Глаза дракона

Глава 7. Опоздание

Начал император подозревать свою жену в неверности, стал пристально следить за ней, велел запереть во дворце.

Утро не задалось с самого начала. Невыспавшаяся и совершенно разбитая, Лина проснулась от ощутимого холода, взглянула на маленький будильник, доставшийся ей от прошлого съемщика квартиры и поняла, что проспала. Не удивительно после такой ночи, но она даже не слышала мерзкого дребезжания, способного обычно поднять и мертвого. Стрелки показывали почти девять, и это было ровно то время, в которое она уже должна была выйти!

Поспешно влезая в джинсы, Лина пребольно ударилась мизинцем о кровать, и неловко смахнула на пол телефон, пока морщилась и шипела от боли. По защитному стеклу пополз длинный росчерк трещины.

Когда она попыталась умыться, выяснилось что не работал бак для нагрева воды, и Лине пришлось наслаждаться окончательным пробуждением от ледяной воды. Сушилка не работала тоже, видимо ночью были перебои с электричеством, поэтому ее рабочая толстовка, которую не жалко было испачкать, оставалась влажной, а судя по прохладе в комнате и на улице значительно похолодало. Лина потратила драгоценные минуты на то, чтобы перетрясти все вещи в поисках свитера, но так его и не нашла. Пришлось надеть тонкую блузку, которая первой попалась под руку.

Кудрявые волосы завивалась от влаги еще сильнее, расческа куда-то запропастилась, и Лина бросив попытки хоть как-то привести себя в порядок, закрутила их в неаккуратный пучок.

В довершение всего, на рюкзаке сломалась молния, и, подергав ее несколько раз, она чуть не завыла от бессилия, торопливо перекладывая самое необходимое в маленькую сумочку. Неудобно, но главным было постараться успеть. Она ни разу не опаздывала, и даже не могла представить, как может на это отреагировать То Лао.

Когда она практически выбежала на улицу, едва моросил легкий дождь. Изморозь прибила извечный смог, и дышалось легко. Лина зябко закуталась в куртку, вдыхая прохладный воздух, натянула капюшон на глаза и поспешила в Запретный город.

Она шла по совершенно пустой улице так быстро, как могла, практически преходя на бег, и именно поэтому не заметила неожиданно бросившийся ей под ноги черный комок. Лина не успела затормозить и, споткнувшись, плашмя полетела на камни мостовой, ободрав ладони и сильно ударившись коленями. Раздалось злое шипение, но когда Лина огляделась в поисках несчастного кота, которому явно тоже досталось, никого не увидела. Улица была совершенно пуста.

Она, морщась и смаргивая выступившие от боли слезы, встала, отряхиваясь, чувствуя, как неприятно саднит ладони: левую она содрала до крови, на правой были просто неприятные царапины от мелких камушков и песка.

— Что за утро такое, — прошептала она себе под нос, кое-как отряхиваясь и осторожно переступая с ноги на ногу.

Колени неприятно заныли: наверное тоже ободрала, и жесткая ткань джинсов неприятно натирала. Больше всего на свете хотелось вернуться домой, завернуться в теплое электрическое одеяло и досыпать.

Она достала телефон с твердым намерением позвонить То Лао, когда увидела входящий вызов. То Лао, кажется, обладал способностью читать мысли на расстоянии, потому что звонил именно он.

Сердце Лины неприятно сжалось:

– Алло, — проговорила она в трубку, пальцы дрожали.

— Лина, почему опаздываешь? – голос То Лао звучал, ровно, но отрывистые фразы выдавали его раздражение. — Что за безответственность! Если ты будешь продолжать опаздывать из-за этого мальчишки, то с одним из вас мне придется расстаться!

– П-простите, — прошептала Лина, не понимая о каком мальчишке может идти речь. — Я просто проспала и…

— Ты тратишь драгоценную энергию на него! Тебе надо сосредоточиться на деле! Чтобы была здесь через пять минут.

Лина хотела была оправдаться, как-то объяснить, но в трубке уже раздались короткие гудки. Она посмотрела на погасший экран, борясь с совершенно нерациональным желанием разреветься, несмотря на боль в коленях, побежала к Воротам небесного спокойствия.

Было ужасно обидно, что из-за небольшого опоздания, случайного к тому же, То Лао говорил с ней в таком тоне. Она слишком привыкла к его поддержке, и поэтому произошедшее ощущалось, как предательство. Как же быстро она привыкла к хорошему, вырвавшись из под контроля матери! Та всегда держала ее в тонусе.

Лина с тоской подумала, что в целом, конечно, сама виновата, надо было не торопиться успеть, а просто заранее предупредить. А еще лучше не надеяться на один будильник, а включить еще и тот, что на телефоне.

Любые предупреждения и оправдания обычно не работали с матерью, та все равно равно была бы недовольна опозданием, поэтому не было никакого смысла в предупреждениях и выслушивании упреков дважды. Но ведь То Лао — не ее мать, и скорее всего отнесся бы с пониманием.

Лина всхлипнула, размазывая тыльной стороной руки все-таки пролившиеся слезы. Какая она идиотка! А теперь может и вовсе лишиться работы, и вот тогда ей точно придется возвращаться.

Еще и грядущая встреча с матерью! Лина поежилась от мыслей, что все неприятности начались именно сразу после того, как мать решила с ней пообщаться.

Она практически бежала по узкой улице проглатывая слезы, слишком увлеченная самобичеванием и невеселыми мыслями, и выскочила на широкую, перпендикулярную улицу, не заметив стремительно приближающегося велосипедиста.