Гномка в помощь, или Ося из Ллося

5

5.

Ввиду крайней слабости мага, уйти он не смог, а потому спали мы вместе: я, задохлик и щенок. Последний явился ближе к полуночи и исчез в утренних сумерках, едва Регген всхрапнул и по глупой привычке решил меня обнять.

- И все-то вам хочется с носом расквашенным ходить, - пробурчала я, и наглая рука остановилась на полпути к моей груди.

- Ося? – прохрипел маг.

- Она самая. Живая и даже не покалеченная.

- И это после второй ночи новолуния, - заметил с неподдельной радостью.

Тут я вывернулась из его объятий, чтобы сообщить:

- После третьей, вторую вы пробле…

- Спасибо, что напомнила, - процедил он, прожигая меня взглядом.

- О, можете не благодарить. Ваше спасение было действительно приятным делом. Еще никогда я не получала столько удовольствия…

- От чужих страданий? - вопросили у меня.

- От скорого возмездия.

- Опять продукты вспомнишь? – заломил маг бровь и посмотрел с ехидцей.

- Тросточку, - хмыкнула я. - А продукты вы мне еще отработаете.

- Надеюсь, дегустатором?

- Надейтесь!

Уже через полчаса, размазывая по тарелке чуть присоленный вареный рис, Регген понял, как промахнулся в своем предположении. Он голодным взором осмотрел кузню на наличие мясного. Понятное дело, ничего не нашел и печально воззрился на меня.

- А что-нибудь еще к каше есть?

- Вода, - ответила я, не отвлекаясь от правки списка.

- А более сытное? - протянул граф-задохдик с жалобной ноткой, словно это не он умял все позавчера.

- Салат… капустный.

- Воздержусь.

- И правильно, от него вам будет хуже. А вот каша в самый раз, - сообщила я, активно вычеркивая из перечня ближайших покупок мясо, сало, подчеревок, рыбу, птицу, яйца и молоко. Оставила ягоды и дрожжи, добавила лук, секачку для капусты и бутыль с маслом подсолнечника.

- Сомневаюсь, что эта каша мне понравится, - заметил маг, даже не думая завтракать.

- Не понравится, но выхода нет. С этого дня вы на злачной диете.

- Это еще почему? У нас разве кончились деньги?

- Не кончились. Просто я ничего сверх меры не куплю и в очередной раз объесться вам не позволю. Нет продуктов - нет проблем. Нет проблем - нет упреков в жестокости.

- Я в таком не упрекал…

- Скоро будете.

Так оно и получилось. Едва мы вышли из портала в деревеньке Тминь, что соседствовала с Ллосем, Регген заговорил о моем жестокосердии, упрямстве и редкой гадости. А вокруг бурлила жизнь, то бишь рынок! Торговцы развешивали над прилавками сладости и копчености, расставляли румяную сдобу, сладким сиропом заливали фрукты, варили пиво и киселя, дарили покупателям алые ленточки и поздравляли с первым днем первого зимнего месяца.

- Это ярмарка! Деревенская зимняя ярмарка Благодати! – стенал задохлик, в отчаянии прижимая к груди трость и пустую корзинку. – Праздник, почитаемый всем народом Дагатии… День благодарности за плодородную землю и хороший год! Лучший день месяца, единственный день в сезоне, когда можно и нужно пировать!

- Да-да, - покивала я в такт его словам и не подумала согласиться.

- Ося, тут такие запахи, - заметил несчастный отравленец, едва научившийся твердо стоять на ногах, - вкусности, сладости… Пиво, в конце-то концов! - воскликнул он, остановился, с вожделением принюхиваясь: - Мясные колбаски. Сочные, манящие, только с огня.

- Да-да…

- Ос-ся! – взвился маг.

- Да хоть Злос-ся, – перекривила я. – Вы на диете, Регген!

- Но так нельзя! Я голоден.

- А кто вам виноват?

- Ну, знаешь… с меня хватит, - процедил он сердито, развернулся и пошел в направлении лавок.

- С меня тоже хватит, - решила я, но не смогла не задать последнего вопроса: - Регген, а вы какой цвет предпочитаете, белый или черный? Мне-то все равно, гроб закрытым будет, но коли вам в нем лежать...

- Что-что? – маг вернулся назад. – Я не понял…

– А чего непонятного? Все просто: огласите последнюю волю покойного и ешьте что хотите.

- Так я?.. – начал он и сглотнул.

- Так вы, - подтвердила я и забрала корзинку из дрогнувших рук задохлика. – К слову, не желаете передать мне права на поместье и хоть что-то рассказать про щенка?

- Какого щенка? – его голос осип.

- Который прячется, едва вы проснетесь. Не знаете такого? – поняла я по недоуменному желтому взгляду и пожала плечами. - А он за вас переживал, сторожил, защищал… Так он не ваш? Нет? Тогда будет мой!

Толкнув дверь лавки с ножницами и иглой на вывеске, я вошла в светлое помещение, приветственно махнула продавцу и проникла в святая святых швейной мастерской, что скрывалась портьерой. Скользнула взглядом по деревянным панелям стен, ажурной ковке примерочных и торговых полок, по диванчикам и пуфам, стойке с резными вензелями, и задержала дыхание, чтобы скрыть завистливый вздох.

Вот как нужно собственное дело развивать, вот куда нужно деньги вкладывать, чтоб они полноводным потоком текли не только карманы, но и счета в банке наполняли. Вот она истина! И если раньше у меня с личным делом трижды ничего не вышло, то теперь я верила в прорыв, победу и Реггена, с которым можно договориться. Именно поэтому решила восстановить свой гардероб, а также приобрести форму продавца: с чепцом, фартуком и десятком белых перчаток – визитной карточкой чистой на руку торговли. Здесь же я намеревалась оставить заказ на сапоги и узнать последние новости из Ллося до того, как обо мне доложат свекрови.

Но стоило заказать все необходимое, как рядом со мной открылся портал, и мрачно взирающий из него задохлик предложил поторопиться с выбором.

- Только не говорите, что вы уже успели отведать колбаски.

- Нет, тут за колбаской прибыла знакомая тебе… дама.

- И вы ее испугались? – вопросила я, старательно скрывая накатившую вдруг панику.

- Я вспомнил, куда ты от нее в прошлый раз убежала, - ехидно ответил он и пальцем поманил меня к себе.