Герцогиня на службе у Короны. Кровь и Дух 2

ГЛАВА 3 УТРО ВО ДВОРЦЕ

Утро выдалось странно ясным. Я проснулась раньше обычного — не от шума, не от голоса служанки, а сама, как будто внутренние часы отчитали достаточное время сна. Возможно, сказывалась усталость прошлых дней: долгая дорога, перемена места, напряжение. А может, это была привычка — быть начеку в новом доме, даже если этот дом зовётся королевским дворцом.

К моменту, когда появилась Эва, я уже успела умыться, причесать волосы и выбрать платье. Во дворце нельзя позволить себе выглядеть просто — здесь всё имело значение: цвет ткани, блеск камня, покрой и настроение, с которым ты это надеваешь. Я выбрала тёмное утреннее платье, расшитое мелким бисером и крошечными гранатами, тонкой вышивкой по подолу и лифу. Это был наряд женщины, у которой есть положение и долг — не слишком вызывающий, но запоминающийся.

Эва, помогая мне затянуть корсет, бормотала что-то себе под нос, пока наконец не поделилась:

— Я чуть не уронила поднос с хрустальными благовониями… — она закусила губу, — Мне показалось, старшая служанка сейчас прикажет выпороть меня прямо на месте. Они здесь как статуи — величественные, холодные, и все всё замечают.

Я усмехнулась и, поправив край рукава, ответила:

— Тебе грозит наказание только если ты что-то сделаешь Его Величеству. Но на всякий случай — воздержись от этого, — я посмотрела на неё с иронией. — В остальном, я в состоянии тебя защитить. Ну, или хотя бы достойно отомстить.

Она хихикнула, немного смущённо, но стало ясно — напряжение начало спадать.

Направляясь в гостиную, я искренне надеялась, что все уже ушли в главный храм Порядка на утреннюю службу. Сегодня как раз один из тех дней, когда дворяне массово выказывают свою благочестивость. Мне же не хотелось начинать мое первое утро во дворце с наставлений Ордена, особенно с общения со святыми братьями, которые любят задавать неудобные вопросы «молодым дамам при дворе».

Однако, каково же было моё удивление, когда, распахнув двойные двери в общую гостиную, я увидела, что вовсе не одна в крыле герцога.

В комнате уже находились мой муж, Ариана и её гувернантка, сэр Артур. Атмосфера была неожиданно непринуждённой — как на утренней встрече большой семьи. На длинном столе были разложены закуски: мягкие булочки с маком, пироги с яйцом и зеленью, копчёная рыба, сыр, резаные фрукты и чай в высоких фарфоровых чашках. От всего стола тянуло тёплым, уютным ароматом, который казался слишком земным для столь официальных стен.

Я едва сделала шаг в зал, как герцог, отметив мое появление, встал и, как хозяин, раздал распоряжения:

— Прошу всех — завтракать.

Он сказал это спокойно, но с такой тихой властностью, что никто не осмелился возразить. Даже Ариана, открывшая было рот, лишь села за стол и занялась пирожком.

— К Герцогине посетитель — в комнату вошел Карл, слуга герцога, отвечающий за покои семьи во дворце.

Я замерла на секунду. Кажется, этот день начинался совсем не так, как я ожидала.

***

Размышляя о своей прошлой жизни, я не могла не признать: за время, проведённое во дворце, мне удалось многое. Иногда меня охватывали тревожные, почти нелепые мысли — если здесь, в замке, с моим участием всё сложилось так удачно, то что же происходит там?

Я давно боролась с искушением всё записать: перечислить события, обозначить даты, расставить акценты — где я лишь наблюдала, а где действительно повлияла на ход вещей. Порой казалось, что от этой простой схемы зависит гораздо больше вещей, чем я хочу признать.

Когда герцога срочно вызвали к графу Дюрану, я на миг испугалась — вдруг он умер раньше срока? И как тогда сложится всё без его влияния? Пока ждала возвращения герцога, я перебирала в уме слова поддержки, готовясь к худшему, но, к счастью, всё обошлось.

Я знала одно: Селия не сможет заменить меня по-настоящему. У неё нет моего дара. Нет той тонкой магии, которая позволяет чувствовать момент. И значит, мне всё равно в скором времени стоит поехать во дворец.

В тот вечер, когда я решилась озвучить мужу свои условия, я не забыла добавить главное: я буду приезжать. Не часто, но в нужное время. Осталось лишь одно — точно рассчитать моменты, когда моё присутствие будет по-настоящему значимо.

Какое же удивление — и, признаться, облегчение — я испытала тем вечером, когда муж внезапно вошёл в мою спальню.
Я сидела за туалетным столиком, лениво расчесывая волосы. Он подошёл бесшумно, встал у меня за спиной, и его руки мягко легли мне на плечи. В зеркале я увидела его отражение — он смотрел прямо на меня. Наши взгляды встретились, и в этот момент, с присущей ему безапелляционной холодной уверенностью, он произнёс:

— Я решил. Вы поедете со мной.

Я кивнула молча, стараясь сохранить спокойствие, но внутри всё сжалось. Вместо привычного волнения от его близости — был страх. Кто завершит всё то, что я начала здесь?

— А Леннокс? — вырвалось у меня прежде, чем я успела обдумать.

— Он остаётся, — отозвался он, и в его тоне сквозила лёгкая насмешка. — Это первый вопрос, который вы хотите мне задать?

Я мысленно одёрнула себя и поспешно улыбнулась:

— О, поверьте, я признательна вам за это решение. Просто... я не люблю незавершённости. Дороги, сельское хозяйство — я не успела довести всё до конца. Хорошо, что он останется. Он сможет закончить за меня начатое.

И в ту же секунду я заметила — имя Леннокса, сказанное вслух, да ещё с таким явным интересом, задело Феликса. Он не сделал ни одного лишнего движения, но по глазам я поняла: это задело его. Не раздумывая, я мягко коснулась его руки, провела пальцами по его пальцам — осторожно, почти неуловимо, но искренне. Всё ещё не отводя взгляда от его глаз.

— Я немного волнуюсь. — улыбнулась я опустив голову на наши руки на моем плече. — До этого я если и была во дворце, то только на званном ужине и танцах. А представлять семью самого герцога - это большая ответственность.

Он вскинул бровь, с едва заметной усмешкой в голосе ответив: