Гг: Гарем? А может не надо?

2 - 49

То, что всё вновь пошло кувырком, Люксия поняла, едва подъехав к стоянке.

-«Да. Беда не ходит поодиночке!» - Только успела подумать Девушка. – «И как теперь спрашивается бежать?»

Было от чего. На стоянке её поджидала засада. Саньо.

- Юкиииии! – Устремилась к ней Санью, завывая на манер атакующей рониши. (Это монстр, напоминающий пуховой шар, но его атака звуковая волна погубила немало людей.)

- Юкииии! – Услышала эхо с другой стороны.

К ней неслась Котлен, почему-то размахивая большим деревянным черпаком, словно готовясь её прибить.

Люксия заранее приготовилась к сценарию. Где её раздавливают, как Стива две несущиеся торпеды или скорее наковальни. Но к её удивлению, Люксию только сдернули с места кучера и зажали меду двух дур…идио…Ну, вроде бы как бы девушек. Во всяком случаи было не больно.

- Мы так за тебя переживали. Так переживали, - затараторила в правое ухо крепко обнимающая Санью. – Тут столько случилось! Столько…. Столько….

- Ой! Тут твои…, - слегка запнувшись затараторила в другое ухо Котлен, зафиксировав руки Люксии в объятиях. – Ну, они сказали, что они твои спутники …Ээ! …Жизни. Ой! Нет! Мужья.

Люксия от такого сообщения взбесилась. Она так дернулась, что обе горе вестницы отскочили в стороны.

- Эти уроды здесь? – Завопила Люксия, испуская ауру смерти. – Эти насильники? Я их убью! Нет! Уничтожу!

Все попятились от Люксии. Перед ними стояла богиня смерти. И ни кто не решался оставаться рядом. Все начали пятиться.

- Госпожа, вы это о чём? – Настороженно спросил стражник.

Хотя ему было страшно, но он услышал странное заявление и не мог пройти мимо. Такое ни кто не понял бы.

- Мы получили заявление, что они ваши мужья, - успокаивающе попробовал достучаться до обезумевшей от гнева Люксии. – Почему вы их называете насильниками? Они что вам изменяют?

- Мужья? – Захохотала Люксия. – А меня вообще спрашивали, хочу ли быть женой уродов?

Тут она сломалась. Её энергия пропала, и она покачнулась и … заревела. От своей неудачи. От обиды, что всё провалилось. К счастью Люксия не упала, просто оперлась на повозку. И забормотала.

- И за что мене всё это? Зачем мне насильники? Им же нужно только моё тело. А как же я? А что бы ни сопротивлялась, меня снова привяжут к кровати? Они же получили то, что хотели. Ну почему они не оставят меня в покое?

Её сотрясали рыдания. Толпа, которая сначала отступила, теперь вновь собралась вокруг неё. Они слышали её слова и у них в душе начал подниматься гнев. Первым пришёл в себя стражник.

- Это всё, правда? - спросил Он. – Ксоор неси сюда жемчужину правды.

Толпа насторожилась. Понимая, что сейчас они узнают правду. Скоро подошёл человек в сером плаще с накинутым капюшоном.

- Расскажи, как всё было! – Приказал он. – Говори только правду? Иначе будет только боль!

- И что мне это даст? – Горько усмехнулась Люксия сквозь слезы. – А давай просто добей меня! Я сопротивляться не буду. Это всё лучше, чем участь хуже, чем у рабыни. Жить…. Нет! Влачить существование никому не нужной игрушки. Которая только нужна на время, что бы выполнить их фантазии.

- Жить или не жить решать не тебе! – Строго сказал стражник. – А вот соблюдение законов – это моё дело! Давай! Рассказывай. Сначала.

Люксия вытерла слезы и гордо выпрямилась. На её лице появилась решимость.

- Сколько я себя помню, наша семья всегда куда-то ехала. Мы нигде не задерживались надолго. Только однажды перед родами братааа. – Люксия чуть не сорвалась, но замолчав, она взяла себя в руки. – Мы тогда долго жили в одном городе. Но скоро вновь отправились в путь. Мне тогда было десять, а брату шесть, когда на наш караван напали. Отца сразу убили копьём в грудь. Мама попыталась бежать с нами. Она отправила нас вперед высадив из повозки, но сама она не успела спрыгнуть. Её зарубил мечом всадник в латах и шлеме.

Стражник при этих словах, бросил взгляд на человека в сером плаще, но тот только кивнул головой. Судя по тому, как поменялся взгляд стражника, он что-то об этом знал. Его взгляд, брошенный на Люксию, был уже оценивающим и настороженным.

- Мама успела только сказать «бегите» и упала под хохот её убийцы. Мы с братом бросились к кустам. Мы почти добежали до них, когда к нам подскочил другой солдат. Тото бросился на него с криком:

- Беги сестренка!

Солдат даже не обнажил свой меч. Он просто изо всех сил пнул брата. Он перелетел через меня и упал на моём пути. Последнее что я помню – это как брат тянет ко мне свою руку.

Люксия вновь заревела. Она просто стояла и ревела. Толпа, собравшаяся вокруг, не осталась равнодушной. Многие женщины плакали, опираясь на своих соседей. Все видели, что стражник мрачнеет с каждым кивком головы человека в сером. Наконец, Люксия собрала всё свое мужество и волю для продолжения своей истории.

- Я очнулась в какой-то келье. На полу лежал тоненький соломенный коврик. Было холодно. Было страшно. Я не знаю, сколько прошло времени, но мне показалось очень долго. От голода мне начали казаться всякие видения. Мне постоянно казалось, что за мной кто-то следит. Было ещё страшнее от того, что была полная тьма. Когда я уже думала, что сойду сума, в келью зашла женщина. Она кинула мне кусок хлеба и поставила около двери кувшин с водой. Я бросилась к ней, но она оправила меня пинком обратно на пол. Плюнув на пол, она ушла. Дверь словно растворилась в стене. Я долго не могла прийти в себя, но голод заставил найти хлеб и воду. Так продолжалось несколько кормежек. У меня появилось желание умереть. Я перестала есть. Это оказалось на удивление просто. То, что я назвала хлебом, по твердости напоминало камень. Я прилагала много сил что бы съесть. Не есть было просто. Я представила, что это камень и все. Но мне не позволили умереть. Через пару приходов женщины. В келью вошли несколько женщин. Они насильно меня начали кормить. Правда, за чем-то избивали. Меня рвало, но в меня всё равно впихивали всё это. Так продолжалось много времени. От этого я просто потеряла волю. Но сил разбить себе голову или сделать что-то ещё просто не было.