Глухая ночь

Глава 2

Сабрина

— Девушка, огонька не найдётся? — раздался из темноты приятный баритон, мягкий, но в то же время властный.

Говорящего не было видно. В парке снова царила непроглядная тьма — словно кто‑то намеренно выключил все фонари, оставив лишь редкие блики звёзд на небе. То ли лампочки перегорели, то ли решили «позаботиться о друзьях наших меньших», то ли просто сэкономили на электричестве. Скорее всего последнее — разом все лампы перегореть не могли. Впрочем, можно было утешать себя мыслью, что это ради птиц и животных. Нынче модно прикрывать скупость заботой об экологии, маскировать жадность под благородство.

Сабрина напряглась. Её профессиональный опыт подсказывал: такие вопросы в ночной тишине редко предвещают что‑то хорошее. Почти никогда. К тому же она точно знала: недавно в разных парках города при странных обстоятельствах погибли две девушки. Их тела находили утром — бледные, обескровленные, с едва заметными точками на шее.

В свете этих событий ситуация выглядела особенно угрожающе. Было бы злой насмешкой судьбы оказаться третьей жертвой маньяка — особенно для следователя, который как раз занимался этим делом. Сабрина не сомневалась: убийства — дело рук одного преступника. Нормальный человек не способен на такое. Тем более — выкачать всю кровь до капли. Для подобного нужна не просто жестокость, а какая‑то извращённая одержимость, патологическая страсть к контролю и смерти. И статистика подтверждала её догадку: вероятность того, что два разных убийцы одновременно пришли к одной и той же чудовищной идее, стремилась к нулю. Со статистикой не поспоришь — она упрямая вещь, холодный, безжалостный язык цифр.

«Предупреждён — значит вооружён».

В этом случае фраза обретала буквальный смысл. Сабрина знала об убийствах — и была готова. Рука невольно легла на кобуру под полой пиджака. Она не стала оставлять служебный пистолет в сейфе после смены — привычка, выработанная годами опасной работы. Вся надежда была на скорость: на учениях она выхватывала оружие за пару секунд, почти не задумываясь, на автомате. К тому же преступник не догадывался, с кем имеет дело. Даже если бы не было так темно, он не смог бы угадать её профессию. Следователи не носят опознавательных знаков — ходят в обычной гражданской одежде, сливаются с толпой.

— Не курю, — постаралась спокойно ответить Сабрина, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Несмотря на пистолет, по спине пробежали неприятные мурашки, а в груди сжался холодный комок тревоги. Но она не показывала страха. Знала: страх только раззадоривает маньяков. Они питаются ужасом жертвы, упиваются им, как вином. Сабрина изначально не собиралась давать повод считать её лёгкой добычей.

— И вам не советую, — добавила она, стараясь придать голосу лёгкую насмешку.

— А я бы вам не советовал гулять посреди ночи в одиночестве, — отозвался мужчина, выныривая из темноты. Его фигура появилась внезапно, будто материализовалась из самого мрака. — Знаете, это бывает небезопасно.

Сабрина не слышала, как он приблизился. Она ловила каждый звук в тишине — шорох листьев, далёкий гул города, биение собственного сердца — но его шаги остались незамеченными. Он двигался совершенно бесшумно, словно тень или призрак. Хотя для призрака он был слишком материален: она отчётливо видела контуры его фигуры, широкие плечи, тёмный силуэт на фоне ещё более тёмного парка. Темнота лишь усиливала его таинственность, делала его образ почти мифическим.

— Но пока вы не появились из темноты, было вполне безопасно, — парировала Сабрина, стараясь не выдать нарастающего напряжения.

— Темнота не всем раскрывает свои тайны. Она может быть не настолько безопасна, как кажется вам, — продолжил незнакомец, делая шаг ближе. Его голос звучал почти задумчиво, будто он делился древней мудростью.

— Хотите сказать, что вам темнота раскрыла свои секреты и теперь вы знаете больше, чем я? — Сабрина пыталась заболтать незнакомца, выиграть время, отвлечь его.

Это был проверенный метод: разговорами ни о чём отвлечь маньяка, увести его мысли от убийства. «Зубы заговаривать» — так это называлось в полицейской среде.

— Это правда. Я точно знаю больше вас. Всегда знал, — ответил незнакомец.

Он не выглядел высокомерным, как люди, считающие себя умнее других. Скорее — как тот, кто просто констатирует факт: ему доступно больше информации, и это для него естественно, как дыхание. В его голосе не было бахвальства, лишь спокойная уверенность.

Незнакомец подошёл ближе, и Сабрина наконец смогла его разглядеть. Он был на голову выше неё, крепкого телосложения, с широкими плечами, которые подчёркивал тёмный пиджак. На фоне тёмной одежды особенно выделялись белые кисти рук, спокойно опущенные вдоль тела. «Один плюс, — отметила Сабрина. — По крайней мере, в руках у него нет оружия». Но это не успокаивало — слишком уж бесшумно он двигался, слишком уверенно держался.

— Раз гуляю — значит, могу себе позволить, — отбила она, стараясь говорить твёрдо.

— Не сомневаюсь, что вы можете дать отпор многим. Но некоторые противники вам всё же не по зубам, — продолжил незнакомец, слегка наклонив голову. В его глазах мелькнуло что‑то, чего она не смогла распознать — то ли ирония, то ли предостережение.

— Вы про себя? — прямо спросила Сабрина, встречая его взгляд.

— Лично я для вас не несу угрозы, — поспешил успокоить незнакомец. — Но сегодня ночные прогулки небезопасны. Даже для вас, милая леди. Давайте я вас провожу — раз ваш мужчина не позаботился о вас.

От этих слов повеяло средневековым патриархатом. «Ещё остались мужчины, которые думают, что женщина не может быть в безопасности без сопровождения?» — мелькнуло в голове у Сабрины. «Может, это просто способ узнать, где я живу? А потом следить, выжидая удобного момента?»

Отказаться? Но оставлять мужчину за спиной — неверный тактический ход. Это даст ему возможность напасть со спины. Она пропустила его приближение, не услышала ни шороха, пока он не заговорил. И даже потом — ни единого шага. Рассчитывать на слух больше не приходилось. Мужчина двигался удивительно бесшумно для своей комплекции, почти как хищник, выслеживающий добычу.