Glaмурка

Глава 1. Алиса спешит на помощь Ч.2

— А что ты тут делаешь одна?

Блин, да какое ей дело-то? Ну шляется чей-то ребёнок по улице, дальше что? Но что-то насторожило Алину в маленькой попрошайке. Таких детей она видела немало. И все они остерегались посторонних. Да и кучковались обычно стайками. А эта мелочь совсем одна. И волосы… Ладно, чуть-чуть грязные, но такие ухоженные! Даже погладить захотелось, но Алиса отдёрнула руку. Завопит ещё, что тётя трогает, педофилкой обзовут, в полицию сдадут… Хотя прямо сейчас этот ребёнок никому нафиг не нужен.

Так как Ева не ответила, сосредоточенно разжёвывая арахис, Алиса повторила:

— Ты почему одна? Где твоя мама?

— Мамы нету. Я ищу папу. Мой папа большой и сильный, он меня тоже ищет.

— Та-ак.

Алиса нахмурилась. Нет, тут точно что-то не так. Вроде и слова знакомые, а смысл ускользает. Все друг друга ищут. Папа дочку, а дочка папу. Эта мимимишка потерялась, но разве можно этим объяснить чумовую одежду из прошлого века?

По-хорошему, надо бы взять это чудо-юдо и пройтись до отделения. Правда, топать тут, конечно, хороший километр… Но там разберутся. Не оставлять же детёныша одну на улице…

А Ева между тем доела орешки, но пакетик не бросила на землю, как сделала бы это сама Алиса. Ребёнок слез с лавочки, аккуратно отряхнул ладошки и отправился к ближайшей мусорке. Потом Ева вернулась и снова села рядом с Алисой, поглядывая на её банку с пивом.

— Нет, пить не дам, это не для детей, — покачала головой Алиса.

— Евочка, солнышко!

Они обе обернулись на голос, и Алиса спросила у девочки, глядя на бежавшего к ним молодого парня в чёрном с фигурно выбритой бородкой и стриженой под ноль головой:

— О, это твой папа тебя нашёл?

Девочка потянулась к ней и доверительно шепнула:

— Это не мой папа. Это плохой дядя.

— Ева, иди сюда!

Мужчина остановился неподалёку, словно не желая подходить ближе, и Алиса неизвестно отчего схватила малышку за руку:

— Пошли-ка в полицию.

— Эй, отдай ребёнка, ты, коза! — рванулся к ним мужчина, но получил прямо в лоб жестяной банкой. Остатки пива радостно рванулись на свободу, заливая пеной куртку и свитер нападавшего.

— С-с-сука! — зашипел он и замахнулся. Ударить не успел. Алиса выросла во дворе невских многоэтажек и никогда не играла с девчонками, предпочитая тусоваться с пацанами. От них и научилась простому правилу: в любой непонятной ситуации бей под дых, в морду и контрольным по яйцам. Молодой чернобровый не ожидал от Алисы такой подлянки, потому что сразу сдулся и кулём упал на гравий дорожки. А Алиса не стала ожидать, пока он придёт в себя, и подхватила Еву на руки:

— А теперь смы-ва-емся!

Смываться с ребёнком на руках было совсем не тяжело. Ева оказалась лёгкой, как воробушек, да к тому же проворно обхватила ручками шею Алисы. Словно маленькая обезьянка, есть такие крохи, название и не вспомнить, которые так прижимаются и цепляются всем, чем могут. Алиса рванула через дворы наискосок, даже не оглянувшись ни разу. Вряд ли мужик местный, вряд ли ориентируется так же хорошо, как она, в местных девятиэтажках, поэтому, попетляв для уверенности, Алиса свернула сразу к дому. Не лучший вариант, конечно, но на данный момент единственный.

Не утруждая себя крюком по асфальту, она проскочила к подъезду прямо по жухлой траве. Все так делали кроме бабок, которые не могли перешагнуть через низкий заборчик. Рванула на себя тяжёлую железную дверь и только теперь оглянулась. Никого. В смысле, никого подозрительного. Только Дюха из шестьдесят восьмого со своим боксёром гуляет. Дюха умный и с Валеркой дружит, он не сдаст, даже если спросят с нажимом.

Алиса прижалась к стене подъезда — холодной, гладкой и сырой. Дверь медленно закрылась на доводчике, гулко бухнув напоследок, и стало тихо. Алиса выдохнула. Стало слышно, как на втором этаже лает овчарка, а на первом баба Ира смотрит сериал без наушников, вывернув на полную громкость звук. Вдохнула. Знакомый запах — смесь кошачьей мочи, плесени, затхлых ковриков — успокоил. Алиса взглянула на девочку. Ева взглянула на неё. В голубых глазищах не было страха. Только искреннее любопытство. Словно эта мелочь пузатая молча спрашивала: «Ну, а теперь какие приключения будут?»

— Испугалась? — на всякий случай утонила Алиса. Ева покрутила головой. Ну и славно. Храбрая девчонка!

Поднявшись в квартиру, Алиса предупредила мелкую:

— Главное, молчи, поняла?

Кивок.

С порога в нос ударил жирный мясной дух. Котлеты, нямка! На щелчок замка из кухни выглянула мать, раздражённым взглядом зыркнула на Еву и спросила:

— Это чей ребёнок?

— Катькин, — не снимая обуви, ответила Алиса и пошла дальше по коридору.

— У Катьки же мальчик! — неслось вслед. Пофиг.

В комнате на разложенном диване валялась под одеялом Ника и смотрела мультик на материной мобиле. Глянув на сестру, хотела что-то сказать, но закашлялась и только подняла брови. Алиса посадила Еву в кресло, скинув гору шмоток прямо на пол, и велела:

— Не двигайся отсюда.

Девочка снова кивнула. Алиса озабоченно спросила у Ники:

— Лекарства пила?

— Мама дала молоко с мёдом, — хриплым голосом ответила та.

— Молоко, бл… Лекарства давала?

— Горькую таблетку.

— Ладно, пей, даром, что горькая! Поняла? Пей!

— Я пью, — пробурчала девочка и снова закашлялась. — Воды принеси мне попить, а?

— Ща, момент, — Алиса скинула с ног кроссовки и обула те, что поновее. Мало ли, в полицию придётся тащиться с Евой, лучше быть при параде. Глянула на обеих девочек — надо бы им ещё и поесть принести, да. Вон как Евка отщёлкала орешки! Не кормил, наверное, молодой чернобровый…