Герцогиня поместья на окраине империи

Глава 13

На купленных мясе и муке мы прожили целых две недели, экономя во всем. Анара исхитрялась готовить еду буквально из воздуха. Но, конечно же, долго такое счастье не могло продолжаться. И припасы наши снова подошли к концу. В кладовке осталась лишь горстка соли да пустые банки, пылящиеся на полках. Перед нами снова замаячил призрак пустого котла. Ни барон, ни граф не подавали признаков жизни, будто ждали, когда нужда сама пригонит меня к их порогам.

Когда была доедена последняя краюха позавчерашнего хлеба – жесткая, как камень, и безвкусная – вопрос о выживании встал ребром. Незрелые яблоки в саду кислили на ветках, огород щетинился лишь орчишкой да чахлой морковной ботвой. Надеяться было не на кого. Я в сотый раз кусала губы, вспоминая тот сон и свое гордое «нет» графу. Глупая, глупая гордость.

Лето сдавало позиции. Вечера становились сырыми и колючими, а в доме зияла пустота: ни полена у печи, ни горсти крупы в закромах. Запах сырости въелся в стены.

В тот вечер я сидела в гостиной на первом этаже, кутаясь в единственный плед. Тусклый огонек свечи, оплывшей до лужицы воска, едва разгонял мрак. Я уныло смотрела в черное зеркало окна, гадая, как теперь связаться с графом и не передумал ли он покупать это разоренное гнездо. Мысли путались, как нитки в распущенном клубке.

Внезапно в дверь гулко постучали. Три четких удара, слишком громких для тишины умирающей усадьбы. Открывала Анара. Я, подавленная из-за безнадежности, даже не шевельнулась. Ни гостей, ни добрых вестей я не ждала. Потому очень удивилась, сначала услышав в холле непривычно веселые голоса – звонкий смех и оживленный говор, – а затем и увидев в слабом свете догорающих свечей, как порог гостиной переступают неясные силуэты незнакомцев.

Послышался непонятный звук, вроде громкого щелчка пальцами, и затем в комнате загорелся свет. Сам собой, что странно. И я увидела двух молодых женщин и двоих мужчин постарше. Все четверо выглядели здоровыми, довольными жизнью, радостными. И смотрели на меня с неясной теплотой.

Надо сказать, я напряглась. Привыкнув и на Земле, и здесь, что всего следует добиваться самостоятельно, не умея ни на кого рассчитывать, я в первую очередь подумала, что непонятные существа или ошиблись адресом, или решили меня обобрать. Хотя что брать-то в этой развалюхе?

- Здравствуй, сестра, - мягко улыбнулась одна из женщин, постарше, высокая, худая шатенка, в темно-синем платье. Карие глаза, теплые и глубокие, как лесные омуты, смотрели на меня с такой нежной уверенностью, что у меня перехватило дыхание. Ее улыбка была мягкой, словно луч солнца сквозь тучи. – Наконец-то мы тебя нашли.

Я моргнула, раз, другой, третий, пытаясь рассеять туман от голода и усталости. Потом осторожно уточнила:

- Чья сестра?

- Наша, - еще одна улыбка, на этот раз от женщины помладше. Она выглядела проще и спокойней той, первой. Синеглазая брюнетка, она была одета в ярко-голубое платье из дешевого, но чистого ситца и казалась спокойнее, как тихая заводь после бурного ручья. Ее темные волосы были туго заплетены в косу, лежавшую на плече. — Наша родная старшая сестра. Магия привела нас к тебе. — Она слегка кивнула в сторону мужчин, стоявших позади, как тени. — Я — Аглая, это — Жанна. А это наши мужья: Дирк и Стив.

Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша. Ну вот у меня и родня появилась. Интересно как девки пляшут. А может, я сейчас лежу в палате на Земле? И добрый дядя доктор ставит мне укольчик, чтобы не буйствовала?

У меня никогда не было братьев или сестер. Родители говорили, что с их доходами и меня одну вырастить было тяжело. Кредиты, ипотека, счета… Какие уж тут другие дети.

И потому все, что мне оставалось в этой странной ситуации, - уточнить:

- Вы не ошиблись?

Жанна, та, кареглазая, решительно покачала головой.

- Магия не может ошибаться. Здесь – наше родовое поместье, ты – наша старшая сестра.

Она вытянула вперед руку. И из ее ладони появились красные нити. Они начали оплетать нас троих.

- Мы рады, что ты вернулась сюда, и готовы помочь тебе возродить наш род, - сообщила между тем Аглая.

- Какой род? – все, что пришло мне в голову.

Что называется, почувствуй себя недоумком. Похоже, я скоро привыкну к необходимости переспрашивать по несколько раз.

- Наш, сестра. Наш род, который почти исчез. Из кровных родственников остались только мы трое. Ты – старшая в роду. Тебе и стоять во главе.

Боги, какая чушь! Что я могу возродить, если даже прокормить себя саму не в состоянии?!