Гимназия ведьм

8 Евдокия

- Вставай, — после очень плодотворного первого дня в новом мире, спала я как младенец. Или как после опия. Поэтому прикосновение горячих пальцев к плечу почувствовала не сразу. - Явдося, вставай.
- Да что такое? - Едва разлепила веки. За окнами было еще совсем темно.
- Я тут подумал, короче, — черт нервно помахал хвостом, напоминая кота. - Короче, лучше тебе сейчас пяты салом намазать....
- Совсем с ума сошел?
- Говорю, надо чухать копыта о дорогу, хозяйка,- черт нагло стащил с меня одеяло.
От холодного воздуха я мгновенно проснулась.
- Да что творится-то?
- Признаю, мой бок, хозяйка, — продолжил щебетать Атанасий. Что было на него совсем не похоже. - Увлекся, виноват, как есть, можешь мне по рогам настучать. Только там, в гимназии.
- Ты что-то натворил? - наконец-то поняла я, окончательно проснувшись.
- Можно и так сказать. Ну ты одеваешься? Я уже мотнулся к Пелагеи, барахло твое притащил, давай, резче, шевели копытцами, Явдосю.
В сумерках перед рассветом я рассмотрела гору одежды на полу. Черт не очень разбирал, что он принес - стянул сюда кучу лохмотья. Я отобрала блузку, юбку и жакет, что как подсказывала мне память, были более новые и приличные. Надо было еще шляпку закрепить, но черт нервничал, и тянул меня.
- Потом будешь свои башни на голове мастерить, - ворчал он, пока я пыталась неумелыми движениями прицепить себе на голову скромную шляпку с искусственными цветами. В скупом свете от маленького окна это было сделать сложно. - Ты труханы лучше себе в саквояж забрось, и что там вам еще по статусу нужно? И резче, резче..
Я плюнула на прическу, и послушала Атанасия. Не зря же он так паниковал. Может быть, что-то узнал важное?
Я выглянула в пустой коридор, и убедившись что тетя с дядей еще не встали, двинулась дальше. Причину чертовой паники я поняла на первом этаже. Эта рогатая скотина подвергла разграблению родительские запасы алкоголя, которые хранились в гостиной. Не помню, снимала ли я вчера теткину защиту из этой комнаты, но Атанасий в любом случае раньше сюда прорваться не мог.
Целый шкаф алкоголя - бренди, коньяк, наливки и настойки. Евдокия знала, что не смотря старания дяди, запасов там было немало. И вот теперь от этого всего остались лишь пустые бутылки. Дух в гостиной стоял, как в казарме, после отгула. Даже не пытаюсь понять откуда у меня такие ассоциации взялись.
Я несмело заглянула на кухню.
И поняла, что Атанасий поступил дальновидно, разбудив меня пораньше. Объяснить тете разгром и порчу имущества я бы никак не смогла. Поэтому, не колеблясь, бросилась из дома прочь. Чертяка подпрыгивал рядом, виновато опустив хвост.
У меня зудел язык почитать алкоголику нотации. Но характер был не такой. Вот была у меня соседка тетя Оля, та пыталась всех алкашей в подъезде наставить на путь истинный. Матюки, летевшие в ее сторону от местных пьяниц надолго врезались в память своим разнообразием и выдумчивостью.
Я обошла базар, который уже начал помалу шевелиться. И выбрались на площадь. На мгновение замерла. Солнце восходило над златоверхим собором, заставляя купола сиять настоящим небесным огнем. Золотые отблески падали на блестящую брусчатку и окна домов.
- Чего встала, — дернул за рукав Атанасий. - Рот открыла, будто церковь никогда не видела.
- Так красиво же, — любуясь средневековой архитектурой ответила я.
- Красиво будет, когда Пелагея тебя снова в подполе запрет.
- Умеешь ты мотивировать, — согласилась с чертом я. - И вот несправедливость, бухал ты, а отбывать наказание если что мне.
- А это Явдосю потому, что мы ответственны за тех, кого приручили, — ответил рогатый.
Но несмотря на ссору с чертом, я сдвинулась с места, и очень быстро дошла до обнесенного забором комплекса зданий. Напротив были спрятаны за высокими стенами такие же строения кадетского корпуса. Но там было не разглядеть что и как, только слышался мужской голос, что отдавал какие-то команды. Поэтому, я снова обратила внимание на гимназию. За красивою кованою оградою прятался целый парк, с покрытыми желтыми листьями кленами и березами. С мощеной подъездной аллеи листья сметала местная прислужница. Я дернула калитку, та открылась.
И только сейчас меня смутила очередная мысль. Если уже осень, то учебный год выходит начался. А если так - каковы мои шансы поступить? Как будто классы или курсы формируются до первого сентября. В нашем мире так точно. А тут как? Ох, и подложил мне Атанасий свинью. Так бы и убила чертяку.
Но, подавляя малодушие и страх, я все же ступила на территорию гимназии, и двинулась к единой живой душе с метлой.
- Извините, а где здесь приемная комиссия? - спросила у женщины.
Кто? - Та разогнулась и неприветливо на меня посмотрела из-под платка, низко натянутого на лоб.
- Ну тот кто набирает учеников, - я стушевалась под пристальным взглядом. Не люблю когда ко мне проявляют пассивную агрессию.
- И где вас черти понаносили, нетямущих? - буркнула дворничка. - К ректору иди. Что здесь не ясно?