Героиня второго плана

9.2

9.2

Когда Агнар отпустил меня, всего на мгновение, на одно единственное, я почувствовала себя брошенной и опустошенной, но, быстро справившись с эмоциями, улыбнулась и поблагодарила:

— Спасибо за то, что снова выручил и спас мою жизнь. 

Агнар смотрел прямо, внимательно и пристально, не отрывая глаз. 

— Было бы странно, поступи я иначе, правда? — с его губ слетел риторический вопрос. — Ты можешь не верить, Декабрина, но я, действительно, дорожу тобой. 

Согласно кивнула головой. Как бы мы не отрицали, не ругались и не выясняли отношения при каждой новой встрече — отрицать наличие чувств (странных и непонятных нам обоим) было бы глупо. Я видела, как Агнар смотрит на меня, как заботится. 

Я знаю, что ощущаю сама при встречах с ним.

— Могу сказать то же самое и о тебе, — вздохнула и присела на кровать. — Ты мне дорог. Не могу понять свои чувства лучше — я все еще побаиваюсь тебя и ожидаю очередного удара в спину, Агнар. Но даже так…

Прервалась, набирая в легкие как можно больше воздуха.

— Даже несмотря на чувства, между нами нет доверия. Ты не доверяешь мне. Я — тебе. И так бесконечно, чтобы мы не делали.

Мужчина, сократив расстояние, присел рядом и крепко сжал мою руку. Вскинув взгляд, нахмурилась.

— Я хочу научиться. Тебе всего лишь надо дать мне шанс, Декабрина.

Чуть подумав, спросила:

— Может, стоит начать с малого? 

— Например? 

Переведя дух, сжала большую ладонь Агнара чуть сильнее. Мужчина был облачен в черную шелковую рубашку, но, даже сквозь тонкую ткань приятной материи, я ощущала исходящий от него жар — невольно прижавшись ближе, произнесла:

— Расскажи о том, как ты познакомился с Айбелин. Что испытал и почувствовал? Мне интересно. Хочу знать, что есть в ней такого, чего нет во мне. 

Агнар напрягся, но возражать не стал. Когда молчание затянулось, слабо кашлянула и повернула голову в сторону принца. Нахмуренный и сосредоточенный взгляд, плотно сжатые меж собой чувственные губы — он думал. 

Довериться или нет.

— Если ты не хочешь, то не стоит, — протянула, чуть отстраняясь. — Возможно, это действительно нагло с моей стороны — требовать подобное, но… как бы там ни было, я хочу знать.

Повернувшись в мою сторону, мужчина склонил голову ниже и, удобно устроившись своим лбом на моем плече, прошептал:

— Я увидел ее впервые, когда наносил очередной визит в академию. Кажется, это было весной. Ты тогда заканчивала первый курс и контролировала каждый мой шаг. 

Сглотнув, с трудом сдержала рвущийся наружу хохот — я была той еще занозой в заднице. 

— Отец каждый раз настаивал на том, чтобы, по прибытию в академию, я навещал тебя. Тогда я шел к тебе, Декабрина, но случайно стал свидетелем издевательств над Айбелин. Какие-то старшекурссницы отпускали в ее сторону грязные шутки и нелестные комментарии.

Мужчина улыбнулся и легонько погладил меня по щеке. Зажмурившись от удовольствия, качнула головой, прося продолжать. Информация, ценная и важная, сама шла ко мне в руки — я была на седьмом небе от счастья.

— Будучи будущим правителем целого государства, пройти мимо и закрыть на это глаза — я не мог. Дискриминация в стенах академии запрещена, но девушки все равно умудрялись называть Айбелин безродной девкой. 

— Я слышала, что она бастардка дома Брельес, — вставила свои пять копеек. — Барон Брельес принял ее, когда узнал о ее существовании. Ну, по крайней мере, так рассказывала Риша.

— Она дочь проститутки из Сайлора, с которой однажды имел связь отец Айбелин, — пояснил мужчина. — До двенадцати она жила с матерью на окраине Коувера.

Лицо скривилось при упоминании нижнего района. Это именно то, ради чего я сейчас учусь. Решительно сжав свободную руку в кулак, напомнила самой себе об истинной цели пребывания там, в академии. Не столь важна учеба, сколько ее безупречное окончание и роль феодального лорда, которая даст мне сил и возможностей, чтобы сделать хоть что-то полезное для государства и людей.

— Судя по твоему выражению лица, ты в курсе, что это за место. Айбелин редко рассказывала мне о своем детстве, и единственное, что я знаю — жить в одном доме с проституткой для ребенка, маленького и несмышленого, было… Ее матери надо было как-то зарабатывать на жизнь. Ты понимаешь, что я имею ввиду, Декабрина?

Не выдержав, сдавленно охнула. Представлять — было ошибкой. По телу прошла волна неприятных мурашек, и Айбелин вновь стало жаль. На время, углубившись в ее историю, я даже забыла о  ее попытках убить меня. Сейчас Айбелин казалась лишь несчастным ребенком, связанным по рукам и ногам обстоятельствами. 

— Это ужасно, — с трудом выдавила из себя, отмахиваясь от навязанных воображением картин. — Что произошло дальше?

Агнар, внимательно посмотрев на меня, вздохнул. 

— Мать умерла, но перед смертью рассказала о том, кто ее отец. Что оставалось двенадцатилетней девочке, оставшейся совершенно одной, кроме как не пойти к единственному известному родственнику? Барон принял ее не сразу, сначала была проведена экспертиза. Несмотря на то, что в обществе титул «барон» занимает не особо значимое положение, пустить в семью ребенка с улицы просто так они не могли.