Главная мечта

6. КАК САША ПОЗНАКОМИЛАСЬ С ЛОНДОНСКОЙ ПОЛИЦИЕЙ

— И даже рекомендаций не спросила? — Люда всплеснула руками, — Ну, Сашка, повезло, так повезло. Деньги конечно не большие, но и работы не много, найдешь себе подработку в свободное время. Главное — где жить и что есть — у тебя голова больше не болит, да и с аристократами пообщаться, не каждый день случай выпадает. Не загордись слишком, — Люда смеялась.

Саша сама не верила своему счастью. Дженнифер позвонила в четверг и сказала, что Саша может переехать к ним в пятницу, чтобы за выходные разложить вещи и освоиться, а с понедельника приступать к работе, и что Пол, муж Дженнифер, может заехать за ней, чтобы помочь перевезти вещи. От помощи Саша отказалась, не так уж много вещей у нее было, но главное, она стыдилась трущоб, в которых жила.

— Ни какие это не трущобы, — Люда готовила праздничный ужин, по случаю Сашиного трудоустройства, — ты трущоб настоящих не видела, а от помощи зря отказалась, будешь теперь сама свой чемодан таскать.

— Не надо было беспокоиться с ужином, — Саша чувствовала себя неловко из-за всех этих хлопот.

— Да, какое это беспокойство, я люблю готовить, и потом, не так уж много у нас праздников, чтобы упускать повод.

— Меня завтра на свиданье пригласили, — Саша задумчиво ковыряла вилкой в тарелке, — болгарин один, из моей группы в школе. У него имя какое-то сложное, никак не могу запомнить. Не знаю идти — не идти, я ведь завтра переезжаю.

— Свидания прогуливать нельзя, весна на дворе, а ты из дому носу не кажешь. Переедешь сначала, а потом и на свидание сходишь. Много ему не позволяй, но если понравится, намекни, что продолжение будет.

Саша договорилась встретиться со своим другом у паба Черный лев на Бейсвотер, рядом с их школой, он сказал, что где-то неподалеку снимает комнату.

— Давай закажем бутылку вина, я хорошо разбираюсь в вине, у меня отец барменом всю жизнь проработал. В стране, где все пьют пиво, заказывать вино, по меньшей мере, оригинально.

Саша промолчала, ей было не важно, что он закажет, она могла думать только о своей новой семье и о новой работе. Оправдает ли она ожидания, почему Дженнифер выбрала именно ее, как воспримут мальчики новую няню — сотни вопросов терзали ее и без того беспокойный ум. Сегодня ей предстояла первая ночь на новом месте. Саша фантазировала, как разложит вещи, куда передвинет кресло.

Из ее комнаты был выход в сад. Зимой наверно будет прохладно, но сейчас это просто замечательно, сидеть вечером в саду с чашкой чая и мечтать, завернувшись в плед.

— О чем задумалась? — Сашин кавалер уже несколько минут смотрел на нее озадаченно.

— Что?

— За что выпьем, спрашиваю? Странная ты.

— Не знаю, скажи ты.

— За Англию, страну, где возможно все! — он торжественно поднял бокал.

— Разве здесь все возможно?

— А разве нет? Вот ты зачем сюда приехала?

— Пожить, посмотреть мир, узнать себя, — Саша могла долго говорить на эту тему.

— Нет. Ты приехала, потому что здесь ты делаешь все, что хочешь и об этом никто не знает.

Саша промолчала, но эта была правда. Эти слова можно было поставить эпиграфом к ее жизни в Лондоне, она действительно впервые чувствовала себя свободной. Она вырвалась из привычного круга рутины и стандартных обязательств, из мира, где все как надо и главное — не хуже, чем у других. Она жила жизнью, о которой даже не мечтала. Саша чувствовала себя моложе, активней, в ней просыпался какой-то юношеский кураж, хотелось знакомиться, встречаться, ходить на свидания, носить короткие юбки и яркие колготки, изменить прическу, в конце концов.

— Эмигрантская жизнь — особенная, — продолжал разглагольствовать болгарин. — Те, кто приезжают и сразу устраиваются на правильную работу в офис или контору, упускают этот волшебный период, когда ты как бы теряешь себя, теряешь все свои правила и программы, которые в тебя вдолбили с детства. В этот период происходит перезагрузка твоей персональной матрицы, переустановка всех программ, иногда чтобы найти себя настоящего, надо сначала себя потерять.

Саша слушала невнимательно. Она больше прислушивалась к своему внутреннему бурлению, ей как никогда хотелось жить, и она с трепетом поняла, что ей впервые хочется жить по-настоящему, не так как учили в школе, хочется узнать свои настоящие желания. Пробовать, ошибаться, начинать сначала, жить и радоваться тому, что есть. Саша приняла эту игру и как будто мешок упал с плеч и с глаз сняли повязку, мир заискрился вокруг нее.

Теперь Саше больше не надо думать, как заплатить за жилье, у нее есть работа и есть квартира. Можно перевести дух и наконец-то нырнуть с головой в эту удивительную лондонскую жизнь.

— «Если ты скучаешь в Лондоне, ты скучаешь по жизни» — я готов под этим подписаться, Оскар Уайльд знал, что говорил, — продолжал свои трели Сашин кавалер.

А бутылка вина между тем плавно закончилась, на столе незаметно появилась другая. Саша горячо спорила, зачем люди едут в Лондон, почему все хотят здесь остаться, заплетающимся языком приводила аргументы, строила теории одна нереальнее другой.

Молодой человек не сильно отставал от Саши по стадии опьянения, после второй бутылки вина они пошли гулять.

— Я знаю Лондон как себя, я покажу такие места, никто о них больше не знает.

Они шли вдоль темного парка, Саша не очень понимала куда, зашли еще в один паб, что-то выпили, Сашу тошнило.

— Мне надо домой, где здесь метро.

— Метро давно закрыто, крошка, подожди здесь, я договорюсь с соседом и спущусь за тобой.

Саша не стала ждать, ей вдруг стало тоскливо, как обычно бывает после невероятно радостного подъема. Она пошла куда-то в боковую улицу, долго бродила между спящими домами и черными решетками парков, пытаясь вспомнить дорогу, потом споткнулась о стоящий мотоцикл, уронила сумку, долго искала в темноте ключи и телефон.

Когда Саша открыла глаза, она сидела на земле, скорее всего на мосту. Внизу просвистел поезд, рядом стояли чьи-то ноги в черных форменных брюках, черных ботинках, рация… Полицейский!!! Саша мгновенно протрезвела. «Господи, что же теперь будет, полиция, протокол, вытрезвитель. Меня вышлют, прощай Лондон, прощай все, какой позор. Бежать! Надо бежать!», — билась в Сашином мозгу отчаянная мысль.