Герцог Махаон и Братство пещеры. Том 1.

Глава 11.

Внезапно вся кухня будто подпрыгнула. Из-за стены донёсся чудовищный грохот и крик.

- Неужели опять, - испуганно прикрыла рот скомканным в красном натруженном кулачке углом фартука Ирма.

- Что это? - удивился Патрик.

- Бешеные псы Чёрного министра. Любому трактиру, где они решат пропить свои грязные деньги грозит неминучее разорение. Они сами исчадия ада.

- Кто такой Чёрный министр? – на этот раз Патрик немного испугался.

- Самое отвратительное существо, которое только носит эта земля. – После смерти великого короля и его детей Чёрный министр захватил власть. И теперь всем правит он, а королева все годы оплакивает их смерть. Да ты, что, не знаешь, что ли?

Патрик только покрутил головой. Врать не хотелось, а сказать правду он не мог.

- Да как можно не знать министра Шварцпигена в этом княжестве? – кухарка только пожала плечами и тут же подпрыгнула от очередного удара в стену.

- Ужас, - Патрик поёжился.

«Так вот, оказывается, как его называют здесь: Чёрный министр, - задумался Патрик. - Не только в приюте его боялись до смерти. А королева? Она так и хранит траур. Министр захватил власть. Что это значит?»

- Ирма, а что значит: захватить власть?

- Из какой ты деревни, милок? – она снова подпрыгнула от очередного страшного крика в трактире. – Хорошо, что я хозяйская кухарка, а не трактирная. Я бы с ума сошла им прислуживать.

- Ирма?

- Ах, да, мальчик мой. То и значит, что он теперь вроде короля у нас. Королева почти не смогла после похорон ничего делать. И министры, как назло все погибли вместе с королём. Ну вообще все. Как будто кто проклял королевский род, – она активно много раз перекрестилась.

Патрик весь превратился в слух. В приюте о таком никто не говорил. Да и как? Что король погиб, Патрик знал, историю они проходили при старом графе ещё. Он, Патрик. Был маленький, когда король погиб и вся его семья, кроме королевы. Где-то в этот год вон и попал в это странное и страшное место. Может быть, его родные погибли на войне. А мама?

- Королева после похорон несколько месяцев вообще не показывалась. Мы грешным делом думали, что умерла. Министров, кроме этого чёрного демона не осталось. Вот он и заменил всех. А кто б ему против что сказал? Министр всё-таки. А потом как-то и королева попривыкла, что кто-то в стране управляется. Да кто там знает, как было.

Со звонок разбилось что-то большое и стеклянное в трактире.

В кухню вбежал испуганный и взмокший трактирный повар Кристиан:

- Черти, выродки! Побили почти всё, а еды ещё требуют. Ирма, дай пару птиц и кастрюлю побольше.

- Возьми, возьми, милок, - она быстро выхватила из корзины двух ощипанных птиц и сунула и в чистую кастрюлю. Храни тебя Бог, Кристи.

Повар быстро побежал обратно.

- Ты видишь, что творят? - Ирма сокрушённо покачала головой. – А всё почему? Набрал головорезов в свою команду этот Чёрный паук и верховодит. Что не по его, так тому разрушение и смерть. Северные острова знаешь, небось?

Патрик неопределённо пожал плечами.

- Хорошо, видать, у вас там, в горах, что вы зверств этих не знаете. Тоже уеду, вот бы замуж кто взял. Да я старовата. 40 лет поди уже.

- Разве это старость? – удивился Патрик.

- Для меня уже да. Королеве 52. Она ещё ничего себе. Говорят. Сейчас бы её внуку было как тебе лет. А он младенчиком помер в огне. Даже косточек не нашли, - Ирма вдруг расплакалась. – За что судьба такая жестокая с нами. Добрый король умер и целое княжество гибнет. Столько людей на островах умерло. Кто чуть против скажет или посмотрите. Любого на казнь или на каторгу.

Патрик только теперь стал отчётливо понимать, что жители княжества едва ли не каждый день и сами живут в заточении, почти как он в приюте. Правило, кончено, соблюдать надо. Но никто не вправе ссылать или казнить людей за малейшее неповиновение. Это жестоко и несправедливо. А если человек ошибся? А если это вообще не он? А если кто-то сказал неправду специально, чтобы подвести и оклеветать другого? Да разве так можно?!

- Вот так и живём, милок, - продолжила Ирма. – Так и маемся. Все боятся. Даже друг с другом откровенно говорить. Я вот с тобой говорю, ты ребёнок, ты меня никому не выдашь. Так ведь?

Она устало присела на край лавки возле Патрика, обняла его тёплой мягкой рукой.

- Я думал, тут хорошо будет. А тут тоже не сладко, - Патрик охотно прислонился к её плечу.

Ирма всплакнула, утёрла глаза краешком старого фартука.

- Когда-нибудь всё наладится. Кто-нибудь прихлопнет того паука, обязательно. Верю, знаешь ли, Патрик. Просто верю. Говорят, что справедливость всегда торжествует. Бог даст, доживу и до этого торжества. Но ты пока маленький, сторонись незнакомцев и не балуйся на улице. Здесь этого не любят. А вырастешь, сам разберёшься. Но ты хороший деревенский мальчуган. Видать, у вас там люди привольнее живут. Уеду в горы к твоему дяде, хоть нянькой к кому пойду, лишь бы подальше от этого.

Снова в стену прилетело что-то тяжёлое.