Главное – не влюбляться

Глава 30

Зачарованно смотрю на стол, на котором каким-то магическим образом появились красиво сервированные блюда. Я была готова поклясться – когда мы пришли сюда, тарелки были пусты. А сейчас они были прикрыты специальной крышкой для того, чтобы блюда не остыли.

- Так, бабушку сторожа ты всё-таки припахал, - наигранно бурчу я, кивая в сторону стола.

- Нет. Нас сегодня будет обслуживать кейтеринг, - смеётся Корсаков, отодвигая передо мной стул, чтобы я могла присесть. - Надеюсь, ты ничего не имеешь против итальянской кухни?

Имею ли я что-то против? Человек, который бредит Италией и имеет в арсенале пятнадцать рецептов приготовления лазаньи?!

- Никак нет, - отрапортовала я, открывая крышку и с удивлением уставившись на содержимое тарелки. - Тортеллини ди Валеджо?[1] Серьёзно?

- О, а ты, оказывается, знаток, - хитро прищуривается Корсаков, улыбаясь. Мне показалось, на секунду в его взгляде промелькнуло восхищение вперемешку с изумлением. - Попробуй, это очень вкусно. Одно из коронных блюд шеф-повара. После него ты неделю не сможешь думать о другой еде.

И это было правда. Причём с каждым новым блюдом я понимала, что вряд ли вообще захочу подойти к холодильнику в ближайшее время. А самое удивительное, что мы умудрялись одновременно наслаждаться едой и общаться с Корсаковым обо всём на свете. И как-то совсем незаметно я осознала, что мы уже давно не сидим друг напротив друга, а рядом. Саша только что показал мне в телефоне интересные городские здания в стиле модерн. Я и подумать не могла, сколько их у нас в Самаре!

- Да ты краеведение знаешь лучше меня, - усмехаюсь я.

- Это вряд ли, - покачал головой Саша, - Но мне нравился этот курс, и я многое оттуда помню. А скажи-ка мне, Лизавета, почему лучший менеджер по продажам журнала «ГородОК» потратил несколько лет на изучение истории? Откуда такая любовь?

Слышать «Лизавета» из его уст было непривычно, но приятно.

- Это папа во всем виноват.

- Он у тебя историк?

- Не-а, физик, - тихо посмеиваюсь в кулак. Хорошо, что отец не слышит его предположение. Оскорбился бы до глубины души. К гуманитарным наукам он всегда относился крайне пренебрежительно. - Просто в детстве я его спросила, почему меня именно Лизой назвали, а не Светой-Дашей, например. А он сказал, что мы с сестрой, Катей, настоящие королевишны его сердца. И названы в честь великих российских императриц. Наплел мне с три короба про дворцы, платья, кареты, а я уши развесила и загорелась идеей скорее историю начать учить. Еле пятого класса дождалась! Потом, конечно, поняла, что в его рассказах больше небылиц всяких было, чем правды, но что взять с физика? А вот историю я действительно полюбила.

Я никогда никому из парней об этом не рассказывала, даже Лёшке. Странное ощущение, когда вот так делишься чем-то простым, но в то же время таким сокровенным. Замечаю искреннюю и понимающую улыбку Саши, и последние нотки смущения окончательно развеиваются в этом весеннем полумраке.

- А как ты понял, что архитектура – это твоё? - спрашиваю я.

- Наверное, курсе на третьем. Когда построил по своим чертежам дачный дом.

- Сам?!

- Ну не без помощи, конечно, но большую часть я тогда делал своими руками. От маминых родственников нам достался заброшенный участок, который родители мне отдали на растерзание, - пояснил Корсаков. – Знаешь, никогда не забуду свои ощущения, когда стоял на участке и понимал, что вот это не просто дом, это воплощение моих мыслей, моего представления об объёме и пространстве. И что мне действительно приятно здесь находится. Я радовался, как мальчишка, что у меня получилось учесть многие факторы для комфорта. Представляешь, вот даже учесть расположение дома по отношению к солнцу. Потому что архитектура это ведь не только про эскизы, расчёты, это ещё и про жизнь, и про то, как ты ощущаешь себя в здании… Что?

Александр третий запнулся, а я понимаю, что сижу с раскрытым ртом и восхищенно улыбаюсь как дурочка.

- Ничего. Интересно вещаешь, - пытаюсь отшутиться я. - Вдохновляюще. Всегда по-доброму завидовала людям, которые умеют что-то создавать или творить руками. На мне природа в этом плане отдохнула.

- Может ты к себе слишком критична? - ободряюще говорит Саша.

- Нет, поверь, я абсолютно безнадежна, - смеюсь я.

Замечаю, что мы сидим близко друг другу, переплетая пальцы рук. Невольно вздрагиваю от осознания того, что впустила человека в свое личное пространство. Слишком рано. Или нет?

Я вообще не считала эту встречу свиданием! И вот сейчас я то получаю удовольствие от всего происходящего, то впадаю в панику, боясь наломать дров. Мои эмоциональные качели меня уже порядком достали!

Аккуратно, высвобождаю свою руку и встаю из-за стола. Хочется подойти к парапету и полюбоваться видом на Волгу и небольшой россыпью звёзд, которые понемногу начинают мерцать на небосклоне.

- Не забывай, что у тебя тоже есть талант. Например, продать человеку то, что ему совсем не нужно.

Саша встал рядом со мной и также задумчиво посмотрел вдаль.

- Намекаешь на себя?

- А я не намекаю.

- Да на тебе как-то и не получилось проявить в полной мере свои таланты, - усмехнулась я. И тут же невольно смутилась, вспоминая условия получения мной контракта. И что в текущий момент я их как раз и выполняла. - И я бы не ставила умение хорошо балаболить в один ряд с умением рисовать или играть на саксофоне.