Глубокие Темные Волны

След

Город встретил их хорошо. На улицах оставались волнения, будто кто-то растряс народ. Мог ли кто-то из солдат Ясхилла, не ослушавшись прямого приказа, повлиять на ситуацию по-своему? Среди них ведь тоже были недовольные случившимся в Форте-Сильва, как и среди солдат Лисса.

Люди требовали герцога. Злились. На улице открыто мелькал даже Креллион. Сперва казалось, он не замечал никого, однако уже по дороге к кварталу дворян он подловил Несту, выбрав для этого самый темный и узкий лестничный пролет.

Сегодня от него сильно пахло мокрой землей, золото на коже перетекало маленькими ручейками. Спутанные землистые волосы и неживые, стеклянные глаза мшистого оттенка создавали странное впечатление. Он казался… грязным, испачканным, неухоженным.

— Кассида, — шепнул он своим резонирующим голосом, и хоть Нимнесте приметила его заранее, все равно вздрогнула.

— Креллион. Добрый день. Я спешу, извини, — она попыталась продолжить путь, но дух схватил ее за руку.

Он касался ее частичками холодной земли, мокрая почва осталась на ее коже от его касания. Он не носил кожу, он был чем-то еще.

— Нет, — сказал он повелительно. Неста ощутила острое желание замереть, но призвала на помощь всю свою силу воли, чтобы воспротивиться ему. Она сделала вид, что остановилась сама, и эта маленькая уступка позволила ей перехватить контроль.

— Я не буду слушаться тебя. Или говори, что хочешь, или…

— Смерти герцога.

Неста опешила, даже забыв о попытках вырвать у духа свою руку. Она моргнула, уставилась на его землисто-зеленое лицо.

— Прости?

— Он — тьма на этой земле. Он — зло. Эсера больна им, как опухолью. Вырежи ее, кассида. Это милосердие.

Его голос словно ввинчивал слова в ее разум. Она ощутила давление на виски и тряхнула головой.

Нет! Упражнения с Владыкой Морей, множество виденных чудовищ укрепили ее силу воли. Она не поддастся!

Неста вырвала свою руку у Креллиона и отшатнулась, создавая между ними дистанцию.

— Ты сошел с ума? Я не убийца, Креллион.

— Это не убийство. Это спасение.

Он снова пытался манипулировать ею, и Неста сжала кулаки.

— Нир рассказал о тебе. Ты не его друг, ты ничей друг. С какой стати ты взял, что я буду слушаться тебя?

Он смотрел на нее бесстрастно и пусто. Как животное, как статуя. Жуткая статуя.

— Спаси всех, — продолжал он. — Ты ведь героиня. Ты хочешь защитить эту землю. Ты жаждешь…

— Хватит.

— Люди мертвы от тьмы. Они мертвы. Из-за тебя. Потому что ты не покончила с герцогом раньше. Исправь это, и…

— Хватит!

И мир застыл. Ее Марка не влияла на людей и духов, но могла влиять на нее. Внезапно, Неста поняла, что ничего не хочет больше, чем покончить с этим скользким земным духом раз и навсегда.

Но это то, чего он добивается. Сделать из нее убийцу. И она никогда не отнимет жизнь, если только ситуация не вынудит ее.

Мир обрел краски, и она выдохнула. Она сильнее этого. Она сильнее любого внушения.

— У тебя нет власти надо мной, — сказала она просто, прежде чем развернуться и отправиться дальше. Креллион молчал лишь мгновение.

— Кассида! — властность его резонирующего голоса разбилась о ее уверенность как волны о твердые скалы. Неста шла к замку герцога, а вслед ей сыпались крики духа, но больше он ее не волновал.

Стража пропустила ее легко, даже не задав ни единого вопроса. Уже на подходах к нужному коридору, Неста услышала крики – это были крики Ясхилла.

— Идиот! Поехавший, больной урод!

Неста замерла. Снова, снова она застает ссору! Как же невовремя.

В приоткрытую дверь было видно Эна. Он пожал плечами, а Ясхилл не унимался:

— Чудовище! Нет, какая же сумасшедшая, безумная свинья!

— Ты ничего не изменишь, — сказал Эн равнодушно. — Все уже сделано.

— Да ты что! Я в курсе – и ну что теперь! Что за… ааа!

Он чуть не сшиб Несту дверью, когда выбегал – и вдруг затормозил, проехавшись по полу, разворачиваясь на ходу. Неста отскочила, делая вид, что только подошла, но его, кажется, даже не волновало, что она могла слышать.

— В подземелья! Быстро! Сейчас! – и что-то в его виде говорило, что это не просто приказ или обычный дерзкий выкрик. Нимнесте не сказала ни слова.

Конечно, спускаться в подземелья замка сумасшедшего герцога не казалось кассиде самой умной идеей. Однако она привыкла доверять интуиции, а интуиция говорила ей, что дело приняло серьезный оборот.

Она толкнула тяжелую дверь и ступила на темную лестницу. Стоило двери закрыться, кассиду окружила тишина подземелья. А затем легко было услышать голоса.

— Знаешь, это просто поразительно. Смотреть на твое лицо, когда ты больше не притворяешься, — герцог говорил спокойно, уверенно. В привычном образе. – Правда, мне совершенно не нравится, что ты молчишь. Ты же понимаешь, что тебя это не спасет, верно? Мы все давно знаем, что ты не безупречен. Что ты слишком много кем дорожишь, бравый рыцарь Кисэйл Дайн.