Глаза дракона

Глава 9. Энергия “ци”

Скучала императрица без Шеня, и как-то дорисовала она на одной из незаконченных фресок во дворце глаза дракону. Сунь Укун же, узнав об этом, решил, что будет забавно, если таким образом сможет дракон приходить во дворец и обманывать императора

Последующие дни показались бесконечной чередой работы, сна и снова работы. Хуо не появлялся еще пару дней, прислав сообщение, что болеет, и что Лине не стоит беспокоиться. Виктор, к счастью, тоже не появлялся. Тем вечером он попрощался у дверей ее дома в хутунах, взяв обещание встретиться на кофе. А вот мать выслала контакты господина Лю и даже соизволила лично позвонить и напомнить, что тот очень ждет картину. Именно поэтому Лина откладывала начало работы над заказом.

Утро новой недели выдалось неожиданно холодным — сильный ветер пронизывал до костей, пока Лина, зябко ежась, бежала к Запретному городу. Традиционные красные фонарики весело раскачивались под брезентовыми навесами забегаловок, которых было так много в районе хутунов. Ночью прошел дождь, и давно пожелтевшие листья покрыли улицы золотым ковром. Было влажно и свежо, но ясное высокое небо обещало погожий день. Это означало, что света в зале с росписью будет много, а при дневном освещении получится наиболее точно подобрать нужные оттенки. Лина надеялась завершить мелкие, нарисованные чешуйки на носу дракона, чтобы перейти к объемным, которые как раз должны были привезти из мозаичной мастерской.

— Лин На, ни хао! — догнал ее бодрый голос Хуо, когда она уже почти дошла до Дворца Земного спокойствия. — Не замёрзла? Держи, я захватил тебе.

Хуо впихнул ей в руки бумажный стаканчик до того, как она успела возразить, и быстро поцеловал в щеку; его холодный нос щекотно коснулся виска.

— Спасибо! — Лина застенчиво и немного неловко улыбнулась, но озябшие пальцы было так приятно погреть о тёплый стаканчик, что она решила простить Хуо самоуправство. — Где ты его купил, что кофе не успел остыть? В хутунах?

— Можем сходить туда вечером, — подмигнул он, придерживая дверь и пропуская Лину в полумрак коридора. — Или, с учетом погоды, лучше сходим поедим huoguo. Ты как? Есть планы на сегодня?

Лина, которая откладывала начало работы на заказ, пожала плечами:

— Вроде бы нет… Как ты себя чувствуешь?

Хуо вовсе не выглядел больным, разве только кончик носа покраснел от холода: одет он был не по погоде в черную кожаную косуху поверх черной же футболки. Один его вид заставлял Лину сильнее мерзнуть. Сама она сегодня прятала руки в карманы, а нос в шарф.

— Что вы там стоите? — раздался ворчливый голос То Лао, он выглянул в коридор, впуская яркий солнечный свет; Лина отметила про себя, что была права, и удастся поработать при естественном свете, а не прожекторов. — Наговоритесь ещё, а сейчас за работу! Лин На, тебе надо закончить чешуйки, пока солнце высоко! А тебе, бездельник, — наверстать все пропущенное! Болел он! Все знают, надо пить горячую воду, и не будет никаких болезней!

Лина улыбнулась Хуо и поторопились внутрь под суровым взглядом То Лао: слишком свежи были воспоминания о том, как тот ее отчитывал, и она сочла за благо не нарываться.

— Ну, привет, Ваше драконье величество, — улыбнулась Лин, пощекотав чистой и сухой косточкой ноздрю дракона. — Как Вы тут? Скоро будете сиять всеми своими чешуйками.

Порыв ветра взметнул ее волосы, и она поспешила скрутить их в узел, оглядываясь на дверь, чтобы посмотреть, кто вошёл, но каждый из реставраторов был занят на своём участке, а дверь закрыта.

Пожав плечами, она погрузилась в работу. Словно в ответ на ее хорошее настроение и радость от солнечного дня, все получалось легко: баночки с нужными оттенками пигментов словно бы сами оказывались под рукой, а линии выходили ровными и плавными. К тому же она любила именно эту часть работы — связанную с красками и непосредственно росписью. Сохранить, но не привнести своё было всегда сложно, но для удовлетворения художественных порывов всегда можно было взять отдельный холст, а реставратор должен уметь оставаться незаметным. Вот и сейчас она следовала кистью за чужой рукой и чужим вдохновением.

— Лин На, мы идём обедать, ты с нами? — голос, кажется, Хуо звучал откуда-то издалека.

Лина даже не оглянулась, чтобы проверить он ли это, так была увлечена восстановлением нарисованных чешуек. Казалось, что она в другом времени, сидит рядом с художником Цю Ином и помогает ему подобрать краски для прекрасного Нефритового дракона тогда, когда роспись создавалась впервые. Это потом уже добавится чешуя из перламутровых и нефритовых пластинок, а пока есть только рисунок — яркий, не тронутый временем и словно бы живой.

— Не мешай Лин работать, — голос То Лао звучал сварливо. — Иди-иди, захватишь ей что-нибудь перекусить.

Едва касаясь тоненькой кисточкой, Лина прорисовывала блики на носовых чешуйках, когда до неё долетел тихий смешок. Она отложила кисть, прислушиваясь и оглядываясь, но нет, никого из коллег ещё не было, кажется, все действительно ушли на обед, а она так увлеклась, что и не заметила.

— Кто здесь? — осторожно спросила Лина, наблюдая, как в солнечных лучах, словно волшебная пыльца, кружатся пылинки.

— Ты опять не туда смотришь, — низкий смешок за спиной, казалось, пощекотал кожу, вызывая мурашки, а порыв отшатнуться Лина с трудом сдержала, памятуя о падении с лесов.

Вместо этого, она осторожно повернулась и уставилась на нарисованного дракона: роспись выглядела так же, как и последний час — влажная штукатурка и почти незаметно чуть-более яркая подсыхающая краска, которую она наносила, но вдруг ее кожи коснулся порыв ветра, и словно тёплое дыхание огромного зверя качнуло прядку волос, выбившуюся из небрежного пучка.