Главная Подруга

***

— Намек не понял, говорите яснее, дамочка.

Ясно, он настроен игриво.

— У меня не будет дома родителей…

-Тебя самой завтра дома не будет. Мы едем в Москву, разгоним там тоску.

Мы шагали к моему дому, я не забывала посматривать по сторонам. Неожиданных сюрпризов не хотелось.

— Дим, ты уверен, что мои просьбы будут услышаны?

-Твое дело четко рассказать, что происходит. Боря только с тобой такой смелый, я в этом уверен. Анатолий Прохорович Сверчков приторговывает ворованным антиквариатом и его компания— лишь прикрытие этой части бизнеса. И он знает людей, которые могут говорить весьма убедительно. Да и сам весьма непрост. Но я оказал ему услугу, поэтому нас примут, выслушают и постараются помочь.

— Я не хочу с подробностями излагать ситуацию. Мне будет стыдно.

— Там посмотрим, что и как. Попросят— ты и подробности сообщишь, давай сейчас не будем загадывать.

Дима убедился, что нас никто не подкарауливает в подъезде, но, прежде чем я зашла в квартиру, нажал на кнопку дверного звонка соседки. Дверь почти сразу распахнулась, Руслан словно поджидал кого— то.

— А, это вы… Я думал, что этот придурок из газовой службы.

— Просто хотел спросить, не пахнет ли у тебя газом.

— У меня все хорошо.

Руслан попытался закрыть дверь, но Дима ее придержал.

— Слушай, если ты все же найдешь серебряные часы на цепочке, то скажи мне. Договоримся о цене, я не обижу, не переживай. Можно вообще просто честно поделить заработок.

— Да пошел ты!

Дверь захлопнулась.

— Не помню, чтобы я видела у бабули часы. И она их не упоминала вовсе. Ценные, да?

— Ложный след, только и всего. Пусть теперь усиленно ищет часики, которых там нет.

— А при чем тут газовая служба?

— Так мой знакомый все же в квартире побывал сегодня. Недавно совсем. Извини, что не от соцслужбы.

— Ты продолжаешь искать?

— Судя по всему, мои усилия напрасны.

— Так что ты надеялся раздобыть?

— Произведение искусств.

— Да ну тебя, снова темнишь.

— Маришка, не дуйся. Решить надо твою проблему, с моими заботами мы разберемся легко.

Я обиделась на то, что мне так и не сказали, что ценного может находиться у почившей недавно бабушки. Поэтому, ни слова не говоря, исчезла в своей квартире. Мне заранее не хотелось визита в Москву, я не верила, что Бориса можно образумить. Но не спорить же с Димой, который очень хотел помочь? Поэтому я покорно установила в мобильном будильник и пораньше легла спать.

Утром пришлось удивиться тому, что мой брат находился на ногах и с деловитым видом резал колбасу.

— Есть ты не станешь, знаю. Но в дорогу бутеров нам я запасу. И чай в термос уже налил.

— Нам?

Я еще не совсем проснулась, поэтому не понимала, в честь чего на кухне суетится Евгений.

— Я тоже еду, хорошая возможность проветрить мозги. К тому же всегда хотел прокатиться на Порше.

— На чем?

— Прош Панамера, машинка такая.

— А где ты ее возьмешь?

Брат посмотрел на меня, как на умалишенную.

— Мы едем в Москву. Ты, я и Дима. А везет нас туда его друг. Так вот, именно другу и принадлежит машина. Видишь, как все просто? И я даже за рулем не окажусь.

— Ты права купил, я знаю. Поэтому тебя даже за руль Оки пускать опасно. А Панамера— крутая тачка?

— Она великолепна, ты это поймешь. Просто красивым девочкам заморачиваться на счет характеристик авто не стоит. Это только Меган Фокс в «Трансформерах» могла рассказать про машинки многое.

Меган Фокс я знала, шикарная девица, но так себе актриса.

— Только не совсем понятно, зачем едешь ты?

— Да просто прокатиться, в решение твоей проблемы я вряд ли смогу помочь. Так, покайфую, на Москву гляну.

Я махнула рукой, безмолвно соглашаясь на всё.

Панамера выглядела солидно. Нет, не так! Она производила впечатление машины, в которой можно даже жить. И внутренняя отделка открыто заявляла, что автомобиль стоит безумных денег. С моей точки зрения, конечно.

Меня почти насильно усадили на переднее сиденье. Гриша, водитель, оказался мужчиной лет сорока, я этому немного удивилась. Откуда у Димы такие знакомые? Он ведь значительно моложе сам.

— Ну, смертнички, пристегиваемся.

Все без возражений выполнили команду.

— Бояться разрешается, обсуждать действия водителя запрещено. Педаль тормоза только у меня, но вы тормозите, если уж вам хочется.

Мне такое предупреждение по нраву не пришлось. Что тут смешного, если я могу испугаться? И, тем не менее, отступать уже было поздно. Поэтому я решила, что могу закрыть глаза, если вдруг действительно поездка окажется страшной. Прежде, чем мы стартовали, Григорий включил музыку. Это оказались «Времена года» Чайковского, чему я безмерно удивилась. А потом мы тронулись, плавно, но неудержимо. Машино сыто заурчала, разгоняясь.

Я иногда косилась на спидометр, меня пугало то, что стрелка порой переваливала за двести двадцать километров в час. Но все оказалось не так уж и страшно, если честно. Мощное урчание мотора, помноженное на мастерство водителя, уверенный стиль вождения и машины, остающиеся позади нас, вызывали во мне почти восторг. Вот уж не ожидала, что мне так понравится гнать с головокружительной скоростью. В салоне звучала музыка Чайковского, это тоже успокаивало. И все равно мы именно мчались.

— Сколько ты собираешь штрафов, Гриша?

— Знаешь, я заплатил большие деньги, чтобы на номер моей машины штрафы с камер не приходили.

— Разве такое возможно?

-Ты забыла в какой стране живешь? Уверяю, что такое практикуется. Для гайцов, которые меня могут тормознуть, припасены замечательные спасительные корочки. Поэтому я и не утруждаю себя соблюдением скоростного режима.

— Ты депутат, политик или полицейский?

— Я умею ладить с людьми, только и всего. И постоянно получается, что мне многие обязаны.

Понятно, правдиво ни за что не ответят. Надо сказать, что у меня не получалось бояться. Рискованных маневров на грани фола Гриша не совершал, он просто очень умело пользовался мощью своего автомобиля. Да, пересекал сплошную, да, разгонялся в населенных пунктах, но не создавал авариных ситуаций. Или мне только так казалось, не знаю.