Глод
Протокол:
Московской столичной полиции
Окружного управления
Отделение по расследованию уголовных делСим числом декабря 1888 года
О явке с повинной дворянки Шаховской Веры Павловны
Сего числа, около десяти часов утра, в московскую полицейскую часть явилась девица Шаховская Вера Павловна, шестнадцати лет, из дворян Московской губернии, Богородского уезда, вероисповедания православного.
Согласно показаниям классной дамы мадмуазель Авроры Лефевр, около шести часов утра девица Шаховская в крайнем волнении, с платьем, испачканным грязью, вбежала к ней в комнату и, едва переводя дух, сообщила, что за оградой пансиона, в лесной полосе, две воспитанницы — Арабелла Сабурова и Лидия Гудович — «убивают друг друга».
Прибывшие по вызову городовые обнаружили в указанном месте, под деревьями, два женских тела. Девица Шаховская в это время ожидала полицию в комнате мадмуазель Авроры, крепко держа свою наставницу за руку. При появлении служителей порядка она встала и произнесла тихо, но отчётливо:
— Я желаю сознаться в серии убийств.
Вскоре её доставили ко мне. При входе в допросную комнату я увидел барышню, сидящую за столом. Ростом она была невысока, сложением нескладна, волосы тёмно-русые, заплетены в две косы, лицо бледное, но не испуганное, скорее покорное.
Я предложил ей рассказать, что произошло. Она подняла на меня глаза — серые, глубокие, с красными прожилками от слёз — и ответила:
— Господин следователь, я хочу признаться во всём, но я не могу говорить. Рот открывается, а слов нет. Стыд и страх застревают в горле. Позвольте мне написать всё самой. От начала и до конца. Я прошу только одну ночь, свечу и бумагу. К утру я закончу.
Я возразил, что признание следует давать лично, но барышня настаивала со слезами, клялась, что не обманет и не сбежит. Принимая во внимание её крайнее душевное потрясение и явное желание дать полные показания, мною было принято решение удовлетворить просьбу. Девице Шаховской были предоставлены письменные принадлежности и отдельное помещение под охраной. К утру следующего дня девица Шаховская передала надзирателю исписанные тонким почерком листы.
При сем прилагается подлинник её собственноручной исповеди, переписанный для следственных нужд с сохранением орфографии и стиля автора.
Следственное производство по делу об убийствах в N-ском женском пансионе считать открытым.
Пристав следственных дел
Московской столичной полиции
Коллежский асессор Е. М. Молчалин
#2050 в Мистика/Ужасы
#35 в Готика
#2198 в Триллеры
#759 в Психологический триллер
институт благородных..., спиритизм, исповедь героя
16+
Отредактировано: 18.06.2026
Добавить в библиотеку 