Герцог, я не ведьма, я химик!

Глава 10. Безмолвный свидетель

Идея участвовать в допросе вселяла в меня животный ужас. Я представляла себе темницу, кровь, крики. Но Каэлен, как всегда, оказался на шаг впереди.

Повара, некоего Мартеля, доставили не в казематы, а в пустую, прохладную кладовую рядом с кухней. Его не били. На нём не было следов пыток. Только синяк под глазом и затравленный взгляд.

Он сидел на простом деревянном стуле, скованный по рукам и ногам. Каэлен стоял у стены, его поза была расслабленной, но глаза, холодные и внимательные, не отрывались от повара. В комнате пахло пылью, старой древесиной и страхом.

— Мартель утверждает, что перепутал ягоды с черникой, — безразличным тоном констатировал Каэлен, когда я вошла. — Собирал их для нового соуса к оленине.

Я кивнула, стараясь не смотреть в глаза повару. Мне было физически плохо. Этот человек пытался отравить короля. Но видеть его таким беспомощным, было очень тяжело.

— Черника, — тихо сказала я, — имеет характерный восковой налёт и растёт на низких кустарниках. Паслён — на высоких вьющихся стеблях. Их невозможно перепутать.

Мартель молчал, уставившись в пол.

— Он не признаётся, — сказал Каэлен. — Ни в чём. Ни под каким предлогом.

Я подошла к столу, где лежали вещественные доказательства — небольшой холщовый мешочек с ягодами. Рядом стояла кружка с водой. Идея пришла ко мне внезапно, рождённая отчаянием и желанием покончить с этим быстрее.

— Ваша светлость, — обратилась я к Каэлену, — разрешите мне продемонстрировать один научный опыт.

Он с интересом поднял бровь, но кивнул.

Я взяла несколько ягод паслёна, растёрла их в ступке в липкую тёмно-фиолетовую массу. Запах стал резче, сладко-приторным. Затем я капнула несколько капель полученного сока в кружку с водой и размешала.

— Мессир Мартель, — сказала я, и мой голос прозвучал неестественно громко в тихой комнате. — Вы утверждаете, что это безобидные ягоды. Собирались добавить их в соус. Значит, они должны быть безопасны на вкус.

Я поднесла кружку к его губам. Моя рука дрожала.

— Выпейте.

Глаза повара расширились от чистого, немого ужаса. Он затряс головой, пытаясь отодвинуться.

— Нет… Нет, прошу вас!

— Но почему? — я сделала удивлённое лицо, играя роль, которую сама же и придумала. — Если это просто приправа, как вы говорите, то что в этом страшного? Выпейте, и мы вас отпустим.

Он зажмурился, слёзы покатились по его щекам. Он бормотал что-то несвязное, молитвы или проклятия.

— Я не могу! Не могу! — он закричал, когда я снова приблизила кружку. — Это яд! Яд! Мне заплатили! Заплатили, чтобы я подсыпал их в королевское вино!

Кружка выпала у меня из рук и с грохотом разбилась, забрызгав водой и тёмным соком каменный пол. Я отшатнулась, чувствуя, как подкашиваются ноги. Это сработало. Это чудовищное, отвратительное представление сработало.

Каэлен не двигался. Он смотрел на Мартеля с тем же холодным спокойствием.

— Кто? — спросил он всего одно слово.

— Не знаю! Клянусь! — рыдал повар. — Мне оставили мешочек с ягодами и золото в укромном месте на кухне! Никого не видел!

Каэлен кивнул стражникам, стоявшим у двери.

— Уведите его.

Когда дверь закрылась, в кладовой воцарилась тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием. Я стояла, прислонившись к стене, пытаясь унять дрожь в коленях.

— Рабочий метод, — произнёс Каэлен. Его голос вернул меня к реальности.

— Да, эффективный, — выдохнула я, сглатывая ком в горле. — Вы же сами говорили — простая математика.

— Да, — он подошёл ко мне. — Но я не ожидал, что вы сможете это сделать.

— Я тоже, — честно призналась я. — Мне было плохо.

— Это хорошо, — он странно посмотрел на меня. — Если бы вам было хорошо, вы были бы монстром. А так… вы просто делаете то, что необходимо.

Он был прав. И от этой правды не становилось легче. Я только что сломала человека, не прикоснувшись к нему. Сломала страхом. Страхом перед знанием, которое я принесла из другого мира.

— Он сказал правду, — сказала я, чтобы перевести тему. — Он не знает, кто заказчик.

— Знаю. Почерк тот же. Осторожный. Но теперь мы знаем больше. Знаем, что они пытались использовать растительный яд, который легко списать на несчастный случай. И знаем, что у них есть доступ к кухне.

Он подобрал с пола разбитую кружку и отложил её в сторону.

— Ваша «лавка» сегодня спасла королю жизнь. Возможно, не в последний раз.

Он вышел, оставив меня одну в полумраке кладовой. Я смотрела на тёмное пятно на камнях — смесь воды, ягодного сока и моего собственного страха. Я была рада, что приложила руку к расследованию о покушении на короля и помогла разговорить повара.

И в то же время я чувствовала сгущающиеся надо мной тени и, что опасность может поджидать меня за любым углом.