Героика. Сага о не очень хороших людях

Глава 2.12

С недовольной рожей, Хиггинс рыскал по залу в поисках хоть чего-нибудь съедобного. Не отыскав ни крошки, он принялся обшаривать карманы, покуда не выудил на свет скомканный листок бумаги. Развернув находку, коротышка довольно ухмыльнулся и подошел к маячившей чуть поодаль магине.

— Кому придет в голову ставить себе статую на рабочем месте? — не замечая его, задумчиво произнесла Дана.

Стоя у стола, она с интересом рассматривала лежащие на нем предметы. Все книги были написаны на неизведанных для нее языках и содержали в себе математические формулы, изображения алхимических сигилл и рисунки уродливых монстров. Бумаги и свитки были заполнены от руки зашифрованным текстом, где в роли букв выступали таинственные закорючки и крестики.

Сдвинув в сторону кипу листов, девушка едва не вскрикнула от испуга. На нее смотрела знакомая книга в бумажном переплете. Обвитый змеей череп зловеще ухмылялся ей с обложки.

С заговорщицким видом Хиггинс подергал Дану за рукав.

— Чего тебе? — раздраженно обернулась та.

— Узнаешь? — коротышка помахал листком у ее носа. — Та самая страница из твоего гримуара. В которую я завернул червей.

— ДАЙ СЮДА! — рявкнула Дана и выдернула бумагу из руки Хиггинса.

Положив листок на стол, девушка бережно разгладила его ладонью. Убедившись, что текст с обеих сторон до сих пор читаем, она облегченно вздохнула.

— Слава Богу! Я уже считала, что эту страницу на дне озера доедают рыбы!

— Кстати, насчет еды, Твоя Светлость... Ты не хотела бы сейчас перекусить?

— Если ты отыскал своих червей, то разрешаю тебе съесть их в одиночку.

— Я не об этом. Не хочешь пробовать один фокус из твоей поваренной книжонки?

— Конечно хочу, — фыркнула Дана. — Я промазала по тебе первым файерболом, так что в этот раз буду целиться как следует.

— Тьфу ты! — досадливо поморщился коротышка. — Я про написанное на этой странице. Ты забыла? «Ритуал по призыву галушки».

— Я помню. И что с того?

— Как что? — Хиггинс в предвкушении потер ладони. — Я бы не отказался сейчас от большого, горячего и обжаренного на сливочном масле куска теста.

— Отвали! — огрызнулась Дана. — Магия — это благородное искусство, предназначенное для высоких целей, а не для удовлетворения твоих низменных потреб...

Внезапный урчащий звук оборвал ее на полуслове. Схватившись за живот, девушка с содроганием осознала, что это урчит у нее в желудке. Впервые за долгое время она почувствовала, как сильно проголодалась.

Смущенно опустив глаза, она встретилась лицом к лицу с коротышкой. Рожа того сияла, как маленькое самодовольное полнолуние.

— Вслушайся в эту мелодию, Твоя Светлость! Мне кажется, или твое пузо всецело поддерживает идею?

— Вообще-то у нас есть сазан, — упрямо ответила магиня. — Мы можем съесть его.

— Еще чего! — взъярился Хиггинс. — Во-первых, не у нас, а у меня! Во-вторых, это мой рекордный трофей! Никто не притронется к нему зубами, пока я не покажу его всем и каждому в кабаке у Эрни!

— Зачем?!

— Чтобы другие рыбаки мне завидовали!

— Господи! — девушка устало прикрыла лицо ладонью. — Мужики невыносимы!

— Кроме того, миледи, — как бы невзначай добавил коротышка, — по твоей вине я потерял рюкзак и спички. Нам нечем развести огонь. Так что даже если я позволю тебе съесть моего сазана, глодать ты его будешь в сыром виде.

Мысленно представив себе эту картину, Дана позеленела от ужаса. Переведя взгляд на статую, она разобрала надпись на маске.

«Людоедство — это тоже выход», — гласила та.

— АГРХ! — содрогнулась магиня.

От мысли, что будет лучше съесть — сырого сазана или сырого коротышку — ей стало плохо. Оперевшись рукой о стол, она слабым голосом произнесла:

— Хиггинс! Мне тяжело это говорить, но, наверное, ты прав...

— Вот и я о том же, Твоя Светлость.

— Хорошо, — наконец сдалась Дана, — галушка так галушка.

Вновь посмотрев на листок, она вчиталась в написанные от руки мелкие строчки. Неразборчивый корявый текст с инструкциями усеивали восклицательные знаки. Даже был крошечный рисунок черепа с двумя перекрещенными костями.

— И пузо только у тебя, а у меня живот, — обиженно буркнула девушка напоследок.

***

— Значит, так, — Дана водила пальцем по заляпанным столетним супом строкам.

— «Начертите на полу защитный круг диаметром не менее четырех футов», — огласила она первое расшифрованное предложение.

— Не вопрос! — отыскав на столе пепельницу с мелом, Хиггинс выбрал на полу место без узора и изобразил нечто, по форме напоминающее огромный блин с неровными краями.

— Больше похоже на ослиную задницу, — задумчиво прищурилась Дана, — хотя сойдет. Меня больше впечатляет, что ты знаешь смысл слова «диаметр».

— Меня больше впечатляет, что ты с ходу можешь опознать ослиную задницу. Я был картографом в имперской армии, Твоя Светлость. Впрочем, не отвлекайся. Что там дальше?