Глубокие Темные Волны

Возлюбленные

Кисэйл ушел несколько дней назад, взяв с собой пару солдат из Форта-Пэн, Грана Эсера и даже Морриана. От него не было новостей, но Неста знала, что так будет, и заставляла себя не бояться. Каждый раз, когда ей становилось страшно за него по ночам в пустой постели, она вспоминала его слова.

Он должен был вернуться. Иначе не могло быть.

Она отвлекалась от мрачных мыслей, с головой погрузившись в помощь патрулям. Раз за разом они схватывались с чудовищами Темных Берегов в пустынных деревнях и у заброшенных ферм. Рейды в компании дезертировавшей от герцога стражи, Лисса, Лидии и даже Нира занимали целые дни. Да, они могли помочь многим, но не всем. Донесения приходили со всех концов герцогства, и монстров там было воистину много. Несту успокаивало только то, что изначально находившиеся под командованием Дайна Лезвия сейчас рассеялись по Эсере и помогали бороться с чудовищами, а значит, она могла не так сильно корить себя за то, что не может быть везде.

Но даже с учетом того, что нашествия чудовищ немного поутихли, и их почти удавалось вовремя пресекать, случаев нападения было слишком много. Много жертв. Много тел, которые приходилось сжигать, потому что иначе они превращались в куда более мерзких существ.

Лидиа успокаивала людей как могла. Она вновь стала собой, золотоволосым Воплощением с лицом прекрасной женщины, и без пагубного влияния Октавиана все вспомнили, как она помогала им ранее. Ее Нежность теперь действовала сильнее и быстрее, накрывая людей, делая их мягче друг к другу. В ответ они испытывали чувства, которыми сама Лидиа могла подпитываться, укрепляя свои силы.

Рейды были успешными, в большинстве. Не всегда. Однажды они не успели на помощь каравану — слышали, какая их настила участь, и тема не затихала той ночью у костра. Всем было страшно, но никто не мог перестать вспоминать и прокручивать в памяти, что они видели. Все были полны решимости не допустить подобных ужасов вновь.

Одной из ночей разведчик Лисса сказал, что есть деревня, в которой до сих пор оставались жители. Все прочие люди, жившие в окрестностях, ушли в безопасные зоны, эти же стерегли пристань. Насколько Неста знала эту местность, там разрабатывали подводный грот. Была вероятность, что когда-то удастся открыть там добычу драгоценных камней, и тогда деревня превратилась бы в кассидис. Шеэмин не горела желанием иметь под боком другого мелкого правителя, а Несте эта идея очень нравилась. Близкие кассидисы могли бы торговать друг с другом и производить уникальные товары, а также помогать друг другу на торговых путях.

Она не допустила бы падение этой деревни. Пришлось бы уйти слишком далеко от Морриана, но все были на это готовы. Людей мотивировало то, что Неста была с ними, всегда была рядом. За прошедшее время в патрулях она смогла еще больше совладать с упрямым нравом своего артефактного трезубца. Окрепли ее мышцы, она стала более умело оценивать поле боя. Она все еще не считала себя бойцом, и при любой возможности старалась избежать конфликта, но никогда и ни за что не отступилась бы она от схватки, когда в опасности были ее люди.

Но даже это не спасло ее от ужаса, который запал в душу при виде орды чудовищ в деревне. Деформированные, искаженные, они ревели содранными глотками, бешено раздирая все, что попадалось им на пути. Обезумевшие животные, бросающиеся на ворота и стены. Не сразу за этим жутким воем Нимнесте поняла, что из деревни доносились звуки боя. Кто-то еще пытался уберечь этих людей?

Солдаты Лисса узнали своих бывших сослуживцев. Стражники города – своих. Но сейчас прежний конфликт отступил на второй план.

Отряд кассиды налетел на чудовищ со спины. Лязгнули клинки и когти, раздались крики. Неста нырнула под черное долговязое существо, которое тянулось и тянулось, пока не превратилось в создание соломенной тонкости. Четыре конечности, ломаные трижды или четырежды в несимметричных местах, гнуло спину, смотрело перевернутой головой на кривой шее, выискивая добычу глазными впадинами. Рассудок Несты пошатнулся, но она схватилась за Владыку Морей и заставила его обратиться к воде. Взмыла волна, режуще-острая, и обрушилась на чудовище, переламывая ему спину, и оно взвыло. Но крик прервался, когда чей-то клинок вошел в его пасть, и другой рассек сочленение чудовищно длинной руки. Ворох темных тканей, вихрь ловких движений, и вот уже длинная нога рассечена напополам.

Ясхилл! Невозможно ни с кем спутать этого огромного лор-файне, эти провокационные одежды и длинные волосы. Неста подхватила трезубец, вставая, заставляя себя забыть о вражде сейчас. Ясхилл встретился с ней взглядом. Мгновение промедления, и он коротко кивнул ей, после чего вновь бросился в бой. Неста воззвала к Владыке Морей и поспешила ему на помощь.

Загоревшееся лезвие позволило ей сломать еще одну конечность длинного существа. Ее руки немедленно обожгло: Владыка Морей ненавидел вступать в бой физически. Этот трезубец был неразрушим, но всегда считал физические столкновения ниже своего достоинства. Мысленно пообещав больше так не делать, Неста, отступила на шаг, давая Лемрату возможность повалить и добить монстра.

— Спасибо, кассида, — бросил он, выдергивая клинки. Неста закрыла глаза, фокусируясь, и в следующее же мгновение поразила самое основание черепа чудовища, заставляя его распасться в черную пыль.

— Взаимно.

Мужчина ускользнул в ночную тьму, врываясь в очередную схватку. Неста поспешила к своим солдатам. Отбросила несколько теней от Нира, и тот призвал солнечный свет, чтобы ослепить их. Импульс трезубца парализовал чудовищ, и Неста занесла было оружие, чтобы добить, как поняла, что видела что-то красное, мелькнувшее впереди.