Гимназия темных медиумов

Глава 2

Я вскрикнула от ужаса, упала и кубарем покатилась со склона. Мелкие желтые цветочки вперемешку с голубым небом мелькали перед глазами. Сделав несколько кувырков и запутавшись в длинной юбке, я поспешила выбраться из ловушки, но перекрутилась в тканях еще больше. Позади меня раздались испуганные женские голоса.

- Барышня!

- Во имя всех богов, куда вы!

Подбежавшие женщины освободили меня из плена и я увидела не только прелестный солнечный день, но и лица тех, кто сильно переживал за мое падение. Первой была симпатичная девушка в простом черном платье, пожелтевшим фартуке и белом чепчике. А вторая оказалась женщиной в закрытом темно-фиолетовом платье с аккуратно-собранными волосами на затылке.

- Госпожа Элла, - произнесла она, делая свой голос строгим, но потом расплакалась и бросилась меня обнимать.

Девушка в чепчике присела рядом со мной на луг, попыталась улыбнуться и вдруг спрятала лицо в ладонях. Возможно, стоило у них поинтересоваться, почему они обе ревели, но меня смутило ярко-сиявшее солнце. Когда я провалилась в странный портал, за окном была ночь.

- Успокойтесь, все нормально, - выдавила я из себя слова, похлопав женщину по спине, и вдруг осеклась. Это был не мой голос.

- Как вы можете так говорить, моя госпожа! Это не день, а пытка!

Я аккуратно выбралась из объятий женщины и посмотрела на девушку. Та гладила край моей юбки. Видимо, только такую поддержку она могла себе позволить.

- Как ваше самочувствие? Похоже, вы здорово упали.

- Ага, совсем ноги не держат.

Девушка смело потрогала мне лоб ладонью.

- Вроде жара нет.

- Марфа, какая же ты глупая! - рассердилась женщина, вытирая слезы кружевным платком. - Какой может быть жар, когда травма находится глубоко в душе! А если госпожа стукнулась головой, то и искать надобно шишку!

- Я заподозрила неладное… Ох, бес попутал! Вам виднее, Акулина Сергевна. Мне почудилось невесть что!

Девушка сотворила странный жест возле сердца, напомнивший крестное знамение, и три раза плюнула через левое плечо. Я наблюдала за ней и наши взгляды встретились.

- Не злитесь, прошу, барышня, ради всех богов! Я вся испереживалась и несу чушь! Чтоб меня да за мой поганый язык подвесили! Вы знаете, ежели вам будет тяжко в гостях у вашего дяди, возвращайтесь обратно…

Акулина Сергеевна зашипела на нее.

- Не говори вздора, Марфа! Как тебе молодая госпожа будет распоряжаться имением без мужа?! Когда граф Каралов соизволит выдать ее замуж, только тогда она вступит в свои права…

Остальные ее слова куда-то провалились. Я перестала слышать людей и звуки природы. В голове возникло знакомое имя — Роберт Каралов. Мальчишка шестнадцати лет с озорными глазами и непослушными волосами. Он-то граф? Или все это было совпадение?

- Граф Каралов? - тихо произнесла я.

- Про него много дурного говорят, госпожа, но я бы все эти слухи не воспринимала всерьез, - тут же попыталась исправиться Акулина Сергеевна и махнула платком на девушку.

- Не просто так люди перемывают его косточки, значит, есть за ним что-то, - нахмурила лоб Марфа. - Худой он человек, а жена его вовсе змея!

- Марфа!

- Правда говорю! Вот вам сердечное знамение! - Она перекрестила сердце двумя пальцами. - И фамильяр у них престранный — призрачный ворон! Увидели бы вы его ночью, так сразу бы и отдали душу всем богам!

- Это все глупые россказни слуг!

- Вам виднее, Акулина Сергевна, однако прачка графа Авдотья так и говорила! Как только встречала этого ворона, так и шептала сама себе загробную молитву, дабы ее душу забрали без боли для плоти.

- Эта Авдотья дуреха, а ты тем более, раз собираешь слухи и другим передаешь!

- Вам виднее, Акулина Сергевна! Вы человек образованный, а я темнота...

Марфа прошептала какую-то молитву и сотворила знамение.

- У вашего дяденьки, графа Каралова, слуги поумнее будут и ересь про хозяина не несут. Поезжай, моя дорогая воспитанница, к нему с добрым сердцем и проси покровительства.

- Ладно, - согласилась я. Все равно мне ничего объяснять не будут. Эти женщины сами находятся на грани нервного срыва, того гляди, вцепятся в друг друга.

- Не хорошо владельцу оставлять свое поместье. Это все плохо закончится, - продолжила беспокоиться Марфа и встала.

За ней поднялась Акулина. Вместе они подали мне руки и потянули за собой. После неудачного падения, тело немного ныло. Но о боли я быстро забыла, как только увидела свои маленькие ладони. Ужас, появившийся в моих глазах, заметили женщины.

- Барышня, вам плохо? - запричитала Марфа. - Во имя всех богов, нельзя вас было оставлять одну в смятенном духе.

- Она справится, - почти огрызнулась Акулина Сергеевна и, обращаясь ко мне, изменила тон на дружелюбный. - Элла, вам выпало нелегкое испытание: в 14 лет остаться без родителей! Но важнее, что брат вашего папеньки не отказался от вас. Он согласился быть опекуном вплоть до вашего замужества…

- Замужество?

Я была удивлена. Про какого мужа эта гувернантка постоянно говорила?

- Возможно, вам повезет. И мужа вы выберете сами…

Я в обычный жизни не стремилась замуж и в книжной буду избегать. Не хватало, чтобы меня выдали за сорокалетнего стремного пузана! Тем более я планирую отсюда выбраться, как можно скорее. Предстояло разобраться с местной магией и создать портал в свой родной мир. Мне повезло, что я успела прочитать книгу. Надеюсь, хоть как-то это поможет.

- Вам пора ехать, госпожа, - тоскливо сказала Акулина Сергеевна. - За вами приехала карета графа. Лучше нам долго не прощаться и не гневить его. Вы знаете, он человек военный, его нрав далеко не мягок.

И она, прижавшись ко мне, расплакалась. Марфа тоже забыла обо всех приличиях и кинулась нас обнимать. Одна я никак не могла проникнуться их печальным настроением. Пришлось похлопать их по спине, чтобы они отлипли.

Женщины отпустили меня и повели по лугу вверх. Я смотрела вдаль. На пригорке стояла приличных размеров дом за высоким деревянным забором. Всю дорогу женщины обсуждали, как богатый дядя должен был хорошо принять родную племянницу. Даже когда Марфа сдвинула доску забора, чтобы пролезть на участок, они не успокоились. Продолжая чесать языком с прислугой о подаваемых блюдах на стол графа, Акулина Сергеевна шла вдоль запущенного сада и, иногда оборачиваясь, подмигивала мне. Я увидела расползающийся плющ, который захватил дорожки, кусты и часть дома, погрузив некоторые комнаты в полный мрак. Затем мое внимание привлекло само поместье. Его покрытые мхом стены ещё сохраняли свое величие. Приоткрытая входная дверь, украшенная резьбой поскрипывала от сквозняка, гуляющего по коридорам дома. Я перевела взгляд на окна и обнаружила, что они были разбиты.