Гермиона: по следам прошлого

Глава 17

В директорском кабинете было тесно. Я, МакГонагалл, Рабастан, Дамблдор, мистер и миссис Эджком, Филиус Флитвик… Отсутствовали только собственно виновники происшествия – Мариэтта и Корвус, которых пришлось поместить под присмотр мадам Помфри. Я угрюмо ковыряла пальцем кожу на ручке глубокого кресла. Даже переодеться не дали, ироды – так, высушили поспешно, убедились, что других повреждений нет и выбросили на ковер. Сижу как чучело – одежда мятая, волосы дыбом, палочку (палочку!) отобрали. И ругают. Меня! Даже Рабастан смотрит неодобрительно, что вдвойне обидно. Его ради моей показательной порки разрешили выпустить из Тетнора.

Экзекуция длилась уже с час. Эджкомы требовали исключения Корвуса из Школы, я упирала на спонтанный выброс магии, который контролировать невозможно. Пубертатный возраст и все такое. В этот момент родительский гнев перекинулся на меня – я же за него ответственна! Все знала и не удержала!

- Что значит – не удержала? – тут уж я подскочила в кресле. – Если бы не я, там бы все сгорело дотла! Включая и Мариэтту с Корвусом!

Судя по выражению лица мистера Эджкома, о смерти последнего он бы нисколько не сожалел. С его стороны донеслось что-то вроде «Туда Лестрейнджам и дорога…» и здесь на мою защиту бросилась Минерва МакГонагалл.

- Девочка еще несовершеннолетняя! И младше собственного брата, как вы себе это представляете? Как бы она его удержала?

Рабастан смотрел на меня. Уж он-то прекрасно знал, что способ бы я нашла – если бы успела. Признаюсь, сглупила. Недооценила горячность Корвуса – кто бы мог подумать?!

- Я требую справедливого суда! Дамблдор?! – мистер Эджком повернулся к директору и я подумала, что для него это очень неудобная ситуация. С одной стороны – такой повод выкинуть Лестрейнджей из школы! С другой – поднимать шумиху он вовсе не хотел, ведь тогда я тоже молчать не буду, все выложу – и о попытке приворота и о роли Эджкомов. У Бодрига на лапах все доказательства.

- Отличная идея, давайте передадим дело в Визенгамот! – окрысилась Минерва. – Будем судить несовершеннолетнего за спонтанный выброс магии! Да вас на смех поднимут, тем более всего ущерба – обожженные руки.

Ну, прямо скажем, это она приуменьшила, Мариэтту неслабо приложило как магией Корвуса, так и моим «Агуаменти», причем я подозреваю не столько выбросом брата, сколько его ментальным давлением. Когда Флитвик ее уводил, она была словно сама не своя. Хотелось бы верить, что все обойдется, а не то повод у Визенгамота действительно будет.

- Альбус, вы ведь отвечаете за несовершеннолетних в стенах школы? – Минерва, видя, что с Эджкомами спорить бесполезно, обратилась к дедуле. Тот вздохнул.

- К сожалению, суд назначил другого опекуна.

И мы все знали, кого именно.

- Вот пусть он и решает вопрос наказания! – решила МакГоналалл.

Снейп и решил. Бесполезных наказаний он не любил, так что мы вдвоем с Корвусом поступили в полное распоряжение мадам Помфри. И если брату она быстро нашла занятие, отправив в теплицы, то меня вовсю использовали в роли подсобного рабочего. За апрель я успела вымыть до блеска все Больничное крыло, уже без рецепта смешивала порошки, знала основы первой помощи и сестринского дела и всеми фибрами души ненавидела старшекурсников, которых гормоны доводили до таких глупостей, что страшно вспомнить. Поросячьи носы, выпавшие (или наоборот, отросшие где не надо) волосы, а уж после матча по квиддичу я вообще зареклась в этой игре участвовать! До сих пор я, признаться, думала, что в Больничное крыло попадает не так уж много учеников… Ха!

В общем, скучно не было. Я надеялась, что хоть пасхальные каникулы немного дадут отдохнуть, но тоже не срослось.

Во-первых, мы с Корвусом все еще были в натянутых отношениях. Он нашел-таки виноватого в моем лице и несмотря на то, что с Мариэттой все было кончено, все еще дулся. Точнее, впал в угрюмое молчание, даже Невилл растормошить не смог. На девушек и вовсе не смотрел. Я сначала пыталась помириться, но терпение быстро лопнуло. Ох уж мне этот подростковый максимализм, думает, теперь вся жизнь его кончена.

Так что в Тетнор мы возвращались хоть и большой компанией, но не слишком веселой.

Драко к моему удивлению тоже был угрюм и выглядел в целом осунувшимся и невыспавшимся. На вопросы отвечал невпопад и вообще о чем-то крепко задумался, так что сразу на перроне мы расстались.

За мной, Корвусом и Колином прибыл Бодриг, так что до дома мы добирались довольно долго – по магическим меркам. Дошли до Дырявого котла, а уже оттуда камином переместились в Тетнор, где нас уже ждала целая делегация: Рабастан, Рия (про нее я совсем забыла!) и мистер Олливандер с Денисом, Досли маячила позади, но верещала громче всех – еще бы, с нового года не виделись!

Пока все наобнимались, пока познакомились – прошло не меньше часа. Постепенно мы переместились в столовую, даже Бодриг был усажен за канапе с сырой говядиной и маринованным луком. Остальные поначалу косились, но видели его уже не в первый раз, так что вскоре беседа пошла своим чередом, тем более что к гоблину у многих были вопросы. У меня тоже, но их я задавать при всех не стала.

Вместе с сытостью пришла и усталость – хотя казалось бы, мы целый день ничего не делали, ехали себе в поезде. Но я расслабилась – и только сейчас поняла, насколько напряжена была все это время в Хогвартсе. Не то чтобы я не любила Школу, но в отличие от того же Гарри не думала, что это самое безопасное место на свете.

Поэтому когда мистер Олливандер подошел и попросил уделить ему минутку внимания, я лениво решила, что он хочет перевезти к себе Колина. Дэнис его уже боготворил и явно гордился дедулей, но статуса попечителя у старика не было, а это означало проблемы. Можно, конечно, провести проверку в Министерстве… Но очень не хотелось афишировать эту ситуацию.

Однако мальчиков отослали с Корвусом. Рия, заметив, что мужчины перешли к обсуждению текущих дел Тетнора, да еще и с моим участием, растворилась где-то в глубинах дома. Я даже не знала где ее комната – в письмах Рабастан про девушку практически перестал упоминать, видимо, они нашли все же общий язык, а у меня было много других забот, так что… Но нужно все же выделить время и с ней поговорить, наверное мистер и миссис Патилл волнуются, еще бы – ребенок живет с чужим человеком, мужчиной! Им на это было тяжело решиться.