терзает дикий страх!

Но что спасенья нет, не верю я,

Способен человек поспорить с Богом!

Чтоб стала вечной дружная семья,

Чтоб легкой в гору круто шла дорога!

Не будет у старух теперь морщин,

Заставим старость отступить с позором!

И человек прогресса мощный сын,

В вершину жизни смотрит светлым взором!

И будет бесконечной красота,

Дни потекут речушкой полноводно!

Проявится людская доброта,

Ведь станет сердце чистым, благородным!

Верь, наслаждение новое придет,

С годами мудрость будет прибавлять!

Ведь в юном теле не селится лед,

Как школьник с жаром учиться на пять!

Отметку выше ну-ка поищи,

Экзамен пересдашь хоть сотню раз!

И можешь, есть в смак с медом куличи,

Ну, стань девчонкой старая сейчас!

И мальчик-бандит топнул своей маленькой, загорелой, детской ножкой.

Баран пробурчал:

- Да это хорошая песня! Но в любом случае, нам от этого не холодно и не жарко! Мне еще и четырнадцати лет нет, так что рано о старости думать.

Ева хихикнула и отметила:

- Но проблема в том что старухи уже сейчас капитально достали. Бешенные бабки - хорошо, бешенные бабки - скверно!

Морель заметил, подхватив босыми пальчиками ножек, с асфальта кем-то оброненную монету. Подбросив её и подхватив руками:

- Не самая лучшая тема для разговоров! Может, лучше поговорить о поэзии, и литературе!

Фантик рассмеялся и ответил:

- А что я плохо рифмую?

Валентина с улыбкой ответила:

- Очень даже неплохо! Прямо Цицерон!

Морель ставший мальчишкой поправил:

- Не Цицерон, а Байрон! Да неплохо он рифмует, но я могу не хуже!

Баран пробурчал:

- Спой что-нибудь! Дам доллар!

Валентина рассмеялась и ответила:

- А может выбрать место где много народу, и там спеть для всех и собрать приличные деньги?

Главарь малолетней банды заметил:

- Копы могут нас вспотрошить. Впрочем, идея неплохая! Может и в самом деле попробуем!

Фантик пискнул:

- Тогда на улицу Форели! Там и пропоем!

Дети-сорванцы рванули. Мелькали или кроссовки и голые пятки. Это была такая вот команда юный бандитов. И Морель тоже чувствовал себя хулиганом. И вот он даже подхватил босыми пальчиками ножек камешек с асфальта и запустил им в окно. В разные стороны брызнули осколки.

И снова замелькали босые, слегка запыленные пятки детей. Великолепная скажем так команда.

Вот где свистит полицейский, но вдогонку не бросается. Морель взял и скочил на руки и перекулился. И снова дети-бандиты бегут.

Валентина показала язык. Как это здорово быть маленькой девочкой. Мало того это попросту супер. И чувствуешь в себе огромное желание буянить.

Вот они выбежали на площадку где действительно собирались люди.

Баран сбросил с головы кепку и проревел:

- Подайте нищим, голодным детям.

Марсель и Фантик, Валентина и Ева стали приплясывать босыми, загорелыми, маленькими, детскими ножками.

И Марсель первый запел, своим ангельским голоском, сочиняя на ходу:

В битве змеиное жало проснулось,

Тлеет смертельная бледность равнин!

О ты моя, безудержная юность,

Если с Отчизной, то значит боец не один!