Гермиона: по следам прошлого

Глава 13

Даже вспоминать не хочу, что за этим последовало. В обморок я не упала, хотя очень хотелось – закрыть глаза и сделать вид, что ничего не было. В моей голове пронеслись разом десятки вариантов событий, включая книжный. Следом обрушилось чувство вины – ведь я знала что ему грозит и ничего не сделала! Затем растерянность – как это, убили? Северус Снейп просто не может умереть, он же… Он – константа! Он так долго присутствовал в моей жизни, что я, пожалуй, не представляла ее без него.

Еще не до конца понимая, еще не ощущая горя или печали – слишком внезапно все случилось – я двинулась следом за миссис Патилл на кухню, где уже собрались все остальные, и с непониманием огляделась, отрешенно задаваясь вопросом их присутствия.

- Гермиона, мне так жаль, - Парвати. Она, пожалуй, лучше других знала насколько близко мы общались.

- Кто? – выдавила я через силу, потому что внезапно оказалось, что уже давно не дышу. Наверное, с тех пор, как пару минут назад миссис Патилл сказала «Убили!». Неудивительно, что окошко света перед глазами все сужалось, пока я не заставила себя дышать. Не сразу вспомнила как. – Кто сообщил?

- Пророк, - тихо сказала Падма, подталкивая газету ко мне.

Я тупо уставилась на расплывающиеся перед глазами буквы. В груди все тяжелело, словно внутри росло что-то жуткое.

Я не верю.

Я вызвала Досли и отправилась в Тетнор, бросив Поттера на попечение Патиллов. Рабастан как раз завтракал и до Пророка еще не добрался, но безошибочно понял по моему лицу, что случилось что-то ужасное. Вдвоем мы еще раз перечитали короткую заметку о том, что сегодня ночью изувеченное тело профессора зельеварения Северуса Снейпа доставили в Мунго. Ядовитые зубы василиска не оставляли сомнений в том, что исход уже предрешен – противоядия не существовало.

Из всего этого я сделала только один вывод – сообщение о смерти было лишь предположением.

Поэтому я отправилась в Мунго, захватив с собой в качестве тяжелой артиллерии мистера Малфоя. Рабастан остался дома, пригвожденный постановлением Визенгамота.

В палату нас не пустили. Целитель был непреклонен:

- Бокс окружен магией, только благодаря ей ваш профессор до сих пор жив. Любое вмешательство только навредит.

- А невмешательство – убьет! – воскликнула я. – Разве ничего нельзя сделать? Ведь есть же сильные артефакты, неужели они не помогут?

- Профессор Дамблдор приносил слезы феникса, - целитель слегка удивленно посмотрел на меня. – Но даже они залечили лишь внешние повреждения. А яд проник глубоко. Боюсь, что слишком глубоко.

- Переливание? – я наступала на него, от волнения совсем забыв, что нужно держать марку. – Вы пробовали?

- Подойдет только кровь родственника, - уже с раздражением ответил целитель. От того, чтобы отмахнуться от наглой выскочки, его останавливало только присутствие мистера Малфоя, который явно был на моей стороне. – Вы знаете таковых?

Я растерянно оглянулась, но Люциус только покачал головой:

- У него никого не было, Гермиона.

- Нам остается только надеяться, что магия и организм профессора справятся самостоятельно, - добавил целитель и, сочувственно похлопав меня по плечу (я брезгливо дернулась, в этот момент я его ненавидела), ушел.

Мы остались стоять посреди коридора. Над головой моргала тусклая лампа на последнем издыхании. Светло-зеленые стены наводили на мысль о морге.

- Схожу к Сметвику, - решил мистер Малфой. – Может быть…

Он не стал договаривать и тоже ушел. Я осталась одна, устремившись взглядом сквозь стены палаты, туда, где лежал Северус. В этот момент я ощущала ужасающую беспомощность. Я привыкла управлять своей жизнью, привыкла, что всегда могу найти выход, но перед лицом подступающей смерти неожиданно оказалось, что ничего не могу.

Спустя некоторое время – я совсем потеряла ему счет, судорожно пытаясь найти спасительный выход – вернулся мистер Малфой. Посмотрел сверху вниз – я сидела на полу, потому что стульев не было.

- Так не пойдет.

Я подняла на него глаза. В голове царила звенящая пустота.

- Для главы рода это недопустимое поведение, - мягко, но непреклонно заметил он. – Вставайте, мисс Лестрейндж. И ведите себя подобающе.

Я скрипнула зубами, но встала, не удержав, впрочем, едкого вопроса:

- Ну и как же ведет себя глава рода, когда умирают его друзья?

- Ищут выход, - коротко ответил Люциус. – Пойдемте. Если мы не видим ответа, нужно спросить у тех, кто уже побывал за гранью. Быть может, они помогут.

Мы вернулись в Малфой-менор, где нас встретили Нарцисса и Драко, но мистер Малфой практически сразу повел меня вниз. В подвалах поместья я еще ни разу не была, поэтому теперь осматривалась со все возрастающим интересом. Замок был старым, многажды перестроенным, а мы направлялись в самую древнюю его часть. Светлый камень сменился темным, неошлифованным, воздух стал сырым, а на стенах появились капли воды. Мистер Малфой убрал палочку и зажег (с трудом) масляную лампу, которая слабо разгоняла плотную тьму перед нами, покачиваясь в его руке. Говорить не хотелось – казалось, стоит открыть рот и что-то опасное из глубины этих катакомб найдет тебя. Подвалы мэнора были гораздо больше, чем в Тетноре. Честно говоря, без проводника я бы здесь заблудилась уже на третьей развилке. Интересно, сами-то Малфои знают куда ведут остальные тропинки?

Наконец, мы вышли в небольшую залу – неровно округлое помещение, свет лампы едва достигал противоположного его края. Камень в центре я узнала и невольно попятилась – такой жутью, древней первородной мощью от него веяло.

«Неудивительно, что Драко боится принимать род» - подумалось мне. Алтарь Лестрейнджей по сравнению с этим выглядел детской игрушкой. От родового камня Малфоев веяло чем-то нечеловеческим.

- Хотите принести меня в жертву? – невольно вырвалось. Каюсь, в минуты страха начинаю нести чушь, о которой потом сама жалею. Но предположение судя по задумчивому выражению лица будущего свекра было не таким уж далеким от правды.