Главная последовательность

Первая космическая II

***

Где-то на середине рассказа, Бойл отключился, и мы перебрались в приёмную – обсудить сложившуюся ситуацию. Положение было не критическим, но сложным. По экипажу пошли слухи о таинственном пациенте, неизвестно как попавшем в лазарет и ко мне уже потянулись матросы, старавшиеся заглянуть во все уголки медотсека, пока я доставал таблетки от головной боли или записывал жалобы на то, что у них чешутся ногти.

– Что делать, Кэп? – я достал три стакана и бутылку, а Оззи задраил дверь.

– Честно? Не знаю. С одной стороны, у нас на борту нелегал, с другой, у нас вроде есть право на свободу передвижения.

Капитан с лёгким поклоном принял у меня из рук стакан и, пригубив, поставил на стол. Ситуация его искренне забавляла. Ещё бы, двое мальчишек, играющие в начальников, вляпавшиеся в неприятности ещё в доке.

– Отдавать его "вниз" нельзя. Бойл конечно идиот, но пенни против яблока, что он не хотел навредить Кэпу. – озвучил мои мысли Оззи. Они оба взглянули на меня, и я пожал плечами.

– "Внизу" у него точно не будет шансов. Я, как врач, против. Кэп, сможешь потерпеть на корабле дурака, наставившего на тебя ствол?

– Если честно, ребят, – Брукс сделал ещё один глоток и неторопливо продолжил, – мне он даже в чём-то нравится. Я и ствол то у него отобрал только потому, что он попытался смягчить мне падение. Правда не дам гарантий, что он опять не "уйдёт с разгона".

– В общем, думаю его можно оставить. Правда, нужен постоянный присмотр. Оззи, ты у нас безработный на корабле, займёшься?

– А что сразу я? – если бы я не провёл с Оззи шесть недель в учёбе, то посчитал что он возмущён, – я, вообще–то, канонир, а не надзиратель. Вон, в изолятор его и пусть себе сидит.

– Ага, – продолжил я ему в тон, – а потом на первой же базе к нам придут федералы и спросят, кого это мы держим заключении и по какому праву.

– А откуда они узнают? – сбавил обороты Озз.

– У нас за три дня уже весь корабль судачит про "пациента ноль", – я посмотрел в глаза Оззу, – и мне так же интересно, откуда у него такое прозвище, если я за эти дни не покидал отсек?

Оззи пожал плечами, но глаз не отвёл. Кэп едко усмехнулся, а я продолжил:

– Ты можешь гарантировать, что никто из команды не побежит к федералам? Я думаю, нет, так что, вопрос решён. Ты таскаешь Бойла за собой, пока мы не прибудем хоть куда-нибудь... А кстати, Кэп, куда мы отправляемся?

– Ну, наконец-то вы поинтересовались, мистер Торндайк, куда отправляется ваш корабль, – Оззи вложил в голос максимум сарказма, – мы отправляемся на федеральную базу "Магнетик", для постановки на учёт, как независимого перевозчика и, если хочешь знать...

– Не хочу, – оборвал его я, – вот на Магентике его и выкинем, а пока у тебя вторая тень с полицейским прошлым. Можешь обучить полли* кричать "пиастры". * (Полли – не только сленговое названиеполицейских на Пасифае, но и нарицательная кличка попугая, сродни русскому "Попка")

Капитан уже откровенно забавлялся, глядя на нас. Оззи попытался перебить меня, но я поднял руку и повысил голос.

– Днём он с тобой на корабле, а на вечерней вахте, ты его приводишь сюда. Спать он будет запертым в боксе. И капитан, не забудьте внести в реестр тот отсек, в котором его нашли, не хочу, чтобы он подложил нам свинью.

Оззи вовсю изображал оскорблённого, а Кэп только кивнул и, допив виски, показал жестом, что бы ему плеснули ещё. Я разлил остатки по стаканам и поставил бутылку под стол.

– Вот, Док, я хочу возражать не потому, что ты не прав, а исключительно из противоречия. – произнеся это, Озз сделал глоток и со стуком опустил стакан на столешницу, – я согласен поработать нянькой, но за сплетни лучше выдай по башке пилоту, а не мне.

Я демонстративно посмотрел на Брукса и кашлянул. Тот развёл руками и поднял глаза к потолку. Мой комм сигнализировал, что Бойл проснулся. Мы устремились в бокс, надеясь услышать историю до конца.

Когда Бойл закончил, я выставил из медотсека Брукса и Оззи, и потребовал у детектива файл. Тот немного помялся, и немного поторговавшись, перекинул мне верифицированную запись. Так же, я записал его уверения, что файл подлинный, и историю его получения. Затем, сам сходил на камбуз, и взяв обед, попросил у кока консервированных фруктов и немного каши, невзначай упомянув, что начальник службы безопасности пошёл на поправку. Как говорил Оззи, пенни против яблока, что уже на вечерней вахте экипаж будет обсуждать не пациента Ноль, а службу безопасности.

Так же, я отправил отцу сообщение, что у меня все в порядке, и пусть они от моего имени погуляют по аллее отцов-основателей на день доминиона, выразив уверенность, что полли и федералы им в этом не помешают. А после этого, вкатил Бойлу ещё успокоительного и пошёл спать, предварительно приготовив свой скаф, "Ретривер" к завтрашним занятиям.

– Айк, Док, повторить! – гаркнула Вероника и мы, тяжко вздохнув, снова скинули капюшоны на спину и закрепили маски в держателях на поясе. – Я что сказала? Маска, капюшон, шнурок. А вы что делаете? Айк, почему у тебя шнур заправлен за ворот?

Бойл, которого экипаж знал, как Айка О'Нэлли, потупился под взглядом нависшей над ним китаянки. Мы с ним опоздали с занятиями на четыре дня, ровно на то время, сколько потребовалось Бойлу прийти в себя и начать самостоятельно передвигаться. Остальные новички уже тренировались в борьбе за живучесть под командованием нашего боцмана. Как показала практика, даже Бойл управлялся со скафом лучше меня. Оззи отмазался от занятий просто выполнив норматив, установленный Вероникой под завистливые вздохи остальных учеников. После этого он сообщил, что пока мы тут паясничаем, он пойдет поспит. В итоге я, под хихиканье и шушуканье Бэлль и Доротеи, пытался выполнить норматив. За четыре секунды я должен вытащить из крепления на поясе кислородную маску, надеть её, затем накинуть капюшон, совместив застёжки маски и капюшона, и дёрнуть шнурки, активируя герметизацию костюма. У меня уходило семь секунд, а Бойл, видимо привычный к полицейским комбезам, управлялся за пять.