Герцогиня на службе у Короны. Кровь и Дух 2

ГЛАВА 30 ОПАСНОЕ ПРИЗНАНИЕ

Я вернулась в свои покои, не обращая внимания на жизнь вокруг, не замечая ни слуг, ни звуков собственных шагов по каменному полу. Неприятное чувство глупой и детской обиды, давало о себе знать. Феликс даже не дослушал, он просто попросил меня уйти, не понимая насколько важной могла оказаться информация.

Дверь за мной закрылась, и я осталась наедине с тишиной. Я прошлась по комнате взад-вперёд, то сжимая ладони в кулаки, то бессмысленно теребя край рукава.

Я никому в этом замке не могу доверять. Люди слишком хитрые и увязли в этих играх, за право быть ближе к Королю.

Я хотела довериться своему мужу, рассказать ему всё. В прошлой жизни герцог Терранс стал для меня наставником, каменной стеной, единственным человеком, к которому я могла обратиться без страха.

Но и это произошло не сразу, первые впечатления и тогда были противоречивыми и не ясными … Он открылся и доверился мне только через время. Вначале мне даже казалось, что его внимание ко мне продиктовано сторонними интересами или чьим-то влиянием, как-будто он вынужден был направлять меня.

Но после всего, что нам пришлось пережить, после всех собраний и политических ловушек, всех заговоров и допросов, лишь тогда, я увидела в нем своего сторонника и защитника.

А сейчас?.. Сейчас он бывает нежным и заботливым со мной, а иногда смотрит на меня как на чужую, едва знакомую женщину. Муж, да, но не союзник. Не доверенное лицо.

А вдруг он вообще не тот человек, которого я знала тогда? Вдруг всё, что я помнила, относится к другой жизни и другому мужчине?

Я обхватила себя руками, словно могла спрятаться от собственных мыслей.

Я сидела у себя в комнате, предположения и теории роились в моей голове словно стая птиц, сбившихся с пути.

Кому я вообще могу доверять в этих стенах?

Я перебирала людей в замке, словно выискивала нужную карту в колоде.

Принцесса Элинор… ещё более загадочная личность. В этой жизни я сказала ей больше слов, чем за все пять лет прошлой, и всё же она остаётся для меня закрытой книгой. Её смех, её рассуждения о браке и женщине — всё это звучало так свободно, так непривычно. Я была уверена, что она сильнее и расчетливее, чем кажется на первый взгляд. Но понять её до конца я не могла. А значит, и делиться с ней тайнами — тоже.

Что уж говорить о других дамах двора? Я познакомилась с ними лишь здесь, в этих коридорах. Бриджит — пожалуй, ближе других: мы похожи характерами, взглядами на жизнь. Но и ей я не готова довериться.

Лорд Дербиш… он всегда добр ко мне, терпеливый собеседник, готовый обсуждать книги бесконечно. Но в прошлой жизни я не доверяла ему, даже избегала его общества.

И теперь, размышляя, я понимала: во многом моя неприязнь к нему исходила от Феликса. Герцог Терранс никогда не скрывал своего недоверия к этому человеку — и я невольно переняла его взгляд. Может быть, зря?

Но просить помощи у Дербиша я не стану. И у графа Дюка тоже. Тем более я не доверю им своих секретов.

Отношения с мужем для меня важнее всего. Если я сейчас обойду его и пойду к другим за советом или поддержкой, то между нами никогда не будет настоящего доверия. Я не хотела повторять историю в этом ключе, я предпочитала учиться на своих ошибках.

Одно я понимала ясно: доверия у меня нет ни к кому. Ни к принцессе, ни к придворным, ни к доброжелательным лордам, ни даже к мужу. Всё слишком зыбко, слишком опасно. Но и молчать я не могу.

Если я не узнаю сама всё о своём даре, если не пойму, что именно со мной происходит, — то как сумею рассказать Феликсу правду так, чтобы не оказаться пешкой в руках его величества?

Я знала, чем всё обернулось в прошлой жизни. Наказание обрушилось на лорда Хоммея и его дочь. Лорда отстранили от важных дел, допросили и признали виновным, Мариану король помиловал и сослал в монастырь.

Или если это было совпадением? Если их постигла такая участь не из-за тканей?

Я села на край кровати, уставилась на свои ладони. Они были чистыми — ни нитей, ни знаков дара. Пустота. И в этой пустоте поселился страх. Как я могу хоть что-то узнать без своего дара?

Я прошлась по комнате, пытаясь унять дрожь в пальцах. Мой взгляд упал на стопку книг у изголовья. И среди них — знакомый переплёт, книга о Карле Великом. Я протянула руку, взяла её и сжала, словно в ней был ключ к разгадке.

Если кто-то в истории знал, что значит потерять силу, то именно он — человек, который ценой собственной крови лишил магов власти. Может быть, в этих страницах я найду намёк, ответ, хоть крошечную зацепку.

Я развернула фолиант и начала искать хоть что-то интересное…

Я сидела в постели, укрывшись одеялом, облокотившись на мягкую подушку, и пролистывала фолиант о Карле Великом. Страницы шуршали под пальцами, но мысли то и дело ускользали. Я вздрагивала от каждого шороха в коридоре, и когда дверь тихо отворилась, сердце забилось сильнее.

Феликс вошёл, не постучал, и даже не хлопнул громко дверью, чтобы обратить моё внимание на себя. Его шаги были уверенными, но взгляд — мягче, чем обычно. Он задержался на секунду у порога, а потом заметил книгу в моих руках.

— Вечером — и снова с книгой, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Если так пойдёт и дальше, я боюсь, что вы одним днём и вовсе переедете в библиотеку.

Я хотела возразить, но он, не дожидаясь ответа, обошёл кровать и опустился на край, облокотившись плечом о мои ноги поверх покрывала. Этот жест был таким неожиданным, что я растерялась.

— Милорд, я… — начала я, откладывая книгу и собираясь подняться.

Но Феликс перехватил мой взгляд и чуть улыбнулся, качнув головой:
— Не нужно. Не вставайте.

Я сжала пальцы, собираясь с духом. Я собиралась сказать ему о тканях, о том, что меня терзает дурное предчувствие, но слова застряли в горле.

Муж оказался первым, кто нарушил молчание.

— Я несколько раз брал Ариану в тот охотничий дом, — произнёс он негромко, уставившись на каменную стену украшенную гобеленом. — Но девочка ни разу не узнала собственную мать на портрете.