Герои Камирэ. Пути Милосердия

Глава 13

"Моя жизнь - это нечто странное, болезненное и вечное... Я темный и я - досрочно в аду!"

— Когда Эллара говорила, что каждый должен познать её боль, — демон, пятясь назад, не сводил глаз с изувеченного лица Тайтры, которая, тяжело дыша, пыталась подняться у колодца, — она имела в виду преданность. Преданность делу её дитя!

— Мне... плевать! — прохрипела Тайтра, глядя на него багровыми глазами и сжимая кулаки.

— Тот, кто отступился от Тьмы, достоин лишь небытия, — рыкнул демон, разгоняясь для прыжка. — Я с удовольствием исполню её волю!

— Кто бы говорил об Элларе, поганый осквернитель! — выкрикнула Тайтра, вскинув руки. Из воздуха вырвались тёмные колья, взмыли и полетели в демона. Но они не причинили ему вреда: часть он сбил лапой, одна вонзилась в грудь и тут же растворилась в клубах черноты.

— Давай! Сделай больнее! — с безумной жаждой заорал демон.

В этот миг ворота во двор с грохотом распахнулись, и внутрь влетела Баррикийка. Оба тёмных существа медленно повернули головы, останавливаясь на неожиданной гостье.

Гвинни оглядела Тайтру, затем демона, и хихикнула:
— Простите, я тут ищу друга. Маленький, пушистый… мышка.

— Что?! — взревел демон, харкнув с яростью. — Я раздавлю тебя вместе с твоей крысой!

Он сорвался с места, сметая всё на пути. Гвинни успела воздвигнуть ледяной щит, и чёрные рога демона врезались в прозрачную преграду. Щит выдержал удар лишь миг: по нему пошли трещины, и он рассыпался на осколки. От колоссальной силы удара Гвинни отбросило к воротам, дыхание сбилось.

Но отвлечение сработало. Тайтра, оббежав демона, прыгнула и всадила в его плечо кинжал Тьмы. Раздался рёв. Чёрная кровь хлынула из раны, заливая траву. В ярости демон взмахнул лапой, схватил Тайтру за грудь и сжал так, что раздался хруст. Девочку отшвырнуло в стену дома, и с её губ хлынула тёмная кровь.

Гвинни, с трудом поднявшись, хватала ртом воздух. Боль в спине была невыносимой, зрение плывло, и она почти не понимала, где находится и что происходит вокруг…
Тайтра уже не могла пошевелиться. Осквернители были куда сильнее любых других тварей Тьмы — что уж говорить о ней, едва обращённой. Демон высосал из неё и магию, и силы тела. Она понимала, что больше не способна сражаться и, вероятно, когда эта тварь вернётся, он просто добьёт её. Но принять такую судьбу Тайтра отказывалась. Сжав кулаки, она поползла к дому, превозмогая жгучую боль, от которой давно успела отвыкнуть.

Гвинниэра тем временем добежала до дуба. Тело Эльвара лежало невредимым, точно так же, как и прежде, но мыши, в которой был заключён его разум, нигде не оказалось. Она подняла тело, судорожно оглядываясь по сторонам, но ни следа зверька не находила. Может, он укрылся внутри дерева? Но сколько бы она ни стучала, ни звала его, обходя дуб кругами, ответа не было. Уставшая, запыхавшаяся, она схватилась за колени и увидела, как демон, скребя когтями по каменной кладке, медленно и нарочито лениво приближался к Баррикийке, словно играя с жертвой.

– Ох, кто же к нам пожаловал?! – оскалился он, глаза его были подобны бездне. – Гвинниэра Сайротаррва, любимица Канвуса, мага иллюзий! Всю жизнь бродила по коридорам университетов, гнила в башне за бестиарием, а теперь решила вкусить настоящей жизни?!

– Ты ничего не знаешь… не смей лезть в мою голову, – выдохнула она.

– Ха! Зазнайка, уверенная, что способна всё изменить. Не храбрая, не смелая — всего лишь глупая девчонка, возомнившая, будто весь мир вертится вокруг неё. Сколько смертей уже на твоей совести, по вине твоей тупой, недумающей башки?!

– Не смей! – выкрикнула Гвинни. – Это неправда!

– Откройся! – рявкнул демон. – Покажи, кто ты есть! Покажи, как тебе плевать на этих людей! – он указал когтистым пальцем на город и ухмыльнулся, сверкая клыками. – Признай, что ты похожа на меня!

– Я… никогда не стану такой, как ты, урод, – прорычала она, зубы стиснуты, руки дрожали от гнева и бессилия. Она знала эти уловки — демон пытался сломить её, подчинить, вызвать в ней ярость.

– Ну что ж… – демон прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Раз ты не поддаёшься, значит, даже лучше. Тогда я сам наслажусь твоей горячей, алой кровью!
Демон заревел и метнулся к Баррикийке. Но в тот же миг между ними встал ильферр. Дуб, что всё это время стоял неподвижно, внезапно ожил: огромная ветвь с хрустом ударила демона в горло. Тварь захрипела и, отлетев назад, рухнула на землю. Из почвы с гулом вырвались толстые корни, и дуб поднялся, шевелясь, словно гигантская деревянная сколопендра.

Гвинни, с разинутым от ужаса ртом, смотрела, как древо поднимается на свои дряхлые, но могучие корни. Ильферр, заметив её замешательство, коротко пояснил:
— Это спящий дендроид.
— Кто… кто?! — только и смогла вымолвить она.

Демон снова бросился вперёд, но получил сокрушительный удар ветвью по голове. Скуля, он оказался прижат к земле. Корни дендроида пронзали его тело, причиняя нечеловеческую муку. Древо с ужасающей силой схватило рогатого за руки и рывком подняло в воздух, а затем швырнуло оземь. Демон рухнул на спину, издав хриплый рык.

Ильферр прошептал несколько заклинаний, и вокруг твари взметнулись колючие кусты. Шипы впивались в его плоть, с каждым ударом сжимаясь всё сильнее, разрывая мясо и кожу. Демон завыл, но выдержать этого не смог: вскоре его тело обернулось клубами чёрного дыма, что поспешно растаяли, убегая в иное пространство.