На второй день стало понятно, что змеюка либо уползла из замка куда подальше либо затаилась. Уровень шума в Большом зале превысил все мыслимые отметки, а уровень энтузиазма охотников изрядно поубавился.
Я по-прежнему сидела в Больничном крыле, переглядываясь с Поттером. К консенсусу мы так и не пришли, но становилось понятно, что вопрос с василиском требует нашего участия – очевидно, гадина затаилась в Тайной комнате, как и ее хозяин, а без нас… Без нас ее точно не найдут. Зараза.
Впрочем, были в нашем вынужденном «простое» и положительные стороны. Мы были слишком разными, чтобы дружить в полном понимании этого слова, однако у нас было достаточно общего, чтобы из простого общения получилось нечто большее. Например, деловое партнерство. Началось все с того, что я решила организовать самообучение. Не слушая стенания Рона и Драко, мы с Перси попросили домовиков принести учебники. Я уже практически освоила программу чар за этот год, Гербологию отлично объяснял Невилл, а ЗоТИ – Гарри, Драко досталось зельеварение (теория, к сожалению, практиковаться было негде), а Трансфигурацию объяснял Перси. Мы успели пройти всего по паре параграфов, но появились неожиданные гости.
Когда дверь открылась, я даже не сразу поняла, что в нее вошел человек. Это было больше похоже на чудовище Франкенштейна – будто куклу шил кто-то, весьма отдаленно знакомый с человеческой расой. Кривая нога, кособокая походка, взлетающие при каждом шаге руки с короткими бугристыми пальцами, исполосованное багровыми шрамами лицо, бешено вращающийся искусственный глаз и клочки светлых волос на собранном по кусочкам черепе – вот таким я впервые увидела Грюма.
Узнала, к сожалению, мгновенно – по глазу. И тут же захотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда.
- Лестрейндж! – гаркнул он, так резко остановившись, что я испугалась, как бы не упал. – Ты! – палец безошибочно указал на меня. – За мной! А щенок твой где?
Корвус, вестимо, был в теплицах. Вот только я и не подумала на этот вопрос отвечать – столь вопиющее неуважение возмутило меня до глубины души. Встать с кровати тоже не подумала:
- Кто вы?
Грюм и не думал скрывать свою неприязнь, а уж когда я заартачилась, его просто затрясло.
Не знаю, чем бы это закончилось, если бы не подоспевшая не менее возмущенная МакГонагалл:
- Грюм, это переходит всякие границы! – донесся из коридора ее голос. Откуда-то сбоку я услышала сдавленное оханье Рона: «Грюм!». – Вы не имеете права допрашивать учеников без сопровождения…
- Да плевал я на ваше сопровождение, - гаркнул он, разворачиваясь. Минерва как раз подоспела и теперь застыла в дверном проеме, гневно уперев руки в бока. Ноздри у нее дрожали. – Если мне нужно будет допросить свидетеля, я это сделаю! Тем более, что еще бабка надвое сказала, не она ли укокошила мальчишку…
- Колин жив! – тут же не вытерпела я. – А вы говорите чушь! Он был под моей защитой, зачем мне ему вредить?!
- А с вашей семейкой никогда не знаешь, на что напорешься, - огрызнулся Грюм, но смотрел на меня уже немного по-другому. Словно… Оценивая. – Ну? Говорить-то будешь?
- Только в присутствии будущего свекра, Наблюдателя и декана, - ехидно ответила я.
Грюм заметно скривился – лицо, и без того не блещущее красотой, стало напоминать сушеную брюкву.
Меня попытались прощупать ментально, но наткнулись на фамильные блоки, усиленные парочкой амулетов – кое-что я все же успела почерпнуть из Запретной секции, пока Снейп меня не застукал. Теперь головная боль – в прямом смысле – Грюму была обеспечена. А нечего лезть в головы маленьким беззащитным девочкам!
- Покажите письменное разрешение и я отвечу на все ваши вопросы, - сладко добавила я и сложила руки на коленях, как примерная ученица.
Когда Грюм убрался, все уставились на меня – кто с восхищением, а кто и с ужасом.
- Лестрейндж, ты совсем отбитая? – Рон покачал головой. – Это же Грюм! Он тебе этого не простит.
- Я ему – тоже, - мстительно парировала я и села писать вдохновенное письмо на имя главы Попечительского совета, то бишь мистера Малфоя. Тоже мне, гроза Пожирателей, с ребенком так не разговаривают! И уж тем более так не говорят с главой рода.
Вечером пришел Корвус и сообщил, что Грюм добрался и до него. Точнее, попытался, но рядом был Снейп и об него аврор обломал зубы.
- Чего он так на вас взъелся? – растерянно пролепетал Невилл, когда вечером после ужина мы все вновь собрались в Больничном крыле.
- Лестрейнджи, - хором сказали Драко и Перси.
А я пояснила:
- Он был свидетелем на суде моих родителей. И Рабастана тоже помог… упрятать. Так что еще неизвестно кто кого ненавидит больше.
- А ты когда-нибудь видела… ну… родителей? – Панси можно было спрашивать такое, я знала, что она интересуется не из праздного любопытства – у нее тоже не было матери.
Поэтому просто покачала головой:
- Не думаю, что это будет хорошей идеей. Басти говорит, Азкабан меняет людей. Забирает все человеческое.
Больше мы эту тему не поднимали и постарались обратиться к чему-нибудь более позитивному. Поскольку Корвуса отпустили отдохнуть, они с Невиллом довольно быстро погрузились в обсуждение ассортимента будущей аптеки – бумажная волокита вроде бы подходила к концу, оставалось только найти аптекаря с лицензией, но здесь дело стояло колом. Поэтому пока что мы составляли списки и прикидывали поставщиков. И здесь неожиданно для меня включился Драко. До сих пор он участия в разговоре не принимал и вообще, казалось, был сосредоточен на своих домашних заданиях, но, видимо, Корвус и Невилл ему мешали, потому что я заметила, как он дергал головой, словно пытаясь отмахнуться от назойливой мухи, и, в конце концов, начал прислушиваться – перо было забыто, пергамент свернулся в трубку.
- Вы что, хотите все это закупить в аптеку? – неожиданно фыркнул он.
Мы все синхронно посмотрели на него.
- Да вы же разоритесь через полгода! – пояснил Драко, усаживаясь рядом с мальчиками. – Вот, смотрите… Поттер, дай сюда пергамент, рисовать буду…
Отредактировано: 06.10.2024