Гиблое время (перерожденный)

Клинок

Если мы одержим еще одну победу над римлянами, — в сердцах воскликнул царь, — то окончательно погибнем!

Пирр.

Клинок.

Иблиз вскрыл клинком замок, затем медленно вынул огромный засов и приоткрыл ворота.

                - Где тебя носит, - буркнул Аджит, пролезая в щель.

                - У нас теперь есть сообщник, - прошептал индеец.

Следующим лез Арон.  Для Найры Иблиз раздвинул ворота шире. Рысь мгновенно прошмыгнула внутрь, и территория вновь стала неприступной.

                - Что за сообщник? – Аджит глядел по сторонам.

Девушка, которую индеец спас, наблюдала за ними из окна. Она держала в руках томагавка спасителя.

                - Вон. – Иблиз указал на нее.

                - Что там делает твой топор? – прорычал Аджит.  Он не смог даже представить, при каких обстоятельствах томагавк оказался у незнакомки.

                - Потом расскажу. – Индеец что-то шепнул Найре и та умчалась.

Девушка показала, что готова бросить индейцу его оружие. Жестикулируя, Иблиз объянил, чтобы она кидала с силой, в противном случае топор упадет на черепицу первого этажа. Незнакомка кивнула. Она замахнулась и метнула томагавк. Топор вошел в землю у ног Арона. Тот злобно посмотрел наверх. Девушка развела руками.

Иблиз спросил, сколько внутри чужаков. Девушка показала семь пальцев.

                - Их всего семь! – воодушевленно озвучил Арон. Его взбодрила данная информация.

                - Уже шесть! – поправил Иблиз, вытирая томагавк о траву.

                - То есть как?

                - Генри посоветовал мне дельную штуку! – Индеец крутанул топором и сунул его за пояс.

                - Идем, нельзя терять времени! – Аджит направился к входу.

                - Погоди, - остановил его Иблиз.

Он напрягся. В его глазах на мгновение вспыхнули синие огоньки. Тут же появилась Найра.

                - Как ты это делаешь? – спросил Аджит.

Вопрос был неуместен при данных обстоятельствах. Иблиз улыбнулся.

                - Нам пора.

                - Ей! – окликнула их девушка.

                - Тихо! – прошипел Аджит.

                - Они были там! – Девушка указала на дверь.

                - За дверью?

Она закивала.

***

Диоген никак не мог понять, кто перед ним стоит. Хладнокровное чудовище или человек, которому искромсали душу. Базиль был убийцей, но этого ли он хотел в действительности? Разве не убили его самого, прежде чем он начал убивать других?! 

                - Слыхал ли ты, старик, о «злобе»? – поинтересовался Базиль.

                - Я слышу о ней постоянно, - отозвался Диоген. - Злоба в нынешнем мире - самый распространённый продукт потребления и отдачи. Еще есть ненависть, жестокость, тщеславие и голод! 

                - Ошибаешься, старик, голод это физическая потребность. 

                - Голод по всему перечисленному! 

Базиль оскалился. Диоген увидел это по морщинам. 

                - Выходит, - сказал вожак «людоедов», - ты знаешь лишь о той злобе, о которой известно всем! - Он выждал пару секунд, а потом спросил: - Знаешь ли ты, кто такой Лонгин? 

Диоген был потрясен. Меньше всего он ожидал услышать это имя от того, кто сидел напротив. Хотя, если задуматься, у Базиля и упомянутой им личности было нечто общее. Оба они не могли найти себе места! Раскаяние, решил Диоген, вот чего не хватает живому! 

                - Я знаю! - ответил он. - Солдат, проткнувший тело Христа! 

                - Неловко вышло, правда? – усмехнулся Базиль.

                - Что неловко? – попытался уточнить старик. 

                - Хотел проверить, мертв ли сын Божий и случайно убил. - Базиль рассмеялся. - Как тот палач, что повесил тысячу человек ради того, чтобы проверить, существует ли в действительности сила тяжести. 

                - Вздор! - Диоген не был глубоко верующим христианином, но был историком. Он не разделял мнения вождя и имел на это право. 

                - А потом, - продолжил Базиль, - кровь Христа попала в глаза нашего недотепы и он прозрел! Причем всесторонне! Слепой солдат с копьем! 

                - К чему этот разговор? - Диоген выглядел свирепо. 

                - Ты веришь в копье Лонгина, старик? 

Диоген не имел на это ответа. Верит ли он? Вряд ли! Согласен ли он с неверием других? По крайней мере, не в подобном тоне! 

                - Я верю в само копье, как орудие! И могу предположить, что все могло случиться именно так, и могло не случиться! – Диоген вдруг почувствовал тягу высказаться. – Вся история зиждется на предположениях! Мяч либо был круглым, либо его не было вовсе, а футбол – дело второе!

                - А что насчет «Злобы», старик? – Базиль пригнул голову. – Каковы твои предположения?

Диоген непроизвольно нахмурился. Только теперь он смог понять, к чему собеседник клонет. Неужели тот самый мифический клинок? Диоген ощутил усталость во всем теле. 

По взгляду старика Базиль сообразил, что тот догадался. 

                - Ты веришь в силу, которая в нем заключена? - Вопрос вождя прозвучал так, будто он держал клинок в руках. 

                - Сначала нужно поверить в само существование души, а потом уже в то, что она у тебя есть! 

Базилю понравилась эта игра слов. Он обернулся к женщинам. 

                - Валите отсюда нахрен! 

Никто из них и не шелохнулся. Они трусили. Помимо этого, сейчас находиться тут, с Диогеном и вожаком было безопасней, чем за дверью, где их ждали его голодные псы. 

                - Ну ладно, - махнул рукой Базиль. - Садитесь в другом конце. И тихо! - он вновь обратился к Диогену. - Что тебе известно о «злобе»? Поделись со мной.