Гипоталамус

19 Глава

Олег Иванович Пушкарёв, будучи человеком необычной профес- сии, жил размеренной, органи- зованной, но вместе с тем очень стремительной жизнью. Зарабатывая боль- шие деньги, он имел в собственности ряд предприятий и не только в Украине. Но поскольку его профессия и хобби по своей сущности, значимо- сти и КПД1 совершенно совпадали с его целью в жизни — он сам не всегда мог точно сказать, чем занимается в конкретный момент времени: работает или отдыхает. Он очень любил рабо- ту, и любовь эта не была безответной. Работая, он отдыхал, а, отдыхая — работал. Олег Иванович принадлежал к той неболь- шой части населения Земли, которую политологи причисляют  к борцам за денежные знаки, а психологи — к рабам оных. Посвя- тив себя борьбе — он радовал близких не только систематичностью своего отсутствия, но и постоянством присутствия наличных денег «в тумбочке», которые никогда не кончались. Супруга Антонина с годами привыкла к состоянию «не все дома», а единственная дочь Даша носила фотографию редковидимого отца, чтобы, не дай Бог, не ошибиться при встрече.

Точное название его профессии еще не было определено. Но в своем нелегком деле Олег Иванович был просто волшебник. А волшебником он был в области решения нерешаемых вопросов. Это и было то, чем он занимался и увлекался одновременно, не покладая: рук, ног, нержавею- щего телефона NOKIA, автомобиля марки «Lexus» с живущим в нём водителем и огромного портфеля, который он ласково называл кошель- ком. Олег Иванович не был филантропом и альтруистом. Но деньги не были для него самоцелью. Например, к наличным деньгам, бывшим в употреблении, он испытывал откровенную неприязнь, а вот когда день- ги превращались в банковские счета с цифрами и ноликами — этот мо- мент для Олега Ивановича был наиболее приятен и желателен.

Приходя поздно ночью домой, когда все уже спали, и уходя рано утром, когда все еще спали, он оставлял в тумбочке новые денежные знаки американского производства и уходил… Уходил, чтобы после взятия очередного финансового плацдарма и выплаты потерпевшей стороной контрибуции в свободно конвертируемой валюте, вер- нуться к заветной тумбочке.

В редкие мгновения жизни, в мгновения бизнес-тайм-аутов Олег Иванович скоропостижно брал любимую супругу и летел в Египет. Отдохнув 2 — 3 часа, он возвращался в Киев, чтобы снова окунуться с головой в кипящие волны денежных потоков, в вечную борьбу за контроль над реальностью.

Борьба продолжалась, а жизнь заканчивалась, здоровье давало о себе знать, а время на пользование нажитым богатством — отсут- ствовало… Дела росли, как снежный ком, и толкать этот ком стано- вилось все тяжелей и тяжелей…

Дверь в офис распахнулась, на пороге появился симпатичный мо- лодой брюнет лет тридцати — тридцати пяти. Одет он был во все черное. Черный костюм, черные туфли, черный джемпер.

• • Привет, это мой новый файл-клерк? Я не ошибся?
  • Да. Но…
  • Никаких но! — брюнет с ног до головы осмотрел девушку. — Не волнуйтесь, испытательный срок пробежит быстро. Так, так. Будем считать, что с первого взгляда вы вполне можете подойти. Кто меня искал? Кто звонил? Извините, не представился. Олег Иванович.
  • Я уже поняла. Олег Иванович, вам и теперь звонят по внутрен- ней линии.
  • Кто?
  • Не знаю, говорит, «земляк».
  • Маня, я тебя прошу, сначала спрашивай имя!
  • Я спрашивала, а он говорит, срочно давай, я земляк! — де- вушка смущенно и удивленно посмотрела на Олега Ивановича. Почему Маня?
  • Ладно, соединяй, — Олег Иванович был полон сил и энер- гия била из него ключом. Классно придумал. Маня! А ей вроде не нравится…
  • Алло… А-лл-о-о…
  • Олег, привет! Это я… Серега!
  • Да слышу я, не глухой, Серега, а ты что, представиться не мо- жешь? Зе-м-ля-ч-ок.
  • Та я думал, она меня узнает. А она…
  • Кто узнает? Серж, не чуди, она работает второй день, у нее сот- ни звонков, откуда ей было знать, что ты за земляк. Ладно, ты где? — Олег Иванович посмотрел на часы. — На вокзале? Ты поездом?

• • Да нет, мы в кафе заехали.
  • Опять Макдональд? Ну ты, чувак, не жалеешь свой желудок. Да- леко от туалета не отходи, брат, не рискуй…
  • Да ну тебя, все нормально, кофе пьем. Даст Бог — выживем.

Хочу тебя увидеть.

• • Хорошо, минут тридцать, разгребусь и к тебе.
  • Окей, жду.
  • Маня, напомнишь, мне через тридцать минут на встречу и Оне- гина предупреди, чтоб был готов.
  • Хорошо, Олег Иванович, но я — не Маня, я…
  • Маня — это очень хорошо, это от слова Money1. Соглашайся, а то будешь Муней. У каждого писателя и певицы есть псевдоним, ты, наверно, знаешь?
  • Я не писатель и не певица, и…
  • Ну и что, а вдруг станешь? А у тебя уже будет псевдоним Маня! Звучит гордо. А то будешь Муней. Выбирай! — Олег Иванович на- клонился над столом. Глубокое декольте с трудом скрывало пышные формы Мани. А она ничего. В порядке.
  • Муней? Ну… Это… Да нет… — она поймала его взгляд и опу- стила глаза.
  • Ну, тогда договорились. Итак, Маня принимай дела. Ты же — мой личный секретарь-референт, — кровь ударила Олегу Ивановичу в виски, сердце забилось, как в студенческие годы.
  • А кто такой Онегин? — не поднимая глаз, тихо спросила Маня.
  • Тебя не предупредили? Уволю хулюганов. Это я так нежно на- зываю своего водителя Евгения. Поняла?