Глаза пустыни

Глава 2

Вот и утро. Скандалы остались во вчерашнем дне. А что день грядущий готовит? Что-то на работу мне сегодня ехать страшно. Засмотрелась на себя в зеркало, как меня прическа-то украсила! Вроде бы ничего сверхъестественного, а я так изменилась. Надеюсь, до вечера продержится, сейчас немножко подправлю, тут подколю, там закреплю, по-моему, неплохо. Правда, все остальное, как в сказке. Лицо бледное, и так моя кожа очень светлая, а от волнения совсем белая и волосы мои цвета «натуральный блонд», на щеках горят два красных пятна, словно свеклой натерли. Королевишна! Марфушенька-душенька, да и только! Хоть брови и ресницы красить не надо, они сами по себе довольно темные, такие «соболиные» бровки. А духи? Чуть не забыла. Где мой заветный флакончик? Настоящие, Маринка из Франции привезла в прошлом году. Немного горьковатого дыма, немного мшистого хвойного леса и какая-то странная нотка соблазна, которая манит и притягивает, словно зовет за собой.

Скорей! Опоздаю! Без кофе утром я не человек! Включила кофеварку, и тут меня ударило током. По-моему, волосы на голове встали дыбом, несмотря на укладку. Ого! Кофеварка совсем новая, в чем же дело? Вот, проводок отошел, и случилось замыкание. Из сети я вилку не выдергиваю, хорошо еще, что воду из-под крана сразу в нее не стала заливать, сначала в мерный стаканчик, такой у меня дурацкий ритуал. Может быть, эта моя прихоть даже спасла мне жизнь? Спрятала ее в шкаф, задвинула на нижнюю полку, подальше, чтобы Олег не повторил мой подвиг, вечером разберемся. И все же странно это, вчера она работала нормально. Приоткрыла дверь, заглянула в комнату мужа.

- Олег!

Один глаз открыл, второй у него пока не открывается. Но я-то знаю, что они оба голубые, чем он страшно гордится. А вот брови и ресницы подкачали – совершенно белые, что придает ему наивно-детский вид. Его сотрудницам нравится, видимо, пробуждает не только основной, но и материнский инстинкт, пикантно. Меня это тоже соблазнило когда-то.

- Вставать пора, а то на работу опоздаешь, - возлежит вальяжно на подушках, такой красавец блондин, фигура почти спортивная, правда, полнеть начал, но ему это даже идет. Волосы встрепаны, просто рекламная картинка постельных принадлежностей.

- Ты куда пошла-то, ответь мне, жена, - спросил, лениво растягивая слова.

- Чего тебе надобно, старче?

- Вечно твои шуточки дурацкие и подколы, прямо с самого утра, все веселишься.

- Лучше весело воспринимать жизнь, с юмором, чем плакать, не правда ли?

- А что у нас на завтрак? – так ворчливо, словно столетний старикашка, поинтересовался он.

- Овсянка, сэр, - в тон ему ответила я.

- Ты что несешь, какая овсянка?! – аж подпрыгнул на постели.

- Это я опять пошутила. Сырники на завтрак, еще теплые. А я убегаю, мне в университет опаздывать нельзя, я же не студентка!

Выпорхнула на лестницу, прихватив новую сумочку. Хорошо, что сегодня зонтик не забыла, а то, как майским дождичком оросит, прощай, прическа! И почему это у меня возникло ощущение, что я собираюсь совершить что-то недозволенное? А ведь так оно и есть, наверное. Мужу-то вчера сказала, что сумочка и прическа, потому что конференция, а ведь на конференции меня ни сегодня, ни завтра не будет, мой доклад только послезавтра. Но ведь это и, правда, нужно для работы, посещение фармацевтической фабрики, профессор – участник конференции, я всего лишь обслуживающий персонал. А все равно чувствую себя преступницей! Если бы муж узнал, он бы меня в квартире запер, и еще бы один скандал устроил, как с ним стало тяжело общаться, зачем мне это?

Спустилась в метро, на меня все смотрят, конечно, в парадной одежде, украшениях, да еще с прической, такие дамы ездят только в авто. И от метро идти тоже как-то не очень комфортно, некоторые прохожие даже оглядываются. А вот и входная наша университетская тяжеленная дверь, на секунду остановилась, сделала глубокий вдох, и как дрессировщик, шагающий в клетку к тиграм, сказав себе: «Ап!» изо всех сил потянула ручку. По ступеням лестницы поднимаюсь на второй этаж, как на Голгофу. Вот бы сейчас повернуть налево, на кафедру. Сегодня и тема интересная, и группа замечательная, но мне надо влачить свой тяжкий крест направо, в ректорат.

Вот и вошла я в приемную ректора. Секретарь сложила бумаги в стопочку, сверху водрузила увесистый справочник, чтобы не разлетелись от сквозняка, взглянула на меня с немым вопросом.

- Доброе утро, Светлана Николаевна. Можно мне плащ на вешалку пристроить? А профессор из Марокко уже тут?

- Алина, утро доброе! Плащ вешай, а профессор пока не прибыл. Ты сегодня сказочно хороша, но каждый день на работу лучше такой красивой не ходи, мужчин с ума сведешь! А духи! Как они называются, Алина? Сплошной соблазн, а не аромат.

- Да названия я и не запомнила, это мне подруга из Франции привезла.

Внезапно открылась дверь, и появился он, профессор Гарэль. У меня перехватило дыхание, да что же это такое! Какой-то сказочный персонаж, актер французского кино, аристократ старинного рода.

- Бонжур, мадам!

- Здравствуйте, господин Гарэль, - тут же отозвалась наша секретарша, мило улыбаясь.

- Бонжур, месье Гарэль, - повторила я следом, вспомнив, что разговаривать мне с ним надлежит на французском.

- Как я счастлив видеть вас, мадам, - ответил профессор, слегка наклонив голову с непередаваемой грацией

Я встретилась с ним взглядом, и у меня застучали зубы.

- Я буду вести переговоры с вашим ректором, это всего пять – десять минут, вы успеете выпить чашечку кофе, мадам. Что может быть лучше поутру?

Я поняла, что он каким-то образом заметил мою панику, и решил дать мне минутную передышку. Вот дверь в кабинет ректора за ним закрылась, Светлана включила кофе-машину, видимо, услышав слово «кофе». Аромат бодрящего напитка вернул меня к жизни, два глотка, и мне удалось взять себя в руки. Что это за реакция, как у юной идиотки! Можно подумать, я никогда не бывала в публичных местах, в ректорате и деканатах бываю через день, да каждый день. Сейчас заведу светскую беседу и успокоюсь. Сижу, поглядываю в окно, помешиваю ложечкой горячий напиток.