Гг: Гарем? А может не надо?

30

Я вновь стоял с деревянным тренировочным мечом в небольшом тренировочном зале. Вновь и вновь отрабатывал взмахи мечом.

- Усерднее занимайся! – Услышал я голос отца.

Он следил за мной, пока я отрабатывал взмахи, а потом приемы работы с мечом. Это было мое первое воспоминание из детства. Тогда мне было всего шесть лет.

Следующее воспоминание, немного позже. В этот день отец привел взрослого, по моим понятиям, мальчика лет десяти или одиннадцати лет. Нас заставили драться. Это была необычная драка, а показ чему я научился за это время. Первое время мне не казалось, что я проигрываю. Мое тренированное тело, отбивало все атаки противника. Но…чудес не бывает. Так и было тогда. Я проиграл из-за слабости тела или скорее из-за возраста. Отец ушел проводить мальчика, а я в это время судорожно пытался отдышаться. Но…отец вернулся. Вернулся очень злым. Я получил наказание. Нет, не физическое. В нашей семье не было ругани, не было побоев. Были лишь усиленные тренировки.

- Вставай! Усерднее тренируйся! Не отлынивай!

Это все, что я тогда услышал. Тренировки стали более напряженными. Порой, я засыпал во время тренировки. Меня жестоко будили ведром холодной воды и тренировка продолжалась.

Через некоторое время снова был бой. Затем снова тренировки. Все повторялось снова и снова. Все это чередовалось редкими провалами в сон. Наверное, в понятии отца это был отдых. Я подозреваю, что если бы я мог тренироваться без сна, то это было бы осуществлено.

Некоторым отдыхом можно было считать поступление в школу. Мне нравилось учиться, но отец считал все походы в школу бесполезными. Это время можно было посвятить тренировке. Поэтому, едва я выходил из класса, как меня перехватывал отец и тащил тренироваться.

Очень скоро все узнали, что я занимаюсь контактной боевой подготовкой. После избиения нескольких хулиганов, меня знала вся школа. Со мной начали считаться. Организовывали фан-клубы. Причем из старшеклассниц. От зазнайства спас меня отец. Он просто не оставил мне свободного времени.

- Усерднее занимайся! – Твердил отец про школу. – Книги – зло, но без них ты ни кто.

Возможно из-за этого, он давал мне время на учебу. Учиться мне нравилось. И учился я неплохо. И это не потому, что мне потакали. Нет. Такого отец не терпел. Но поблажки все же были. Особенно если я пропускал много уроков из-за тренировок. Таким образом, я доучился до десяти лет.

В десять лет отец впервые выпустил меня официальные соревнования. Несмотря на звание самого молодого бойца, я легко побеждал соперников старше себя. В финале сошлись самый младший соперник и самый старший. Ему скоро должно было исполниться шестнадцать лет.

Я проиграл. Нет. Не так! Бой был трудным. Мне много раз казалось, что я сумею одолеть его. Так же много было случаев, что я терял веру в себя и ожидал проигрыша. Когда бой был остановлен по времени, я сам не знал, выиграл я или проиграл. Судьи долго совещались. Не знаю сколько, но мне тогда показалось - вечность. Итог был такой. Салим выиграл. Его техника оказалась немного лучшей. Разница была всего в паре баллов. Я в тот момент был рад. Рад, что занял высокое место. У меня были планы победить всех в следующий раз. Моя радость испарилась, стоило мне увидеть хмурое лицо отца. Он был не доволен. Нет! Он был взбешен моим проигрышем.

Интенсивность тренировок возросла. При любом отклонении или обнаружении любого увлечения – тренировки только ужесточались. Скоро, мне приходилось делать уроки в школе на переменах, так как времени сделать все дома почти не оставалось

В этом беспросветном мире был лучик света. Одна отдушина – Люсия, моя младшая сестра. Она была на четыре года младше и была всеобщей любимицей. Ей было позволено почти все. Она могла ворваться вовремя моих тренировок и потребовать поиграть с ней. Все бросали все и играли с ней.

Ей было 2 года, когда она вползла в зал, где я меня тренировали. После игры она заснула у меня на коленях. Под грозным взглядом отца, я просидел с ней 2 часа, боясь пошевелиться.

Это стало началом. Сестре почему-то нравилось быть со мной. Она требовала внимания. Даже отец, снижал нагрузку в те дни, когда она приходила в зал или ловила меня в доме.

Первое время, я ждал ее прихода в надежде немного отдохнуть. Через пару лет, я неожиданно понял, что уже не представляю, как жить без нее. Это заметил и отец. Однажды он нас оставил одних на весь день и даже не приехал ночью.

Люсия ходила за мной кругом. Зная отца, я продолжил тренировки. Отвлекаясь, только на обслуживание Люсии. Мы вместе ели. Купались. Кода отец не приехал, Люсия была в ужасе. Она забилась на мою кровать и, прижавшись ко мне заснула.

С тех пор повелось, если у Люсии возникают проблемы или ей просто страшно, она неслась искать меня. Самым излюбленным местом, где она пряталась ото всех - была моя кровать. Она много раз мне говорила, что ей лучше спится со мной рядом. И ей не снятся кошмары.

В четырнадцать лет все изменилось. От простого, как сказали удара о столб, машины, в которой я ехал с соревнований. Была зима, и водитель не справился с управлением. Микроавтобус Тайота от заноса вылетел с дороги. Может быть все обошлось, но грузовая машина попытавшаяся увернуться от нашей тайоты, тоже занесло, и ее прицеп обрушился на нашу машину. Точнее раздавив заднюю часть, где ехал я. К несчастью, я ехал с той стороны, куда пришелся удар. Никто не погиб. Все спортсмены, что ехали со мной, пострадали не сильно. Они даже сумели самостоятельно покинуть микроавтобус. Все спортсмены после лечения, могли двигаться. Правда, спортом они уже не могли заниматься. Хуже всего было мне. Я стал инвалидом. После полугода лечения, я еле-еле мог передвигаться, одно хорошо - на своих ногах.

В первую неделю в больницу пришло множество моих одноклассников. Все желали мне здоровья. Во вторую неделю, поток резко снизился. Уже на третью, задание для школы, мне принесла медсестра. Она хмуро сказала, что ей передали через знакомых. Так и продолжалось дальше.