Гнилой угол

Пролог

Дорожный указатель на съезде с федеральной трассы выглядел так, будто его расстреляли из дробовика, а потом долго и с наслаждением пинали ногами. Из названия посёлка уцелели только три буквы: «Глу…». Остальное сожрали ржавчина и вековая грязь.

Мой навигатор в старенькой «Ниве» пискнул, мигнул синим экраном и уверенно сообщил, что я сейчас нахожусь ровно посреди Рыбинского водохранилища. После чего окончательно сдох.

— Ну да, ну да, — пробормотал я, раздражённо похлопав по панели приборов. — А русалки за бортом мне в ладоши не хлопают?

За лобовым стеклом стеной стоял монотонный майский ливень. Дворники бешено мотылялись туда-сюда, но толку от них было мало — вековые сосны по обе стороны узкой разбитой грунтовки смыкались над головой, превращая дорогу в бесконечный, дышащий сыростью туннель.

Я потянулся к бардачку, нащупал там помятую пачку, достал последнюю сигарету и чиркнул дешёвой зажигалкой. Огонёк на секунду выхватил моё отражение в стекле — резкие скулы, пара трёхдневных царапин на подбородке и глаза, в которых усталости было больше, чем во всей этой Богом забытой глуши.

Я бежал уже три дня. С тех самых пор, как питерский Ведьмин Ковен объявил на меня охоту за... скажем так, несанкционированное заимствование одной очень редкой и очень злопамятной книги. Мою голову оценили в магическом даркнете так щедро, что моя собственная тень, кажись, посматривала на меня с коммерческим интересом.

Мне нужно было место, где меня не найдут ни по спутнику, ни по поисковым заклинаниям. Дно мира. Магическая глушь.

Грунтовка резко вильнула, и моя «Нива», жалобно скрипнув подвеской, выкатилась на небольшую асфальтированную площадь. Впереди, сквозь пелену дождя, замигала неоновая вывеска. Из одиннадцати букв горели далеко не все, складываясь в тусклое, мигающее: «…на…пере…тье».

Это было типичное придорожное кафе из тех, где пахнет растворимым кофе, несвежими беляшами и дорожной тоской. Но едва я заглушил мотор, как почувствовал другое.

Воздух здесь вибрировал. Плотный, густой, он пах озоном, старой медью и болотной тиной. Так пахнет сильное, древнее колдовство, которое веками впрессовывали в землю, пока оно не стало частью ландшафта. Приворотные чары, защитные заговоры, морок — здесь, «На перепутье», было намешано всё и сразу.

— Кажись, приехали, — тихо сказал я самому себе.

Я засунул руку в карман куртки, проверяя пальцами полотняный мешочек с заговорённой четверговой солью — моё главное оружие против спонтанных неприятностей. Вздохнул, толкнул тяжелую дверь машины и, пригнув голову от дождя, рванул к крыльцу кафе.

Над дверью заведения звякнул самый обычный валдайский колокольчик, но звук от него пошёл такой, будто ударили в церковный набат.

Внутри было тепло, пахло корицей и... жареной рыбой. За стойкой, подперев щеку кулаком, скучала невероятно эффектная брюнетка в фартуке поверх стильного кожаного корсета. В углу у окна сидел хмурый мужчина в камуфляже и молча пил пиво, не сводя взгляда от темноты за стеклом.

Я шагнул к стойке, на ходу стряхивая воду с капюшона.

— Привет, — выдавил я, стараясь, чтобы голос звучал максимально буднично. — Кофе чёрный есть? И, если можно, пару бутылок пива с собой. И… я тут местность плохо знаю. Это вообще какой район?

Брюнетка за стойкой медленно подняла на меня глаза. Они у неё были странного, почти люминесцентного зеленого цвета, без единого намека на зрачки. Но стоило мне моргнуть, как её глаза снова стали нормальными, карими. Она окинула меня профессиональным взглядом — от промокших кроссовок до едва заметного сизого следа от магического ожога на моём запястье.

— Район здесь один, парень, — мягко, с лёгкой грудной хрипотцой ответила она, потянувшись к кофемашине. — Местный. Называется «пока не тронешь — не убьёт». Ты откуда к нам свалился такой… заряженный?

Мужчина в камуфляже за столом медленно поставил бокал. Я спиной почувствовал, как воздух в кафе резко похолодел, а по углам поползли длинные, неестественно живые тени.

Я понял две вещи: первое — Ковен меня здесь точно не найдёт. Второе — живым я отсюда могу не уехать.