Главная мечта

ИСТОРИЯ ПЯТНАДЦАТАЯ: ЖДАТЬ, ЖДАТЬ, ЖДАТЬ

Саша не умела ждать, совсем не умела. Она проверяла имэйл каждые пятнадцать минут, ходила с телефоном в душ и терроризировала Люду своим отчаяньем.

— Он не вернется, он уже забыл меня, или помирился с женой, или…, или забыл меня.

— Уже было.

— Или уехал в другую страну.

— Угу, «он в каком-нибудь Гонконге жрет какой-нибудь грейпфрут». Угомонись, а еще лучше займись делом, найди себе подработку на выходные. Так ты к его возвращению либо сама с ума сойдешь, либо меня сведешь.

Саша упивалась своим страданием. Игорь стал ее воздухом, вошел в ее кровь, лимфу, спинной мозг. Саша думала о нем в каждое мгновение, чтобы она ни делала, куда бы ни направлялась — это был Игорь, и ему она посвящала каждый свой вздох.

— Это не любовь, это наваждение какое-то! Ты придумала себе миф и влюбилась в него. Твое счастье, если он не вернется, иначе, девочка, тебя ждет горькое разочарование. Игоря, которого ты любишь, не существует!

Бесполезно говорить влюбленной женщине, что она любит миф, трудно найти более слепое и глухое существо. Легко любить того, кто далеко. У него априори нет недостатков, над отношениями с ним не надо работать, не надо ни прощать, ни не замечать, ни идти на компромисс, надо только страдать и обожествлять.

Саша не была искушенной в любви тигрицей и все еще верила в идеалы. В идеальную любовь, в идеальные отношения, в то, что на свете есть два человека, которые подходят друг другу как ключик к замочку, и для себя таким человеком она назначила Игоря.

Люда искренне надеялась, что Игорь не приедет, тогда Саша, отстрадав еще пару месяцев, придет в себя и начнет жить дальше. Саше напротив, все свои мечты о счастье связывала теперь только с ним.

— Тебе уже документы на визу собирать пора. Возьми еще одну работу, хотя бы временно, пока твой ненаглядный не вернулся. Чем ты за визу платить будешь, что на счете показывать?

Саша не стала спорить. Ее действительно тяготили выходные, и она решила снова возобновить уборки. Физический труд, как всегда, пошел ей на пользу. Время потекло быстрее.

Несмотря на Людины опасения, Саша довольно легко продлила визу. Дженнифер дала ей рекомендацию для банка, и Саша открыла счет. Люда одолжила денег, чтобы подтвердить по выпискам свою платежеспособность и финансовую устойчивость. Школа выдала характеристику и подтверждение оплаты. Саша запаковала документы в большой коричневый конверт, приложила чек на двести пятьдесят фунтов и отнесла все это богатство на почту.

У министерства внутренних дел не возникло каких-либо дополнительных вопросов к студентке Лондонской языковой школы мисс Затворниковой Александре, и через три недели Саша уже была обладательницей годового ограниченного вида на жительство с официальным правом работать в Англии двадцать часов в неделю.

А Игорь все не возвращался и почти не писал. Зато Саше теперь каждый день звонил и звал погулять Леонас, друг Игоря, с которым они ездили на море. Однажды Саша решилась, а почему бы и нет, может она сможет что-то узнать об Игоре, и встретилась с Леонасом.

Их встречи мало походили на свидания. Леонас не умел ухаживать, он коряво копировал поведение Игоря, водил Сашу по тем же местам, разговаривал на те же темы. Возможно это было бы даже забавно, если бы они не были настолько разными. Леонас был угрюмым, высоким, худым и бесцветным блондином, жил в Лондоне уже больше тринадцати лет, работал менеджером в крупном банке, ездил на хорошей машине и владел собственной квартирой в хорошем районе, где-то на севере Лондона. Одним словом, он был образцом стабильности и респектабельности. Саша решила пока подержать его в тайне от Люды.

Единственная тема, которая вызывала у Саши живой интерес в их беседах, разумеется был Игорь. Леонас говорил о нем неохотно и не сказать, чтобы хорошо. По его словам, Игорь получался таким легкомысленным бездельником, без цели и совести.

— Но он же твой друг, и он о тебе всегда говорит очень хорошо, как же ты можешь так о нем?

— Я не говорю плохо, я говорю, как есть.

— Он очень добрый.

— Я добрый, он нет.

Саша озадаченно молчала. Она не знала, как реагировать на такие известия.

— А где он сейчас, вы общаетесь?

— Дома. Увлекся наверно чем-то новым, и думать о Лондоне уже забыл.

Саша не верила, что Игорь забыл о ней, но время шло, два месяца минуло с его отъезда, а он даже писать перестал. Уже три недели не было новостей. Саша иногда набирала его лондонский номер, но там ей привычно отвечал металлический голос: абонент не доступен.

***

— Пойдем, погуляем.

— Давно ты меня не баловала вниманием, все прячешься, отмалчиваешься.

— Заработалась.

— Угу.

Люда приехала в новом вязаном кардигане цвета горького шоколада, она поменяла прическу и перекрасилась в блондинку.

— Ого, я смотрю, у тебя что-то изменилось. Как с Юреком?

— Нормально, а в целом никак. Мне уже поднадоело, хотя может просто временный осенний кризис. Знаешь, говорят, если женщину не устраивает ее мужчина, она меняет прическу.

— Осень такая теплая, вроде и осень, а вроде как лето, только ощущение все равно осеннее. А когда начнет холодать?

— Да уже должно, это какая-то аномально теплая осень. Ты ведь поговорить хотела или так просто, соскучилась?

— Соскучилась, — Саша мерно постукивала ногтями по перилам моста, — и поговорить. Они стояли на середине Тауэр Бридж, Саша сосредоточенно смотрела на воду.

— Люд, что со мной не так? Разве я уродина, тупая, недоделанная? Почему со мной всегда так?

Люда глубоко вздохнула.

— Я ожидала чего-то подобного. Не пишет?

— Как-то в детстве, мне лет двенадцать было, наши соседки по лестничной площадке, две сестры взяли меня с собой на танцы, накрасили, дали что-то одеть нарядное. Так вот, когда начался медленный танец, их пригласили, и вообще всех вокруг пригласили, только меня никто не пригласил. Я стояла посреди зала, одна, и не знала, что делать, никогда этого не забуду.