Герцог моих желаний

7.

Доктор Бишс отошел от постели пациентки, и вполголоса молвил:

- Очевидно, бедняжка, пережила огромный стресс. Можно надеяться, что скоро она придет в себя. - он захлопнул саквояж. - Давайте ей эту настойку каждые пол часа.

- Только этого мне еще не хватало. - закатила глаза мадам Крестель, и вышла из комнаты.

У Степфэна все переворачивалось внутри, стоило ему посмотреть на застывшую девушку. В сиянии утреннего солнца блестели ее прекрасные темные волосы, рассыпавшиеся на белой простыне. В кружевной, но при этом скромной ночной сорочке, она так сильно отличалась от демониц, чьими телами ему нравилось наслаждаться. И от тех девиц, что с радостью предлагали себя ему то там, то здесь. Было в ней что-то манкое, непорочное, скрытое к пристальному взгляду. Такое очаровательное, и непостижимое. То, чем хочется обладать сиюминутно.

- Для нее можно сделать еще что-то?

- Устройте полнейший покой. Пусть в комнате будет темно.

Когда мадам Крестель вернулась со служанкой, все уже было решено. Время вылечит измученную душу, а пока остается только ждать, и надеяться, что это случится в ближайшее время. Напряжение в доме начало раздражать. Отношения между ними всегда напоминали качели. Но в последнее время ссоры стали более частыми и жаркими. Степфэн приходил в ужас от мысли, что ему предстоит выслушивать тирады ее разочарований дни напролет.

Отдав необходимые указания, и пожелав остаться один в комнате, мужчина поставил стул ближе к кровати, чтобы услышать, если девушка заворочается. Ее мертвенная бледность была куда более пугающей, чем драка с незнакомцами вчера. Очень скоро он задремал, но и во сне его преследовала темноволосая девушка с ослепительной улыбкой.

***

В голове у нее громыхали раскаты грома, и перед глазами навеки застыла картина, как незнакомый мужлан пытается разорвать платье на груди своими большими грязными пальцами. Лиззи подтянула бы колени к груди, и свернулась калачиком, если бы могла. Но голова стала мраморной глыбой, а тело - грудой кирпича, такой тяжелой, что не сдвинуть с места.

Она попыталась сдернуть пелену боли криком, но с губ сорвался только жалкий стон. Ее руку обняла большая теплая ладонь. Низкий мужской голос парил сверху, будто окутывая заботой, как теплым одеялом.

- Я здесь… - произнес он. - Не бойся… Все хорошо. Тебя никто не обидит.

Даже в такой горячке этот голос успокаивал, давал призрачную опору, которой у нее никогда не было. Он придавал надежду на светлое будущее.

Ей вдруг показалось очень важным увидеть, кому принадлежит этот таинственный голос. Рассмотреть человека, спасшего ей жизнь. Собравшись с силами, девушка открыла глаза, и постаралась сфокусировать взгляд на расплывающемся лице.

Прямой нос, придающий лицу грубоватые выражение. Полные приоткрытые губы, которые немного искривились в злобной усмешке. Густые светло-каштановые волосы ниспадают на мускулистую грудь, что тяжело вздымается под белой рубашкой. Его глаза… Такие манящие и неизведанные, под косыми темными бровями, блестели и притягивали взгляд, как дорогие камни в витринах магазинов. В гари свечей мужчина казался слишком нереальным. Хотелось протянуть руку к его волосам, и ощутить их гладкость подушечками пальцев.

Она не знала, кто он, но это не имело значения. Возможно, это новое зарождающееся чувство внутри теплеет отблеском безграничной благодарности, или же это непредвиденная любовь с первого взгляда. Все потеряло смысл, пока этот незнакомец так нежно и пристально смотрит на нее сверху вниз, пока в его глазах отражается ее силует.

Этот человек показался слишком родным. Она знала, это лицо навсегда отпечатается в памяти. Внутреннее чутье утверждает, что ему можно доверять, на него можно положиться. Такое с ней происходило впервые. Даже страшные картинки с прошлой ночи померкли на фоне незнакомца. Сейчас все мысли были затуманены его персоной. И веки снова закрылись.

***

На следующее утро, мадам Крестель вошла в комнату больше не церемонясь, и нарочито громко стукая дверями.

- Есть перемены? - спросила она.

Степфэн уныло покачал головой.

- Нет.

Он не стал упоминать о том кратком мгновении в предрассветные часы, когда девушка пришла в себя на доли минуты, и посмотрела на него так, словно увидела саму его душу. Именно его, лорда каменных земель - Аллаэна диз Вардо. Ту самую демоническую частицу, что он так умело прячет под маской этого никчемного дворянина, Степфэна Ввэлса, уже несколько лет.

Наверное, это глупо, но именно тот момент показался слишком интимным, чтобы с кем-то делиться подобным. Тем более, с надоедливой тетушкой.

- Доктор Бишс навестит нас сегодня…

- Одни растраты! - перебила она. - У нее есть семья? Кто это все оплатит?

- Перестань.

- Я не собираюсь заниматься добродетелью в собственном доме. Этого никто не видит, и не оценит в полной мере.

- Ты забываешься, дорогая. Это не твой дом. И не твои финансы идут на лечение этой девушки.

Дама сникла, и поджала губы. Ее племянник ранее не позволял себе подобных вольностей. Ей это не нравилось, но и перечить не позволяет нынешний статус. Она полностью зависит от него, так как совершенно не проживет на оставленное после кончины мужа состояние.

- Вот бы узнать, где ее семья. - добавила она ласково. - Родная кровь всегда быстрее залечивает раны. Узнать бы ее имя… Плохо, что мы не знаем даже, как к ней обращаться.

- От ее статуса мое желание позаботиться о пострадавшем человеке не поменяется.

Степфэн лукавил, но ему безумно хотелось указать на место вздорной родственнице. Разумеется, ее статус его волновал больше всего, ведь от этого зависело, сможет ли он использовать девушку в своих намерениях, так как вздумается. Если у нее родовые корни, тогда нужно официальное приглашение, и встречи лишь на виду в обществе, или в сопровождении гувернантки, что не устраивает, ведь в будущем хотелось более интимного продолжения их знакомства. Но если девушка из простой семьи, то это довольно легко устроить, пообещав ее родственникам одарить бедняжку бриллиантами и шелками, как он обычно проворачивал с другими девицами.