Я приехала домой и сдала машину отцу.
- Куда ты ездила? Это опасно и прав у тебя нет. - сказал отец. - И почему ты не купишь себе нормальной одежды?
И правда, я ходила в одном и том же, да и состояние брюк с футболкой было уже не очень.
- Все равно скоро я буду носить только школьную форму. Как мама? Она ела? - спросила, уже направляясь к дому.
- Нет. Говорит, что будет есть только с тобой.
- Понятно, попробую уговорить её поесть. Лекарства ещё остались?
- Да. Их хватит ещё на месяц.
Дело в том, что у мамы была болезнь Альцгеймера. Первые признаки начали проявляться ещё три года назад. Но она была очень упертой и в больницу мы никак не могли её свозить. Так получилось, что через пол года мы всё-таки уговорили её съездить провериться. Наши с папой опасения подтвердились.
Я уже зашла в дом и поднялась на второй этаж. Зашла в комнату где сидела мама.
- Почему папа говорит, что ты не хочешь есть? Как ты себя чувствуешь? - обеспокоенно спросила я.
- Он говорит, что мы уже завтракали. Я такого не помню. Неужели он думает, что я уже настолько выжила из ума, что не могу запомнить приемы пищи?! - обиженно проговорила она.
Что ж память её становится все хуже. Завтрак у нас был.
- Ничего, мама. Это папа забыл. Мы и вправду не завтракали. Давай, мы сейчас пообедаем, а я приготовлю нам шикарный ужин. - сказала я. За улыбкой пряча свои слезы.
Когда у мамы случались проблемы, то по нам с папой они производили большой удар. Мы знали что жить ей осталось не много. Я знала как папе тяжело. Мы были семьёй. Кроме нас у нас не было никого. Родственники все поразъехались по стране, забыв нас, они живут хорошо и ладно. А их сын, за пять лет моего пребывания здесь, так с нами и не связался. Мы не знаем даже, в порядке ли он.
Отредактировано: 01.02.2023