Герой волшебного меча

Глава 33

«Что за чудовища?» — Мориан выхватил клинок и взглядом стал осматривать окрестности. 

Черные, будто поддернутые дымкой, существа выбирались из леса, быстро и неумолимо приближаясь к деревне. Вся решимость и ярость людей погасла в один миг: оружие валялось на земле, брошенное обезумевшими от страха владельцами.

— «Скрывающиеся во мраке, — ответила Лия, враждебно мерцая. — Люди, поглощенные когда-то Мраком и потерявшие свою душу. Нужно уничтожить их, пока они не начали заражать людей».

Он вспомнил ту дикую ненависть своих друзей, когда частица Мрака коснулась их и превратила в чудовищ в человеческом обличье. Гладснир тут же отреагировал на чувства хозяина: щит раскрылся, воинственно сверкая металлической поверхностью и волшебным камнем.

— Мари, спрячься! — крикнул Гальсар, запрыгивая на дрокса. Тот издал гортанный звук и взрыл когтями землю.

— Меня не забудь! — Сэм схватился за ремень седла и проворно залез на Дру, пока тот нетерпеливо ждал команды. Секира кровожадно зазвенела, качаясь на его спине.

— Гиппо! — Резкий рывок взрывного дракона перенес их за несколько секунд за пределы деревни, стремительно приближаясь к монстрам. Теперь Мориан мог их разглядеть: почерневшая чешуйчатая кожа, вытянутые лица с горящими красными глазами и ртом, усеянном множеством мелких острых зубов. Еще похожие на людей, они были ужасны и уродливы в своем чудовищном обличье — каждый в своём собственном. Неужели тьма в человеке может так сильно исказить его и превратить в безумного монстра?

— «Кончай ломать драму. Их уже ничего не может спасти. Смерть будет лишь долгожданным избавлением».

Он вздрогнул и едва успел понять, что происходит, как Дру врезался в толпу Скрывающихся и начал рвать их зубами и когтями. Хвост мотался из стороны в сторону, расталкивая монстров. Гладснир отражал атаки, а Амальнир кромсал и испепелял всё, до чего касался. Рядом гремела громовая секира, сопровождая каждый удар небольшим землетрясением.

Чудовища бросались и бросались, пытаясь цапнуть его когтями или зубами, с которых капало нечто черное и вязкое. Казалось, им всё нет конца: отрубленные конечности возвращались к своим телам, давая возможность нападать почти без перерыва.

Гальсар почувствовал боль в висках — признак скорой слабости. Поддерживать щит и одновременно атаковать было тяжело, а жизненная сила неумолимо перетекала в небесное оружие. Он боялся считать, сколько ему осталось времени до того, как потеряет сознание. Враги безостановочно бились в щит, зеленый камень сверкал при каждом ударе, а купол на мгновение переставал сиять. Самым жутким было то, что битва происходила в тишине. Ни рева, ни крика, ни визга, словно их всех окружила стена молчания.

Оставалось только одно.

— Сэм, бей на всю катушку!

— Ты спятил? Я здесь все к чертям разнесу! — Дакшер рассек пополам широкого монстра с висящим брюхом и оттолкнул его.

— Бей, кому сказал! Ярнбъёрн, круши!

Видимо, его панический крик подействовал, потому как спиной Мориан почувствовал сильную вибрацию. Вложив все силы в защиту, он приготовился к взрыву.

Но все произошло совсем неожиданно. Ударная волна прошлась вокруг них, сбивая и рассекая Скрывающихся во мраке. Те почти сразу начали вставать, собираясь снова атаковать.

На луг тихо, почти незаметно пробралось чьё-то пение. Слов он не понимал, но монстры замерли, прислушиваясь к ней. Затем медленно, сбиваясь в группу, повернули и исчезли в Темном лесу. Мориан едва удержался, чтобы не последовать за ними: песня манила его, звала к себе. Мысли заволок дурманящий туман. Он дернул дрокса за поводья в сторону леса.

Меч пронзительно сверкнул и, вырвавшись из его рук, полоснул его плечу. Боль пронзила тело, молнией проясняя разум. Дру засвистел и остановился, повернув голову к нему и обеспокоенно обнюхав рану. Клинок упал на траву.

— Мор, что с тобой? — Сэм бежал к нему, размахивая секирой.

— Не знаю... — «Что это... за чувство было?»

— «Не знаю, — ответила Лия. Ее голос пронизывали вина и и тревога. — Тебе сильно больно? Прости пожалуйста, но я так испугалась, когда перестала слышать тебя. Ты как будто без души остался».

Гальсар вздрогнул. «Люди, потерявшие свою душу». Если бы он последовал за песней...

«Я превратился бы в чудовище». — Никакое оружие, никакая магия не смогут защитить его от самого себя.

Он поддался Мраку, повинуясь внезапному желанию. Одно-единственное желание едва не убило его на долгие тысячелетия. Но его все равно мучил вопрос.

«Кто же ее пел?»

***
 

Дом старосты оказался лишь немного лучше других: старенькая мебель, чуть потрескавшийся белый потолок. Мужчина усадил их за стол, налил молока и с мрачным видом смотрел на пустую стену.

Мориан, ощущая тяжесть тишины, первым ее прервал.

— Что здесь произошло? Что это были за... существа?

И снова молчание. 

— Варнав, — наконец глухо ответил староста, — меня зовут Варнав, и я самый худший староста за всю историю нашей деревни. А все из-за нее! — Он со злобой ударил кулаком о стол.

— Кого ее? — поинтересовался Сэм, с наслаждением прихлебывая из кружки. Вокруг рта уже появились белые усы.

— Хозяйки. Духа, что повелевает демонами и натравливает их на нас, похищает наших детей и дурманит своими чарами, — Варнав тяжело выдохнул. — Долго мы терпели эти напасти, но несколько дней назад пропал Геро, а его мать сегодня нашли мертвой в постели. Много лет назад Хозяйка околдовала его, и он исчез, как и десятки других до него.

— «Хранитель Источника, — сказала Лия, проматывая в его голове слова старосты. — Мрак извращает всё, к чему прикоснется, и эта хозяйка могла в прошлом быть светлым духом эльфов».

— Но почему вы не вызвали Инквизицию? — воскликнула Мари. За окном мелькнула любопытная морда дрокса, которая тут же исчезла. — Она же здесь есть?

— Есть, — кивнул мужчина, теребя рукав льняной грязно-белой рубашки, — вот только в прошлый раз она сожгла половину деревни на своих кострах и вытоптала наши поля. Думаете, что-то сейчас изменилось?