Главное – любить

Глава 36

Прошло всего два дня, наполненные разговорами с родными, делами по дому и в огороде, и долгими пешими прогулками по окрестностям. А по моим ощущениям будто минула неделя. Чтение не успокаивало, я никак не могла сосредоточиться ни на одной фразе, и мысли всё время убегали ни туда. Книга с раздражением была заброшена на дно сумки. Да, книголюба из меня, как обычно, не получилось. Впрочем, скаченный сериал тоже не радовал – один из актеров отдалённо напоминал Александра третьего, а смотреть на его довольную физиономию на экране было выше моих сил. Фильмы не грузились из-за плохо интернета. Оставалась только музыка и сигареты, но с последним дела обстояли тоже не очень.

- А ну быстро выкинула эту гадость! - раздался раскатистый бас Вениамина Петровича. Дед вышагивал ко мне с лопатой в одной руке, а другой грозил кулаком. За то время, что он перебрался в Подмосковье, он заметно лучше стал выглядеть. И даже успел слегка загореть, трудясь не покладая рук на дачном участке.

Гнев деда конечно же вызвала сигарета, зажатая у меня в зубах.

- Деда, не начинай, - закатила глаза я, убирая сигарету обратно в пачку и подхватывая в руку пустую пепельницу. Вот специально ведь ушла подальше, вглубь участка, чтобы спокойно предаться размышлениям и пагубным привычкам. Так нет же, и здесь меня нашёл, за рядами кустов малины.

- Ремня бы тебе всыпать!

- Придумай что-нибудь новенькое, эту угрозу уже забил себе папа.

- Папа твой в жизни армейского ремня в руки не брал! Нашёл чем грозить, - гаркнул дедуля. Даже спустя столько лет он не мог до конца простить папе, что тот выбрал науку, а не военное поприще. - Еще раз застану на участке с папиросой во рту, получишь у меня, Лизавета!

- Дед, да ты и в детстве не прибегал к таким антигуманным способам. Сейчас-то чего начинать? - веселюсь я, ни капельки не испугавшись показной вспышки гнева.

- А вот надо было! Глядишь, и поумнее была бы! Тоже мне моду взяли, дымить как паровоз в гору! Девушка всё-таки, а не прапорщик!

- Ладно, ладно, дедуль, не заводись!

- Чтоб больше я на участке тебя с этой дрянью во рту не видел! И к Семёнычу на лавочку перед участком тоже можешь не ходить. Я его уже предупредил, чтобы гнал тебя в шею!

Кажется, теперь чтобы мне ступить на тропу антизожа, придется шлёпать до небольшого лесочка в конце посёлка. Но спорить было бесполезно, родных тоже можно было понять, заботятся, переживают. Да и к тому же в чужой монастырь со своим уставом ходить не положено. Раз сказали на участке нельзя, значит придётся смириться.

***

Очередной день встретил меня прекрасной погодой и полным унынием в душе. С самого утра забралась в гамак и бесцельно пялилась в небо. Писал Фара, уточнял всё ли со мной в порядке после того случая на парковке. Собрав в кулак всю свою силу воли и навыки дипломатии, я постаралась максимально корректно попросить его не поднимать больше эту тему. Писал Мереминский, но сообщения я не открывала. Из принципа.

Телефонный звонок заставил меня вздрогнуть, а сердце затрепетать в груди. А вдруг?..

Но нет, к моему глубокому разочарованию звонил один из моих клиентов – Марат Исхаков, владелец одного крутого бара в старой части города. С ним у нас общение как-то сразу легко сложилось и перешло в стадию приятельско-дружеских. А уж когда у них действительно сработала реклама и в бар просто толпами повалил народ, то я автоматически переместилась в личные менеджеры, а журнал в одну из их главных рекламных площадок. Звонка я не ждала, так как с Маратом мы, как обычно, легко согласовали макет ещё на той неделе.

- Марат? Привет.

- Лизок, удобно говорить? Привет. Я тут даже не знаю, как начать…

- Ага. Начало многообещающее, - усмехаюсь я. Голос у Исхакова вроде был спокойный, но задумчивый. Мысль, что он приостанавливает размещение рекламы я почему-то отметаю сразу. Мне кажется, такую новость он всё-таки сказал бы мне лично.

- Ты мне скажи, у тебя врагов в журнале нет случайно?

- Чего?! - резко приподнимаюсь я в гамаке, и чуть не переворачиваюсь в нём, в последний момент чудом удержав равновесие над землей.

- Да тут понимаешь, звонит мне одна особа с утра… и предлагает уходить из «ГородОК» в «Люкстайм» на уникальных и очень выгодных условиях.

- Та-а-а-к, - протягиваю я, а внутри всё холодеет. - А причем тут мои враги?

- Ну, во-первых, большую часть разговора она посвятила тому, что ты как менеджер по продажам не справляешься со своими обязанностями и могла бы сделать намного больше для моего бара. Поэтому у меня возникло ощущение, что ты ей где-то дорогу перешла, - заключил Марат.

- Всё может быть, но почему сразу враги в нашем журнале? Тут больше похоже на происки конкурентов, - и знать бы ещё, что они ему там предложили! И не поселились ли в голове Исхакова какие-либо сомнения о размещении рекламы в нашем журнале?

- Я тоже так сначала подумал, Лиз. Но тут мы переходим к «во-вторых». Помнишь о дополнениях к договору, которые мы прописали по рекламе в каждый третий номер? Она про них знает, - задумчиво протянул парень. - А ведь эта информация только в наших документах есть. Это же не общий прайс, который у вас на сайте выложен или в брендбуке. Значит, у кого-то есть доступ к ним. За своих я ручаюсь, да и зачем им сливать куда-то информацию? Какой в этом резон?