Главная мечта

ИСТОРИЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ: НИКОГДА НЕ ВСТРЕЧАЙСЯ С ДРУГОМ СВОЕГО ПАРНЯ

Однажды Саша по привычке набрала лондонский номер Игоря и услышала гудки. Это было настолько неожиданно, что она окаменела на несколько секунд. Мысли ледяным сквозняком пронеслись в голове. Это значило что Игорь уже в Лондоне, что он приехал, а еще это значило, что он приехал и не позвонил Саше.

— Алло, — ответил сонный, чужой голос, как бы говоря: «ну, что вам всем от меня надо, дайте человеку поспать».

— Привет. Ты в Лондоне?

— Вчера приехал, — Игорь отвечал нехотя. Саша представила, как он в это момент трет глаза под очками и морщит лоб.

— Ты не собирался мне звонить?

— Собирался, конечно собирался, просто спал с дороги.

Саша не знала, о чем еще спросить, Игорь тоже молчал.

— А когда мы встретимся?

— Давай на следующей неделе. В выходные мы с Лео едем машины смотреть. Я хочу взять тачку, сколько можно пешком таскаться по городу, как лох.

«Они с Лео? Но если Лео говорил мне столько гадостей про Игоря, он ведь мог и ему наговорить небылиц обо мне! А если он сказал, что я с ним встречалась?» — все тем же ледяным вихрем пронеслось в Сашиной голове.

***

— Ты встречалась с Лео?! — Людины брови взлетели почти до свежеотстриженной челки, — Саша, я теперь вообще ничего не понимаю! Когда? Как тебе это вообще в голову пришло? Друзья твоего парня — это табу! Разве ты этого не знала?

— Почему? Мы же просто гуляли.

— Ага, ты и с Игорем просто гуляла. Не помнишь уже? Мужчины сплетничают гораздо больше нас. Они вообще все друг другу рассказывают! Ты что, это в первый раз слышишь? Рассказал ли он Игорю, что вы гуляли? Да это первое, что он ему рассказал при первой же возможности. Когда мне кажется, что ты уже ничем не можешь меня удивить, ты делаешь такой выпад, что я в очередной раз только диву даюсь. Сашка, ты что?

— Мне было одиноко, а он лучший друг и, я думала, что смогу что-то узнать про Игоря.

— Сказать по правде, я не думаю, что он тебе позвонит.

Он не позвонил. Понедельник прошел в муках ожидания, вторник, Саша провела как на раскаленных углях, в среду свет уже казался ей черным, а воздух горячим, в четверг она позвонила сама.

— Ну как, купили машину?

— Выбрали, на следующей неделе покупаю.

— А когда мы встретимся?

— Даже не знаю, столько дел навалилось. Я сейчас дом ищу, еще бумаги надо оформлять, разрешения всякие…

Саша потеряла контроль, как будто переполненная емкость опрокинулась, и ринувшийся поток сметал все на своем пути. Она умоляла, просила о встрече, обещала все объяснить, говорила про то, как она его ждала, про Леонаса, про Люду, про мост и девушку, про любовь и про верность, про то, что он обещал писать, что предложил пожить вместе. Не знаю, что из этого бессвязного монолога переубедило его, но Игорь сказал, что приедет.

Кап, кап, кап, в ванной капала вода из протекающего крана, Саша сидела на краешке кровати, зажмурившись и почти не дыша. Она боялась пошевелиться. Ей казалось, что если она сделает хоть одно движение, откроет глаза или переведет дыхание, то просто рассыплется в прах.

«Как, как, как это могло случиться со мной, как я могла упасть в эту пропасть, из которой нет возврата? Я могу только падать ниже, и ниже, и ниже. Какая уже разница. Кап, кап, кап, как будто что-то важное утекает медленно, по капле. Жизнь? Что я делаю, о чем прошу, зачем мне этот человек, который даже не помнит меня? Но я-то его помню, я-то его люблю. Это я без него не могу жить. Все что мне остается, это падать все ниже, и ниже, и ниже, а когда опущусь до самого дна, то смогу наконец-то лечь и заснуть, и больше никогда не просыпаться».

Телефон зазвонил так неожиданно и резко, что Саша, вскочив, уронила его. Тонкая пластмассовая трубка ударилась об пол и разлетелась на кусочки. Отлетела батарея, треснул корпус, погас экран. Звонок оборвался. Саша трясущимися руками собирала детальки, бесконечно долго пыталась вставить аккумулятор в то, что осталось от ее телефона. Кап, кап, кап, казалась, вечность миновала, когда ей наконец-то удалось собрать этот уродливый конструктор. Она перезвонила Игорю.

— Да? — сердце билось где-то в ушах.

— Ну, где ты там, открой дверь.

Игорь изменился, похудел, резче выдавались скулы на лице, он и правда выглядел очень усталым. Саша не знала с чего начать, не знала, что вообще сказать, все казалось нелепым и бессмысленным, она чувствовала себя абсолютно потерянной.

— Ты не писал совсем и не звонил.

— Да, там, знаешь, просто возникли непредвиденные семейные сложности.

— А, что за сложности, с женой?

— И с женой тоже. У моего сына нашли какое-то заболевание врожденное, которое сейчас обострилось, но в основном с отцом. Он сказал, что если я не вернусь домой, то на его поддержку могу больше не рассчитывать.

— А где ты жил там?

— Как где? Дома, в своей квартире.

— Где твоя жена живет?

— Не начинай, пожалуйста. — Игорь поморщился, — Ты только и твердишь, что про мою жену. Ты всерьез считаешь, что самая большая проблема, то что я жил с ней в одной квартире? Тебя только это беспокоит? Не хочу я больше ни упреков, ни обвинений, я за эти три месяца их столько наслушался, до конца жизни хватит.

— А что дальше?

— Что дальше, сейчас снимем большой дом с сестрой и еще там с товарищем, будем комнаты сдавать, найду работу, посмотрим, что дальше.

— А я?

— Что ты?

— Ты сказал, что мы будем жить вместе.

— Вместе — не вместе. Ну, хочешь, переезжай к нам, места хватит.

— К вам?

— Ну, ко мне. Пожалуйста, не придирайся к словам, я, правда, очень устал, просто на пределе терпения, я сейчас вообще ничего не хочу. Жизнь летит под откос, мне надо начинать с чистого листа, содержать семью, себя, я вообще не знаю, что будет. Оно тебе действительно надо? Я ничего не могу тебе обещать, завтра превратилось в какой-то туманный неопознанный объект. Каникулы кончились, начинаются будни. Подумай как следует, я сейчас плохая компания.