Гильдия "Второй шанс"

Глава 3

Я остановился первым. Даже не потому, что услышал что-то конкретное. Скорее потому, что тишина стала неправильной. Звуки зверей и птиц пропали. Даже ветер замер. Это меня насторожило ещё больше.

— Стой, — сказал я тихо.

Корса замерла сразу. Хороший признак. Те, кто не умеет останавливаться, редко живут долго. Земля впереди медленно зашевелилась, прошлась легкой волной. Обитатели леса не любят эффектных выходов. Они предпочитает, чтобы ты понял всё на полсекунды позже. Из-под корней и мха полезли твари. Низкие, жилистые, с лишними суставами и слишком живыми глазами. Слабые по отдельности. Зато вместе представляют большую опасность. Их вёл один покрупнее. Не настоящий босс, но уже и не мелочь. Такие обычно собирают вокруг себя всё, что плохо бегает и ещё хуже думает. Он издал яростный рев.

— Чёрт, надо же, как нам везёт. Мини-гнездо Мураведов, — сказал я, вставая в боевую стойку.

Они рванули всей гурьбой сразу, сметая траву под ногами, ломая темп пространства одним движением. Система вспыхнула красным, предупреждение мелькнуло где-то на краю зрения, но я его даже не прочитал. К этому моменту я уже давно перестал смотреть на панели и цифры. Если начинаешь читать интерфейс в бою, ты опоздал.

Внутри что-то дрогнуло. Тонкое и неприятное чувство. Страх — липкий, навязчивый, такой, что цепляется за мысль и тянет вниз. Он появился на долю секунды, но я знал его слишком хорошо. От него не избавляются полностью, сколько бы боёв ни осталось за спиной. Он просто ждёт момента напомнить о себе.

Я шагнул навстречу. Первый удар монстра пришёлся прямо в клинок. Металл звякнул, отдача прошла по руке, но этого было мало. Они не падали — они наваливались, давили массой. Мир сузился до движений, углов и расстояний между телами.

Корса не осталась сзади. Она вошла в бой почти одновременно со мной, будто мы давно это отрабатывали, хотя знали друг друга всего несколько минут. Быстро, резко, без лишних мыслей. Удар, шаг, разворот — её движения были короткими и точными, словно она не сражалась, а вплеталась в сам ритм схватки. Её оружие не рвало плоть и не искало эффектности. С каждым её ударом от неё стала исходить слабая волна. И я почувствовал это почти сразу.

Тепло — ровное, живое, возвращающее телу движение. Боль от напряжения не исчезла, но отступила, будто её аккуратно сдвинули в сторону, освобождая место для дыхания. И это уже любопытно. На свой страх и риск, я решил проверить свою теорию. Подставив руку под удар, монстры полоснул своими когтями, оставив не глубокие, но ощутимые раны.

Корса это увидела. Она не метнулась лечить, не отступила и не замешкалась. Она ударила клинком в бок твари, провернула, выдернула — и вместе с этим движением я снова почувствовал, как боль отходит, не исчезая полностью, а уступая место силе. Раны стали затягиваться. С каждым новым ударом Корсы, исходящее от неё лечением усиливалось.

Мой страх отступил. Я мог больше сконцентрироваться на уроне. Отбиваясь от монстров, она периодически проверяла моё состояние.

— Продолжай, — сказал я. — Не смотри на меня.

Она не ответила. И это был второй хороший признак.

Мини-босс полез вперёд, отталкивая своих. Он бил тяжело, неловко, но с массой. Такой удар легко ломает строй. Я отвёл его в сторону, заставляя развернуться. Корса не пыталась удержать всех. Она работала по тем, кто был рядом. Один из мелких всё-таки прорвался. Я поздно среагировал. Корса подсекла его ноги, приняв удар на себя. Её здоровье просело.
И тут же пошло вверх.

Сомнений быть не могло. Она Сангвинар. Редкий класс, его обычно не выбирают за сложность ведения боя. Но она отлично справлялась. Я усмехнулся и пошёл на мини-босса всерьёз, уже не сдерживая себя. Он ревел, скорость его была выше обычных монстров. Эта была бы проблема, но не для меня. Наложив на него ослабление скорости, я развернулся и нанес последний удар. Вся туша покачнулась и рухнула на землю. Стая тут же дрогнула. Остальные рассыпались так же быстро, как появились.

В лес снова вернулись привычные звуки. Мы стояли, пытаясь восстановить дыхание. Даже такие слабые монстры вызывали столько усилий. Я опустил клинок и выдохнул. Корса стояла рядом, тяжело дыша, но на ногах. Взгляд сосредоточенный и живой.

— Любопытный ты лекарь, — сказал я.
— Я боец, — ответила она.
— Этого достаточно, — сказал я после паузы.

Я посмотрел на неё внимательнее. Теперь уже не как на случайного союзника.

— В следующий раз, — добавил я, — я буду рисковать больше.
— Хорошо, — сказала она. — Я тоже.

Мы ещё немного постояли, прислушиваясь. Лес не возражал. Значит, бой действительно закончился. Корса первой опустилась на корточки и начала собирать добычу. Делала это быстро, без лишнего интереса, как человек, который привык, что ценное редко выглядит красиво.

— Не спеши, — сказал я. — Мини-боссы любят прятать полезное там, где никто не смотрит.

Она хмыкнула, но всё же проверила корни, мох и разломанную землю у старого пня. Через пару мгновений вытащила из-под коры небольшой металлический цилиндр с потёртыми рунами.

— Это не мусор, — сказала она.
— Отлично, наша первая ценная добыча, — усмехнулся я в ответ.

К цилиндру добавились редкие реагенты, пара кристаллов и один предмет, который даже без оценки выглядел многообещающе. Для леса — неплохой улов. Для нас — повод не возвращаться с пустыми руками. Мы разошлись по городу ближе к полудню. Нижняя Гавань встретила нас шумом, запахами и ощущением, что здесь всегда знают о тебе чуть больше, чем ты сам. Продали всё быстро. Без торга и без лишних вопросов. Я не люблю места, где слишком интересуются происхождением товара. Корса, кажется, думала так же. Деньги поделили поровну. Это был не жест доброй воли, а правило, которое экономит время.

Именно в этот момент я его и увидел. Рорх стоял у лавки механика и спорил с торговцем так, будто они давно знакомы и им обоим это нравилось. Высокий, широкоплечий, с открытой улыбкой и с рабочими руками. От него всегда исходило ощущение надёжности, даже когда он ничего не делал. Как мне казалось, ему примерно двадцать пять, как и мне. Темные волосы торчали в разные стороны из-под сварных очков. Он их называл «пилотными». Возможно, ему когда-то хотелось летать. Но Рорх не рассказывал про своё прошлое, как и все мы. Никто не хотел вновь оголять всё то, что осталось в той прежней жизни.